Monster

Чонин открыл дверь, ведущую на арену, где не так давно погиб его боец. На правую руку намотан поводок, ведущий к шее волка. Животное стало послушным и прирученным благодаря правильным тренировкам. Поначалу Чонин хотел сменить направление и устраивать бои между собаками, но любовь к животным взяла верх над зрелищностью. К петухам он ничего не испытывал, их ранения хоть и были серьёзными, но душу Кая они не трогали. А разорванные шеи меховых созданий ему лицезреть не хотелось. Ведь когда он смотрел в глаза пушистым, было ощущение, что они понимают все что происходит вокруг, возможно, даже человеческую речь. Он ходил по самой арене, смотря по сторонам, задевая пальцами решетки. Ощущение было, что там стоят люди, кричат и просят зрелищ. Словно сейчас все, кому Чонин перешел дорогу, выйдут сюда с пушкой, а он должен защищаться голыми руками. Люди любят зрелище, и не важно, кто будет на месте петухов. Сегодня у тебя есть все и все тебя уважают, боятся и прислушиваются к твоему мнению. Когда у тебя есть деньги, тебя покрывают все верхушки. Казалось бы, империя Кая построена и денег хватит на несколько поколений вперед, но на самом деле все это просто как карточный домик. Есть люди, которые покрывают, но мнение людей изменчиво. С другой стороны, и жизнь тех людей, что покрывают— вещь такая хрупкая. Одна пуля в затылок и больше никто тебя не подкупит. А на место тех людей можно поставить своих. Каждый это понимает, поэтому нет смысла идти наперекор сильным мира сего. Преимущество того, что создал Чонин в том, что он не один в этом деле. Конечно, будь он один, вся прибыль доставалась ему. Но Чонину нравится, что его окружают не просто коллеги по бизнесу,каждый из них лучший друг Чонина. Каждый занимает свое место, и, что немало важно, каждый занимается любимым делом. Ни у кого ни разу не возникало желания забрать себе больше денег. Вся прибыль от их общего бизнеса делится ровно пополам между всеми участниками. Никого не волнует, что какой-то бизнес приносит больше денег, какой-то меньше. Деньги, безусловно, важная часть жизни, но Чонин уверен в своих людях. Они испробовали уже столько всего за свою жизнь, что в некотором роде присытились. Конечно, отказаться сейчас от роскошного образа жизни никто бы не захотел, именно поэтому вся система до сих пор существует. Но Кай больше не чувствовал такой острой потребности в деньгах. Скорее, его привлекала сама игра, в которой он больше не пешка. Теперь в игре под названием "Жизнь" им больше не двигают по деревянной доске. Теперь он тот игрок, что двигает пешки, просто чтобы как-то скоротать время. — Я тебя еле нашел, ты почему телефон отключил?— удивленно проговорил Бэк, зайдя на арену. — Не думал, что кому-то буду нужен,— усмехнулся Чонин, повернувшись к другу. — Ой, пожалуйста, свои истории "Я никому не нужен, меня все оставили" рассказывай кому-нибудь еще. Тебя тут любой омега облюбит сверху до низу, будут применять свои таланты так, как еще никогда в жизни. А если зайдешь в клубы к Парикмахеру или Бому как клиент, то омеги, что там обитают, замироточат. — Да кто вообще хочет в заведения к Бому или тем более к Парикмахеру?— усмехнулся Чонин. — Ну конечно, мои-то детки в разы лучше, зачем тебе спускаться в трущебы? Кстати об этом... — Пожалуйста, ничего не говори, Бек. — Дай угадаю, ты сам не знаешь как так получилось, верно? Просто этот дурманящий запах, а эти движения бедрами, словно он уже твои собственные оприходовал, да? — Я правда не знаю, как так получилось, — Чонин сжал поводок сильнее и, развернувшись, пошел вдоль клетки. — Я, возможно, тут уже с ума схожу. У меня ведь нет собственного дома, как у вас. Не могу сказать, что огромные кровати в отеле сильно уступают мягкости той кровати, что были в моем доме. Но, думаю, кочевать из номера в номер мне надоело. Я в какой-то мере чувствовал так себя