Родственные души

В любви единственная победа — это бегство. Наполеон Бонапарт

Как объяснить, как понять, кого же он видел сотую ночь подряд в самом сладостном сне? Когда их руки сплетались, как будто были созданы друг для друга, когда загадочный человек гипнотизировал его глубиной своих серых глаз..? Брюнет в легком разочаровании открыл глаза. Уже несколько месяцев подряд он видел во сне человека, в которого, как бы парень не хотел этого признавать, он был без памяти влюблен. Самое странное чувство на свете - слепая влюбленность. Однако, из сознания никак не вылезал взгляд серых глаз, такой далекий и манящий. Парень, вздохнув, надел очки и взглянул на часы. Отлично, через пол часа начнется первая пара, а он все еще не отошел от своего сна. Гарри подошел к зеркалу и внимательно осмотрел отражение, так до конца и не понимая что же должен там увидеть. Обычный Гарри, как и вчера. Да и все предыдущие дни, он был таким же. Но разве объяснишь, что на холодных ладонях до сих пор чувствуются прикосновения теплых ладоней? Наконец, парень быстро привел себя в порядок, скидал все нужное в сумку и вышел из своей комнаты. На стенах уже вовсю играли солнечные лучики, так что он, судорожно вздохнув, кинулся бежать до столовой, чтобы окончательно не опоздать на зельеварение. Как он и ожидал, его лучшие друзья, Рон и Гермиона, ждали его там, активно что-то обсуждая и поедая завтрак. Только завидев его, подростки облегченно вздохнули. - Ты какой-то сонный, - с усмешкой протянул Уизли. - Доброе утро, - Поттер зевнул, прикрыв рот ладонью. - Ничего не хочешь нам рассказать? - насупившись, спросила Гермиона. Гарри тут же вышел из полусонного состояния: - Эм... нет? о чем ты вообще? - спросил он с легким недоумением. - Да так, не особо важно, чуть позже поговорим. У тебя примерно 10 минут на завтрак, если ты не решил прогулять урок, - строго заметила Гермиона, пока укладывала в сумку несколько яблок. Гарри быстро умял завтрак и, захватив сумки, ребята направились в сторону подземелий. С тех самых пор, как Гарри стал старостой школы, ему очень не хватало как раз таких моментов, когда они весело о чем-то совещались и подшучивали друг над другом. Но стоило им только зайти в кабинет профессора Слизнорта, как до ушей Гарри донесся холодный смешок, а кожи коснулся не менее ледяной взгляд его врага - Драко Малфоя. Парень даже особо и не помнил, когда они стали так ненавидеть друг друга, но что есть, то есть - и дружбы между ними явно не намечалось. - Ох, вы только гляньте, кто явился - наша звезда Поттер и его свита, - со всей неприязнью произнес Малфой, встряхнув белыми волосами и ядовито улыбаясь. - И тебе доброго утра, мудак, - Гарри прошел за свой стол и сел рядом с Гермионой. К его радости, буквально в этот же момент в кабинет зашел профессор Слизнорт, который за пазухой держал очень старый том из Запретной секции библиотеки. Преподаватель был несколько запыхавшимся, потому говорил прерывисто, останавливаясь на короткие передышки. - Доброе утро... ребята. Времени совсем... нет, доставайте котлы и... учебники. Сегодня мы будем готовить... зелье Родственных Душ, - восстанавливая ровное дыхание, вещал профессор. И тогда закипела работа. То тут, то там взметались вверх небольшие клубы дыма, а со стола Слизерина доносились одобрительные возгласы, когда кто-то с их факультета подбрасывал какой-то мерзкий ингредиент зелья вверх. Гарри же работал в паре с Гермионой, потому зелье у них получилось одним из лучших в классе, да и закончили они раньше всех. - Грейнджер, Поттер, молодцы, - похвалил их профессор. - Кому-то из вас выпала возможность испробовать на себе этот эликсир. Тот, кто его выпьет, на некоторое время преображается в человека с родственной ему душой. Ну так, кто из вас хочет проверить свою судьбу? Гарри посмотрел на Гермиону, а та в ответ яростно замотала головой, покраснев до кончиков ушей. Скорее всего, девушка уже четко знала, с кем ей предначертано провести всю жизнь, а показывать этого человека всему классу она явно не хотела. "Если я сейчас выпью этот эликсир... Скорее всего, я стану Джинни. Или наконец узнаю, кто же будоражил мое сознание последние пару месяцев. В любом случае, мне прельщают все варианты. Так что, была - не была." Гарри коротко шагнул к учителю, пока тот набирал из котла нужное количество зелья в специальную колбочку и что-то тихо нашептывал над ней. - Что, Поттер, не терпится узнать, какой же бедняжке предстоит провести с тобой остаток жизни? - Малфой вновь влез как раз в тот момент, когда брюнет благополучно забыл о его существовании и протягивал руку профессору. - Отвали, Малфой, - рыкнул на него Рон. - Так, дети, быстро успокоились. Мистер Поттер, прошу, - профессор Слизнорт протянул ему колбочку с зельем. Гарри внимательно посмотрел на эту субстанцию. Эликсир был лавандового цвета, с голубыми вкраплениями, а от него исходил запах свежескошенной травы и горячего кофе, такого, который парень готовил своему дяде еще до того, как узнал о своем даре волшебника. Брюнет зажмурился и быстро осушил эту маленькую емкость. Сначала ничего не произошло. Гарри на секунду приоткрыл глаза, но тут же почувствовал действие эликсира. По телу разносились странные теплые пульсации, а голова резко закружилась. Поттер крепко зажмурил глаза и не открывал ровно до того момента, пока не услышал пораженный вздох Гриффиндорцев и Слизеринцев, а побочные эффекты благополучно прекратились. Ожидал он увидеть в лицах однокашнков что угодно - усмешку, злость, одобрение. Но его взгляду пристало то, что он меньше всего ожидал увидеть: подростки были шокированы, а бледные лица явно выдавали их животный страх. Парень на ватных ногах обернулся к зеркалу, но тут же в ужасе отпрянул. Да, на него смотрела пара серых глаз. Тех самых. Но... чьи они были?