Monster

Чонин сидел в кожаном кресле на тридцать шестом этаже отеля. По окнам номера, уходившим в пол, бил сильный дождь, временами заглушая джаз. Брюнет держал стакан, на дне которого еще остался джин. Парень смотрел в одну из цветных точек, что получались от капель и горящих неоновых вывесок снаружи. Помимо того, что его казино освещало нижнюю часть улицы как днем, верхушки соседних домов так же пестрили вывесками. Несмотря на то, что сегодня дождливый день, людей это не смущало и дорогие машины продолжали подъезжать ко входу. Ведь сегодня будет особое представление на сцене. Сегодня выступают собачки из труппы Бэка. Сегодня как раз один из таких дней, когда они из кожи вон будут лезть, чтобы понравится богатеньким альфам. Чонин видел уже эти представления не раз, и они его не сильно привлекали. Даже сам не понимал, как эти толстосумы клюют на этих дешевок. Но это приносило им большую прибыль, чем просто бордель, поэтому подобное развлечение имело место быть. Бизнес налажен, каждый в команде занимается делом по душе. Ведь Бэк сам настоял на том, чтобы промышлять этим. Но в данный момент ум Чонина занимало не представление и не омеги на продажу. Он думал о мотивах того, кто послал к нему человека на бои. Чего он хотел? Убить Кая, чтобы завладеть огромным бизнесом? Казалось бы, система налажена и каждый в команде занимается своим делом, в котором больше всего разбирается. Но если убьют Чонина, система будет разобщена, ведь он один знает обо всех тонкостях каждой из сфер. Всего один человек как невидимая нить удерживает все это вместе. Тот, чьей силы, ума, смелости и самодисциплины хватило, чтобы объединить под собой порой не менее хватких парней. Затея казалась глупой, ведь Чонин не один держал всю эту систему, и даже если его убить, каждый будет контролировать свою сферу и просто во главе встать не получится. Вывод напрашивался только один: это было предупреждение. И Чонин догадывался о чем. — Знаешь, слышал, что если не убивать людей, можно даже в рай попасть, — молчание в номере брюнета прервал Чен, бесцеремонно пройдя внутрь и усевшись в кресло позади. — Золото убило больше душ, чем железо тел, — почти безразлично отозвался Чонин, продолжая смотреть в окно. На это Чен только хмыкнул, так как понимал, что его лекции поведение Кая не исправят. — Я навел справки и узнал, кто послал нам этого дипломата, думаю, ты знаешь Джейсона по кличке Парикмахер, владельца нескольких довольно крупных борделей. — Я знаю кто к нам его прислал и даже догадываюсь, что он хотел сказать. Его единственный бизнес — это шлюхи, и мы с недавних пор составляем ему конкуренцию. Ну то есть как конкуренцию... От его заведений за милю несет низкосортными омегами, не знаю как он сам еще не вскрылся от этой вони. А посетители таких мест вероятно совсем потеряли нюх. Он думает, что мы ему конкуренты теперь, вроде как забираем самых жирных и прибыльных клиентов. — Абсурдно, клиенты, что посещают заведение Бэка в корне отличаются от тех, что посещают места Джейсона, — Чен поправил очки.— И вообще это он приехал из Америки в Корею и пытается качать тут свои права. Его пустили на эту территорию только с благословения Советника и только потому что он ему отчисляет деньги. — Да, он разросся и теперь думает, что может замахиваться на верхи, решил, что уже вырос из под опеки. Чен глубоко вздохнул, не сильно желая продолжать этот разговор, так как знал о чем дальше должна пойти речь. — Я полагаю, ты уже знаешь как решить эту проблему. — Да, полагаю, сегодня он будет у себя в основном клубе, сегодня пятница и он будет все контролировать, — Чонин выпил остатки алкоголя из стакана, оставив лед на дне. — Думаю сделать дружеский визит. — Зачем тебе самому к нему ехать? Отправь людей, они все сделают. — Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам. — Полагаю, тебе стоит попробовать вести с ним мирные переговоры. — Револьвером и добрым словом можно добиться большего, чем просто добрым словом. — Ты ведь специально себе приключения на задницу ищешь? Остался бы на представление Бэка, сегодня омеги будут выступать, выберешь кого-нибудь и проведешь ночь в уединение, вместо того чтобы пытаться пулю словить. — Это слишком скучное занятие, пытаться словить пулю намного интереснее, не находишь? Чен устало потер глаза, не зная как еще вразумить друга. — Я слышал, ты лично принимал одну из поставок новых омег. — Да, Бэк не мог принять, мы сделали это за него. — Да, да... а еще слышал, что ты купил дикого омегу, который кидается на клиентов, тем самым отпугивая. Зачем? Ты пытаешься загубить бизнес Бэка? — Глаза у него были красивые. — Чонин, я серьезно. — И задница шикарная, — Кай встал с кресла, поставив стакан на стеклянный столик и направляясь к выходу. — Я знаю, что нам всем нужен омега, но как ты понимаешь, ты в особой ситуации, если ты влюбишься в кого-то, он станет для тебя слабым местом, на которое всегда можно надавить. — Как Минсок для тебя? Даже не смотря на то, что он альфа? У всех у нас есть слабые места, — Чонин хмыкнул, обернувшись перед выходом.