безопасней. Нет постоянного места даже в отеле, никто не знает какую кровать я выберу сегодня. Казалось, это спасало меня от заложенной под ней бомбой. — Мне всегда казалась твоя жизнь загнанным зверьком на гору денег. Словно если ты с них слезешь на полу тебя будет ждать лава. — Боже, как по-взрослому, Бэк, не думал начать писать книги с такими шикарным олицетворениями? — ухмыльнулся Чонин. — Ты сам будто взрослее с такими замечаниями, — Бэк насупился, потому что, как ему казалось, он пытался поддержать Чонина. — Ну да, в целом ты прав, — Кай провел ладонью по решетке. — Я себя сам запер в этой клетке. Тут безопасно, но это все еще клетка, даже если и золотая. — Я так понимаю, ты решил улететь из родного гнездышка? — Да, я хочу купить дом, не поможешь с выбором? — Да уж, боюсь, что если в этом доме не будет тигров, охраняющих дом, бассейна размером с океан и платиновых унитазов, украшенных бриллиантами, а вода для смыва будет поставляться не из родниковых вод оазиса, тебя такое не устроит. — Ну вот видишь, ты уже знаешь мои минимальные требования, — усмехнулся Чонин.— Ну, а если серьезно, то не вдаваясь в такие вычурные крайности, думаю, я могу довериться твоему вкусу. — Мне рассматривать жилье на двоих или холостяцкое гнездышко? — Ну только, если ты ко мне переедешь, пупсик, — прищурившись, ухмыльнулся Чонин. — Даже не надейся, мне постоянные партнеры не нужны, особенно из числа моих друзей-партнеров. — Ты меня будешь бесконечно обламывать, да? — притворно заскулил Чонин. — Ладно, ладно, просто чтобы закончить весь этот театр, я соглашусь найти тебе подходящие варианты. Кстати, пуделя верни домой, — выходя, отсалютовал Бэк. — Он что, тебя пуделем назвал? — искренне, по-детски, как умеет только Чонин, недоумевая, раскрыл глаза и, надув и без того пухлые губы, посмотрел на волка.

***

Мужчина идет по мрамору желто-коричневому полу коридора отеля, поправляя волосы на висках. Позади слышит шаги, которые повторяют его собственный шаг. Тогда Минсок решает резко завернуть за угол, чтобы застать преследователя врасплох. И маневр ему удается, преследователь так же резко заворачивает и через секунду обнаруживает себя прижатым к стенке, с зажатым ртом и пистолетом у виска. — Бэкхен? — Недоумевающе спросил брюнет. На что омега смог лишь что-то промычать в ладонь альфы. — Зачем ты меня преследовал? Я уж думал опять придется привлекать чистильщика Чена и делать ремонт во всем коридоре. — Мне кажется, чистильщик Чена самый занятой человек среди нас, я надеюсь, Чен ему достаточно платит, — опуская руку с собственного рта, проговорил Бэк. — Бэк, не делай так больше, а то мало ли палец на курке дрогнет. — Ладно, в следующий раз буду за год предупреждать о том, что встретиться хочу. Я поговорить хотел, давай зайдем в какой-нибудь номер. Минсок на это только махнул рукой, как бы говоря следовать за ним. Они прошли несколько номеров и брюнет использовал универсальный ключ-карту, чтобы войти в один из номеров. Они прошли и расположились в кожаных креслах, друг на против друга. — Давай, рассказывай, ради какой такой информации ты чуть не попрощался с жизнью. — Да, ты как всегда только собираешь со всех информацию, но не хочешь делиться. — Определенная информация предназначена только для определенных лиц, все как всегда. — Да уж, все как всегда. Тогда скажу прямо, я знаю, что Кай просил тебя узнать об одном из омег, что находятся под моим руководством. Минсок подозрительно прищурил глаза. — Я знаю, что ты разузнал, потому что я так же разузнал об этом мальчишке. Он из влиятельной семьи мафии из Сеула. Когда он был маленьким он хотел завести лабрадора. Все его братья родились альфами, из-за чего мальчишке приходилось нелегко. Отец хотел вырастить из него альфу, чему способствовал его характер и телосложение. Он занимался танцами как хобби, отец же его учил драться