Мозаика

- Мур, КАК ты умудрился ПОТЕРЯТЬ Олежика? Нас прервали я не кончил. НАС ПРЕРВАЛИ Я НЕ КОНЧИЛ. БЛЯТЬ, ПРЕРВАЛИ - НЕ КОНЧИЛ!! Зато Миша молодец! Много и... много. До старости моей вытекать будет. - Не наезжай на него. Мур приболел немного - рассеянный стал. Ах ты ж блять бобер-переросток! - Так может мне его МОРСИКОМ напоить, чтобы выздоравливал?! - Не истери. Обещаю, найдем Олежика и на радостях я тебя тут же... - Заткнись лучше... - ... выебу. Я не знаю, что меня еще сдерживало, но я терпел. Я злился и надувался все сильнее, предвкушая взрыв своей яростной мощи. И как-то терпел... Мур выглядел хуево. Просто адски хуево. Сколько он носился за котенком, а потом от него... Комок слизи с еле еле прикрытыми мехом конечностями, вялый шнурок хвоста и тоскливый взгляд обездоленного щенка. Сейчас расплачусь, без сарказма. Правда жаль. Мурзик еще тот лошара, но любить так сильно и безответно лишь лошары и могут. Сидели на кухне... Ну как сидели. Я полулежал. Пятая точка такая наглая штука, которая не то что болит, но забывать о себе не позволяет, стерва. - Ладно, Мур. Скоро превращение, так что сможешь нормально объяснить, что же произошло. А сейчас просто пойдем по следу. Лу, останься дома и время от времени приглядывай за Томой. И да... ей могут понадобится... ну... тампоны. Они в чемодане черном, с застежками тугими, там будут. Ну ж блять... - А рука? - Лу, идиот, ты забыл чья она сестра? Она уже раз десять восстановила конечность. Все, отчаливаем. Мур ковылял впереди Миши и тяжело вздыхал. Ну конечно... Мученик, бля. Трость Хауса мне вместо члена, если он останется таким несчастным когда будет возможность отыметь котенка. Тампоны я нашел быстро. Как и хуеву тучу женского белья по большей части из шелка. Фи просто. Раздражает эта скользкая ткань до мурашек по телу. Тамара стала мне как-то менее привлекательна. Вполне логически я сделал вывод, что чемодан ее. А судя по запыленности, она давненько его не открывала... Любопытно, а у тампонов срок годности есть? Там я нашел еще тетрадь, изрисованную каракулями, пометками, чьими-то номерами. Пару записей меня порадовали: "Я сегодня впервые готовила щи. Получилось ужасно, я пересолила. Пришлось есть все Мише (дальше отвратительный рисунок медведя). Миша слишком добрый брат. Так бы и съела". "Миша пробил насквозь ногу. Я залила слезами ему всю одежду. И чего я ревела? Завтра тоже себе продырявлю, чтобы вдвоем страдали". "Я его люблю." Это была последняя разумная запись - потом одни сердечки, цветочки и другая влюбленная дребедень. И везде этот жутко нарисованный медведь... Нельзя ей брать карандаш в руки... - Мяуу! Ну надо же, сам пришел. Мяуканье раздавалось с улицы. Открыв дверь... - ДА ЧТО ЗА НАХУЙ СЕГОДНЯ ТВОРИТСЯ!!! Олежек опять сидел с чьим-то кровавым ошметком в пасти. ДА ОН СУКА ИЗДЕВАЕТСЯ!!