— И не переживай, я купил его только как презент для Бэка. — Точно, у всех, кроме тебя, именно поэтому ты наш босс. Чен сказал это уже пустой комнате. Он просидел так еще несколько секунд, размышляя над чем-то своим. После чего встал, забрал стакан со стола — единственный предмет, который нарушал идеальную чистоту номера. Да, он маниакально следил за чистотой в номерах, ведь у Сюмина по этому поводу пунктик. Чанель открыл окно в машины, чтобы насладиться ночной прохладой, на что Чонин тут же запротестовал. — Закрой, вонью с этих улиц только крыс травить. — Ты такой чувствительный к запахам, трудно тебе будет омегу найти, — пробубнил Дио, не отрываясь от телефона. — Просто я чувствую стойкий запах от этих борделей. Сам знаешь какого рода там работники, — все так же безразлично ответил Кай. — Как ты сам решился посетить это место, а не послал наших ребят. — Мне было скучно. Как только они подъехали к клубу, ярко сверкающему неоновыми огнями, Чонин сделал такой глубоких вдох, словно он пытался надышаться перед смертью. Они втроем вышли из машины и направились ко входу клуба, в котором предположительно находился Парикмахер. Охрана этого заведения без проблем пропустила парней внутрь, так как их знает каждая дворняжка, которая хоть как-то связана с этим бизнесом. Проверять на наличие оружия не стали, так как они слишком важные персоны, чтобы оскорблять подобным жестом. Парни не стали проходить в основной зал с выпивкой и стриптизом, а сразу свернули в тускло освещенный коридор, где их недружелюбно сопровождала охрана. Мимо них ходили омеги, одетые соответствующе своим обязанностям тут. Яркий макияж, полуголые тела, не привлекательно развратная одежда. Во всяком случае, так казалось Чонину. Так своих подопечных разоденут только те, у кого совершенно нет вкуса. Такие омеги и рассчитаны на основную массу желающих. Кай, Дио и Чанель вошли в помещение в сопровождении трех человек. Сам Джейсон сидел посреди комнаты за массивным столом, а по краям стояли его люди с автоматами. — Я удивлен, что ты сам решил прийти, — ехидно улыбнулся мужчина средних лет, прикуривая сигару. — Я смотрю у тебя тут все как в ганстерских фильмах, да? Пара парней с огромными пушками и злобными лицами стоят позади тебя. Они думают, если будут так хмуриться, то напугают меня и я убегу? Они хоть этими пушками пользоваться умеют? Не отстрелят себе яйца? Парочка шлюх в самых откровенных одеждах делают вид, что хотя тебя. Ну а эта толстая сигара, пожалуй вызывает самую символичную ассоциацию твоих желаний. Мужчина напротив, явно ожидал другого начала. Он уже был готов язвительно отбивать все аргументы, но точно не к такому. Он забыл о том, что пытался прикурить сигару и ошарашено переводил взгляд с парней. Чанёль и Дио сидели раслабленно, но готовые к любому резкому движению по ту сторону стола. — У меня нет особого таланта к переговорам, поэтому скажу все как есть. Видишь ли в чем дело, ты пытаешься играть в плохого парня, наверное, насмотревшись фильмов. Ты правда думаешь, что готов к тому, чтобы развязать войну с таким как я? Ты трусливо послал ко мне человека, тем самым пытаясь что-то проблеять в мой адрес. Если хочешь что-то сказать, нужно лично вести переговоры и приходить к взаимовыгодному соглашению, а не вести себя как низкосортный закладчик наркоты. Я знаю, что ты хотел мне сказать. Ты хочешь, чтобы мы прикрыли свое новое направление с шлюхами. И если честно, я не понимаю, каким образом это могло коснуться тебя. Наши клиенты-исключительно высокопоставленные люди, они и не пачкались о твоих омег. Но ты видимо решил, что раз у тебя несколько борделей, ты уже достаточно силен, чтобы качать права среди верхушки. Ты думаешь, что выглядишь и поступаешь как большой босс, посылая своих людей ко мне, но это не так, ты просто трусливая крыса, которая прячется в своей зловонной дыре. Я позволю тебе и дальше вести бизнес, ведь всем слоям населения нужно удовлетворять свои потребности, меня же в свою очередь интересует другой контингент посетителей. Я обычно не делаю предупреждений и искореняю проблему сразу, чтобы больше не тратить на это время. Но, думаю, в данный момент я могу сделать исключение в знак солидарности наших прошлых отношений. Тебя держит Советник, но он ходит подо мной, полагаю, ты не знал, на какой большой кусок пирога ты открываешь пасть. Тебе такой не проглотить. Чонин закончил свою речь, встав с кресла и его примеру последовали Дио и Чанёль. По лицу Джейсона было видно как он возмущен, было ощущение, что он может взорваться от ненависти. Он только попытался двинуть рукой, чтобы достать пистолет, как застыл от мимо пролетевшей пули. Чонин, Чанель и Дио моментально среагировали на это движение и три отверстия от пули красовались по правую сторону от висков Джейсона и позади его охраны. Он ничего не мог сказать от удивления, ведь он только хотел подать сигнал своим людям, а успел бы только словить пулю в лоб. Это было небольшое показательное выступление для Парикмахера, чтобы после этого у него точно не оставалось сомнений в собственной неполноценности. — Каждый раз, когда в твоей голове пронесется мысль о том, что ты сможешь меня подвинуть, заходи в свой кабинет ганстера, смотри на эти отверстия в стене и вспоминай, что это мог быть ты сегодня. А когда захочется почувствовать себя плохим мальчиком и поиграть в ганстеров, полови своих уличных шлюх и почувствуй с ними свою власть, угрожая своим десяти сантиметровым пистолетом. Чонин и его ребята спокойно развернулись и вышли из кабинета, ожидаемо не встретив никакого сопротивления.