и обращаться с оружием. Но как бы отец не старался, он был омегой и ничего не мог поделать с тем, что альфы его не боялись, а хотели. Казалось бы, можно использовать, чтобы управлять альфами, но из-за его специфического запаха альфы дурели в своей похоти. А так как вокруг него вились серьезные люди с кучей охраны и оружия, он боялся, что в один прекрасный день кто-то посягнет на его невинность. Даже с блокаторами его запах пробивался при близком контакте, рано или поздно кто-то даже из его собственных охранников мог потерять голову и, приставив к голове ствол, взять желанное. Из-за чего он сбежал сюда, в другой город, к не таким влиятельным людям. Только вот не задача, по какому-то издевательскому случаю судьбы попал к еще более влиятельным людям типа Кая. Пока что все верно? — Ну, в детстве он хотел золотистого ретривера. — Ну это конечно меняет в корне все. В любом случае, вот тут мы подбираемся именно к тому, о чем я и хотел поговорить. Чонин заказал у тебя эту информацию, но я думаю, что ему пока не следует это знать. Видишь ли, наш одинокий волк настойчиво отрицает свое некое влечение к этому омеге. Я понимаю, что его истинный погиб, но это же не повод всю жизнь теперь быть одному. Я просто боюсь, что эта информация может его спугнуть или наоборот придать некий неверный оттенок в восприятии этого мальчишки. Я хочу, чтобы все получилось естественно с тем, что уже сейчас есть. — Что конкретно ты просишь меня сделать? — Ты вообще давно в отпуске был? А Чен? У вас романтика еще не умерла, вам бы на месяцок съездить куда-нибудь. — Ты мне предлагаешь убежать от Чонина? Это такой серьёзный подход к делу? — Ты же понимаешь, это возможно последний шанс, когда мы можем помочь ему в этом. Кай, он без изъянов, конечно, практически нет слабых мест. Но вот в делах любовных он не знает, что делать. — Чонин-то не знает? Он в делах любовных даст фору нам всем. — В постели-да, по возбуждению всех и вся вокруг-да, но не действительно личных дел. Поэтому я просто прошу отсрочить для него эту информацию. — Выглядит как предательство Чонина. Не мне судить, что делать с этой информацией, если он просил, я должен доложить. — Я тебя прошу, просто дай мне время, я улажу вопрос с вашим отсутствием, он ведь не обозначал сроки, когда ему нужна эта информация. Возможно, это наш единственный шанс помочь ему. — А почему ты вообще хочешь ему помочь? — Он ведь принял меня в вашу команду. Хочу отплатить той же монетой. — Ты давно ему монетами выплатил за это, ты ведешь свой бизнес хорошо и приносишь не малый доход. Из нас вряд ли кто-то смог бы вести этот бизнес так же хорошо. — Тогда я моральной монетой хочу ему отплатить. Сюмин сидел некоторое время, обдумывая предложенное. Терялся в сомнениях как поступить, ведь он видит это как предательство. С другой стороны, если все то, о чем говорит Бэк правда, то он тоже хотел бы помочь Чонину. Опять же, они не на школьной дискотеке в младших классах, чтобы заниматься сводничеством. Но раз Кай хотел узнать о каком-то омеге, то неспроста, ведь его омеги обычно не интересуют. — У меня нет поводов не доверять и не помогать тебе. Если ты действительно знаешь и уверен в том, что делаешь, я попробую тебе помочь. Иногда и правда Чонин слона, наступившего ему на ногу, не видит. Я думаю, это самое малое, что я могу сделать для него. Я хочу, чтобы он хоть иногда занимался хоть чем-то кроме бизнеса и игральных столов. Думаю, ему пойдет это на пользу, даже если он не будет с ним вместе, ему следует хоть иногда выпускать пар. Я попридержу эту информацию насколько смогу, но не рассчитывай на слишком долго, я ведь всегда информацию достаю быстро и в полном объеме, все это знают. Не хочу, чтобы он начал меня подозревать в чем-то. — Вот и договорились, — Бэкхен достает два билета на Бали, с именами Минсока и Чена. — Отправка через несколько дней.

