Люби меня осторожно

      Утреннее солнце ярко светило, пробиваясь сквозь плотно замкнутые шторы и щекоча своими лучами лицо девочки. Она сморщила темные брови и открыла яркие глаза. Сегодня был ее одиннадцатый день рождения, дома будет праздник, пора начинать готовиться. Легко спрыгнув с кровати, Эвелин побежала в ванну, чтобы умыться и пойти будить брата. В отличии от сестры, Элиот был соней, мальчик с трудом просыпался утром и неохотно ложился спать вечером. Королевская двойня. Так их называли. Их почитали, любили, берегли. Многие считали, раз они близнецы, то должны быть похожими во всем, но они ошибались. Маленькие Нотты были абсолютно разными, как внешне, так и внутренне. Эвелин была яркой и общительной девочкой, которая с малых лет любила крутиться в высших кругах, чего нельзя было сказать о ее брате. Элиот больше любил тишину и покой, предпочитая лишний раз посидеть в библиотеке за какой-нибудь книгой. Мальчик любил проводить время с отцом, который научил его многому: читать, считать, играть в шахматы, кататься на гиппогрифе. Теодор был прекрасным отцом, дети его обожали. Он очень много времени посвящал своей семье. Вечерами мужчина любил читать с детьми разные книги, пока его супруга занималась домашними делами. Часто они музицировали всей семьей: дети играли на фортепьяно, а они с женой на скрипках.        — Элиот! — девочка ворвалась в соседнюю комнату. — Солнце уже встало, пошли скорее! Сегодня придут письма из Хогвартса! — она усиленно начала трясти сонного брата, который на ее активные действия лишь недовольно мычал. — Ну братик! — недовольно воскликнула девочка и толкнула брата последний раз.        — Все, все. Я проснулся, — раздалось тихое ворчание из-под одеяла и показалась темная макушка. — Ты демон! — недовольно буркнул мальчик и встав с кровати поплелся умываться.        — Я тоже тебя люблю! — рассмеялась девочка и убежала к себе, чтобы подготовиться к завтраку. ***       Одиннадцать лет пролетели как миг, настал момент когда дети отправляются в школу. Счастливые родители до сих пор не могли в это поверить, совсем недавно они праздновали их рождение, а сегодня они собирают их в Хогвартс. Среди своих друзей и знакомых они остались последними, кто еще не отправил детей учиться. Например племянник Лармины — Скорпиус сейчас уже учился на третьем курсе, а дочь Блейза и Панси на пятом. Остались только малыши Ноттов.        — Любимая, просыпайся, — раздался нежный голос и женщина посмотрела на мужа. Спустя одиннадцать лет они оба почти не изменились, да они повзрослели, им обоим по тридцать лет, но выглядят они все также молодо и свежо, как будто и не было этих лет. — Доброе утро, — мужчина улыбнулся и легко поцеловал ее в губы.        — Доброе, — ответила она и потянулась. Нужно было приводить себя в порядок. Если солнце встало, то у них с мужем осталось не более получаса прежде чем дети прибегут их будить. Конечно прибежит Эвелин, таща брата за собой на буксире, но кому нужны эти подробности? — Сегодня придет письмо из Хогвартса. Дети тебе говорили на какой факультет собрались поступать? — Лармина встала с кровати.        — Элиот хотел поступать на Слизерин, а вот Эвелин рвется на Гриффиндор, не знаю что с ней делать, — ответил мужчина и пропустил жену в душ.        — Она еще передумает, я тебе точно говорю, ее мнение меняется быстрее, чем женихи у Айрис, — послышался смешок сквозь шум воды.        — Ты становишься похожа на старуху, дорогая! — засмеялся мужчина. — Прекрати ворчать на крестницу, — пригрозил он. Женщина в ответ лишь фыркнула.        — Просто я переживаю, — отмахнулась блондинка и вышла из кабинки. — Вдруг наша дочь будет такая?        — Упаси Мерлин, — вздохнул брюнет и зашел в кабинку, чтобы тоже ополоснуться. В это время Лармина ушла переодеться к завтраку. ***       В столовой бренчали приборы, дети старательно работали вилками, уплетая вафли. Наконец семья позавтракала, и как раз вовремя, потому что пришла почта! Луиза принесла два небольших, но таких заветных конверта. Близнецы выхватил каждый свое письмо, не забыв поблагодарить горничную, и нетерпеливо распечатали их.        — Ура! Меня зачислили на Слизерин! Я прошел тест! — радостно воскликнул Элиот и протянул письмо с результатами отцу.        — Черт! Я попала на Равенкло! — недовольно протянула Эвелин и тоже показала свое письмо.        — Эвелин, — строго сказала Лармина дочери. — Что я говорила про плебейские выражения?        — Я больше не буду, мамочка, — сразу ответила девочка и невинно захлопала глазами.        — Молодец, сынок, я в тебе не сомневался, — похлопал Теодор сына по плечу. — А вот в тебе, доченька, наоборот. Боевая магия это не твое, поэтому я считаю правильным, что тебя зачислили к воронам, — строго проговорил мужчина. Девочка грустно вздохнула, но согласилась с отцом. ***       Вокруг было многолюдно и шумно, дети весело танцевали и переговаривались, взрослые в это время соблюдали формальности. На вечере в честь дня рождения близнецов собрались все их друзья: кузен Скорпиус Малфой, погодки Лира и Мира Гринграсс, старшая подруга Айрис Забини с младшим братом Крисом Паркинсоном, прибыл даже Лео Блэк из России. Всем было весело, вокруг витала семейная атмосфера, радостный смех отскакивал эхом от стен зала. В этом году чета Ноттов решили устроить для детей тихий вечер в кругу близких и друзей. Уже завтра они все отбудут в школу до Рождества и дом опустеет. ***       Паровоз издал последний гудок и отправился в путь. Из окон высовывались дети, машя своим родителям и опекунам, на перроне оставались плачущие мамы и серьезные отцы. Впервые Лармина и Теодор прочувствовали эту атмосферу на своей шкуре. Сегодня их малыши впервые отправились куда-то одни, целых четыре месяца они не увидятся. Женщина еле сдерживала слезы и продолжала улыбаться, махая рукой вслед детям, позади нее стоял муж, который крепче обычного держал ее за худые плечи. Когда поезд скрылся в тоннеле она дала волю слезам и развернулась к любимому. Впервые после стольких лет она плакала. Муж нежно обнял ее и поцеловал в пухлые губы.        — Не расстраивайся, любимая, все будет хорошо, — вытирая слезы с щек, прошептал мужчина.        — Я люблю, спасибо, что ты у меня есть, — женщина крепко обняла его.        — Я тоже очень люблю тебя.