Эффект бабочки

Прошел уже год с тех пор, как я оказался в этом мире. Не буду описывать свои первые дни, потому что это была одна сплошная истерика от осознания своей смерти в моем мире. Адаптация к новым условиям была сложной, я долгое время не мог понять ничего. Было бы легко вычислить подмену личности, если бы не одно девятихвостое обстоятельство, которое убило родителей настоящего Шисуи. Никто не обращал на меня внимания, все были сосредоточены на восстановлении деревни. Это не значит, что я, как многие другие сироты, был отправлен в детский дом. Я оказался на попечении одной пожилой семейной пары из правящей семьи. То есть они были родителями Учиха Фугаку, нынешнего главы. Этим я обязан покойному Учиха Кагами, моему деду, который когда-то был очень близким другом этих двух людей. За этот год я немного освоился, хотя и держался по-прежнему в стороне от всех. Общаться с детьми оказалось сложнее, чем я предполагал. Они были глупыми, несдержанными и шумными. Как и все нормальные дети. Взрослые вызывали у меня опасения, они были слишком мрачными все это время. Кьюби постарался на славу. Мои опекуны были очень строги, отправив меня тренироваться всего через месяц после нападения биджу. Я не особо был против, но их частые наставления типа "Не опозорь имя Кагами" меня уже раздражали. Мы тренировались в небольших группах на специальных детских площадках. Как я заметил, группы формировались в соответствии с положением семьи ребенка в клане. Вместе со мной тренировался сам Итачи, наследник главы клана, а также несколько ребят, которые, как я помню, были потомками старейшин клана. Всего в нашей группе было десять человек. Тренировки были интенсивными, но для потенциальной элиты клана это было то, что нужно. Иногда нас посещал сам глава клана и произносил небольшие, но вдохновляющие речи. Фугаку отмечал, что, несмотря на трудные времена для деревни в целом и клана в частности, мы остаемся сильнейшими в Конохе. Именно на нас возлагают большие надежды, на потомков правящих семей. Спустя полгода наш состав изменился. Оказалось, что тех, кто проявит талант, но при этом является выходцем простой семьи Учих, могут зачислить в нашу группу. Так нас стало на два ребенка больше. Мне кажется, что при таком подходе нет смысла заранее формировать группу, в которой я изначально состоял, ведь со временем все равно самые талантливые попали бы в эту группу, а те, кто хоть и был из влиятельных семей, просто остались бы в обычной группе, несмотря на их статус. Оказалось, что даже будучи талантливыми детьми, новички едва дотягивали до средних параметров нашей группы. Не говоря уже про нас с Итачи. Находясь примерно на одном уровне, мы были на голову выше остальных. Ему в этом "помогало" давление наследника главы клана, а мне - страх перед смертью. Банально, но повышать свои шансы на долгую жизнь для меня очень многое значит. Шаринган никто из нас не пробудил, а вот тайдзюцу, хотя, если быть точнее, азы мы подтянули до высокого уровня для нашего возраста. На своей родине я занимался боксом какое-то время, но здесь рукопашный бой совсем другой. Учителя периодически проводили спарринги между собой, от которых у меня всегда захватывало дух. Невероятные приемы на еще более невероятных скоростях приводили в восторг, когда я представлял, что однажды и сам так смогу. Бокс в моих глазах проигрывал по всем параметрам: был не таким зрелищным, не задействовал ноги как ударную силу и просто гораздо примитивнее был. Что я могу сказать об Итачи? Он был довольно замкнутым мальчиком, почему-то державшимся моей компании. Возможно, как будущий глава клана, он уже старался наладить отношения со своими подчиненными, которые будут иметь достаточно сил. Возможно, потому что чувствовал такую же отстраненность меня от остальных детей, но у меня были свои причины. В ближнем бою мы были примерно одинаково сильны, хотя поначалу я его немного опережал просто за счет опыта своей предыдущей жизни. Мне даже стало немного страшновато, когда он сравнялся со мной за пару месяцев, поэтому пришлось тренироваться усерднее, чтобы не отставать от него. В последнее время нам даже удается пообедать вместе у него дома. Его отец хвалил нас, при этом сказав не сбавлять обороты, а Микото, его мать, ласково нам улыбалась, болтая с нами о простых вещах. Хорошая женщина. Маленькому Саске уже год, хотя мне не часто удавалось его видеть, все же он еще маленький и практически постоянно находился в своей комнате. *** Сегодня мой первый день в академии, где я буду учиться до 15 лет. Это значит, что мне предстоит пройти восемь классов, если я не закончу учебу на пару лет раньше. Правила Конохи не позволяют сдавать выпускные экзамены до 13 лет. Мне кажется, такой подход к обучению молодых шиноби намного лучше, чем в каноне. Эта возрастная реформа была введена после третьей мировой войны, когда после ее окончания возник дефицит молодых кадров, что отрицательно сказалось на мощи Конохи на международной арене. Следующие шесть экзаменов на чунина мы пропустили, пока готовили новую партию рекрутов. После впечатляющей победы на последнем экзамене Коноховцев, такую же реформу приняли и другие скрытые деревни. Из всех детей, которые сейчас собрались у академии, кроме Итачи, я не знал никого. Одна девочка с темно-фиолетовыми волосами напомнила мне кого-то, но я так и не понял, кого именно. Речь Хокаге была красивой, вдохновляющей и исполненной волей огня. Он говорил громко, иногда жестикулируя, но при этом почти не улыбался. В завершение своей речи Сарутоби пожелал нам удачи и заверил, что мы - особое поколение, которому придется преодолевать последствия нападения биджу на свои плечи. И только объединив наши плечи, мы сможем поднять этот груз. Вот так примерно. - Ну все, мальчики, идите в свой класс, познакомьтесь с учителем. Будьте прилежными учениками, не балуйтесь и сделайте все возможное, чтобы наш клан гордился вами, - мать Итачи потрепала нас по макушкам и, отпустив, еще некоторое время постояла, а затем ушла домой. Фугаку был слишком занят на работе, и Итачи прекрасно это понимал, не обижаясь на него. Что касается меня, то мне было все равно. Держась друг за друга, мы с наследником главы Учих прошли в наш класс и внимательно осмотрели здание изнутри. Оно было просторным и светлым, хотя при таком количестве учеников это было не очень заметно. Наш класс оказался небольшим, видимо, сюда заранее распределили талантливых детей. Всего нас было около 30 человек, но я догадывался, что списки классов будут меняться каждый год в зависимости от успехов учеников. Учителем у нас стал Аоба, видимо, он еще не дорос до репетитора, хотя здесь уместнее назвать его специальным наставником. Он зачитал нам списки имен, и каждый должен был откликаться на свое, чтобы таким образом мы познакомились. Что ж, привет, учеба, я скучал по тебе.