***

Кай сидит во главе игрального стола. Вдоль него расположилось много альф, рядом с ними сидели их омеги. У кого-то из присутствующих было по три омеги, у кого-то одна. Все они отличались, так сказать, престижностью. Куча брюликов, кольца, серьги, браслеты, идеально уложенные волосы, идеально ровная кожа, строгие костюмы или наоборот откровенные наряды. На них надеты хрустальные маски, украшенные драгоценностями. Они скрывают верхнюю часть лица, видно только их глаза и белоснежные улыбки. Тут все альфы и омеги выглядит шикарно и брюнет знает — это не только для вылазки сюда. Эти омеги следят за своей внешностью и поведением каждую секунду, ведь это их работа, это их жизнь. В большинстве случаев альфы только на время пользуются этими омегами и содержат их. Поэтому если они не будут соответствовать, им быстро найдут замену. У тех, что нашли своего истинного или просто постоянного альфу, дела обстояли лучше. Им не нужно было лезть из кожи вон, чтобы удержать внимание своего альфы и привлекать красивой оберткой. Но сегодня все равно каждый лез вон из кожи, чтобы быть самым-самым. Никто не хотел уступать по привлекательности. Действительно, обложка красивая, только вот содержание Чонину не нравилось. Казалось, раздень его, сними макияж, а под ним будет ровно пустота. Поэтому все, что делал Кай-смотрел на окружение и следил за игрой. У него, в отличие от остальных, не было сидящего омеги на коленях или виснувшего позади на спине, прижимавшегося полураскрытой грудью из под рубашки. Но ему и не нужно, сейчас гораздо интереснее следить за игрой и эмоциями игроков. Он наблюдает за лицами проигравших и выигравших и запоминает, какая мимика сопровождала их во время игры. Он любил вступать в игру под самый конец, когда смог изучить уже всех игроков. Да, Чонин не любил проигрывать, поэтому делал все, чтобы его победы так и продолжались. Вокруг звучала музыка, идеально обученные и выправленные как солдаты официанты носили очень дорогой алкоголь. Конечно же бесплатно, брать деньги с таких людей было бы оскорбительно, ведь каждый понимал, что большинство своим проигрышем оплатит все счета, да еще и принесет не малую прибыль. Тех, кто не знал, когда надо остановится в распитии алкоголя, пытались остановить их омеги. Ведь какой им смысл, чтобы их дойный мешок просадил деньги в казино вместо того, чтобы потратить на самих омег. К тому же, Чонин не вступал в игру, так как ждал двух не менее важных для него сейчас людей. Да, место по правую сторону уготовано Минсоку, а по левую мэру. Для Чонина его люди важнее всех, поэтому для Сюмина место справа. Не то чтобы он не уважал мэра, но это легко заменяемый человек. Мэр — это должность, а сам человек не представлял для него никакого значения. На это место всегда можно посадить того, кто будет более удобным. — Ты похоже уже выпил весь алкоголь и скоро собираешься на боковую? — спросил Минсок, когда сел рядом с Чонином. — А мне еще Бэк говорил, что у меня с юмором плохо,— усмехнулся Чонин. — Ты обычно играешь к тому времени, как я подхожу. — Сегодня решил не растрачивать свои фишки, пока ты не дашь мне всю информацию. — Ну, вот тому с красной бабочкой явно повезло, что у него вообще есть омега. Надо же быть настолько некрасивым, а. — Спасибо, друг мой, мне это непременно поможет выиграть все партии, — притворно мило улыбнулся Чонин. На самом деле, Минсок специально нес чушь, чтобы отвлечь лидера от того самого вопроса. Ведь буквально только что он пообещал Бекхену, что не станет рассказывать то, что узнал о Сехуне. — Ну так что, ты узнал то, о чем я тебя просил?— словно максимально не заинтересованно говорил Чонин. — А да, конечно, тот омега, — Минсок как-то неестественно кашлянул.— Ты знал, он в детстве хотел завести золотистого ретривера? — Серьезно? Ну, это, конечно, раскрыло мне все карты о происхождении этого омеги. — Конечно, не каждый же хочет золотистого ретривера, это ведь большие собаки, почти размером с человека, если встанет на задние лапы. Мне кажется, это многое говорит о человеке. — Так вот оно что, видимо, все кто хочет в детстве большую собаку, имеют такой запах, что валит альф с ног, а в придачу характер с манией убийства всех, кто приближается. — Ну вот мы же с тобой не пробовали, поэтому и утверждать не можем, что это не так, — Сюмин старался держаться максимально спокойно, даже если понимал, что несет такую чушь. — С трудом поверю, что ты не смог раздобыть информацию о нем, Сюмин, ты же в этом профи. — На самом деле, я был немного занят, поэтому информацию достать еще не успел. Я закинул удочки, чтобы мне мои гончие принесли все в лучшем виде. Но мои мысли немного заняты предстоящим отпуском. — Отпуском? — Да, мы решили съездить с Ченом к морю погреть свои старые подстреленные кости. Давно не были, знаешь ли, иногда нужно давать отдых душе и телу. — Давно не были? Вы же только в этом месяце пять раз уже ездили, — искренне удивился Чонин в своей фирменной манере, подняв брови и округлив и без того пухлые губы. — Что? Правда? Уже пять раз были? А я и не считал. Ну раз душа просит, значит надо ехать. Не переживай, я ненадолго, как только приеду, сразу подготовлю презентацию с графиками и диаграммами на всю стену. Расскажу в какого цвета горшок он ходил, когда был маленький, идет? — Минсок, ты врешь хуже тумбочки, — Чонин посидел какое-то время, перебирая между пальцев фишки. Сюмин действительно немного нервничал, ведь ему не часто приходилось врать своему лидеру. Но каждый раз, когда он это делал, он делал это во благо. — У меня нет поводов тебе не доверять. Ты же знаешь, я верю всем вам как себе. Думаю, у тебя есть повод не выдавать этого мальчишку сейчас. Что же с этим парнем не так, что даже ты его покрываешь, наверно, интересная история меня ждет. Ладно, будем рассчитывать, что никто не выстрелит сегодня мне промеж глаз и отложим до твоего возвращения. Но я жду подробного изложения, включая цвет горшка. Чонин хотел встать из-за стола, потому что то, чего он действительно ждал, он не получил. Поэтому собирался уже покинуть зал и не обдирать прибывших альф на деньги. Но к нему подлетел один из людей Чонина и быстро проговорил на ухо: — Прибыл Мэр, Мистер Ким, он хочет сыграть с вами в игру, попросил передать, что сегодня на кону будет нечто особенное. После этих слов Чонин не мог покинуть помещение. Интерес взял верх, поэтому он сел обратно на свое место и повернулся в сторону, откуда должен был явится мэр. — Интересно, что же он хочет от меня получить, и что не менее интересно, чем хочет меня взамен заинтересовать. Минсок на это лишь подозрительно прищурил глаза.