Новая история. Новая надежда.

      Заснули мы с Леголасом лишь под утро, когда на небе поднималось солнце. Проснувшись, я почувствовала, что принца нет рядом, пошла в купель умываться и приводить себя в порядок.       «Наверно ушел в кузницу или на конюшню», — подумала я. Закончив все в ванной, я прошлась по комнате и, заметив на кресле бежевое платье (вероятно, его оставили служанки, пока я спала), переоделась в него. Я зачесала перед зеркалом волосы в незатейливую прическу и, застелив кровать, пошла в тронный зал. Там я нашла всех своих друзей, а еще Эомера и Короля Теодена. Все они сидели вокруг деревянного стола и что-то обсуждали за завтраком. Я опустилась на свободное место и, наполняя свою тарелку яствами, стала прислушиваться. Я поняла, что Гэндальф решил совместить трапезу и Совет, но, судя по вопросам, которые обсуждались, он только начался. — Глаза Пиппина не лгали. — жестко произнес отец, обращаясь к Теодену, — он дуралей, но дуралей честный. Он не сказал ничего про Фродо и Кольцо. Нам повезло. Пиппин увидел мельком в палантире планы врага — Саурон готовится нанести удар по Минас-Тириту. Его поражение при Хельмовой Пади кое-что показало ему, — Теоден за­мет­но напрягся. — Он узнал, что род людей не так слаб, как он думал, они готовы бросить ему вызов. Саурон боится этого. Он не станет рисковать, позволив народам Средиземья объединиться под одним знаменем. Он сровняет Минас-Тирит с землёй, но не допустит возвращение короля людей на трон. Если зажгутся сигнальные огни Гондора, то Рохан должен готовиться к войне. — Скажи мне, — подал голос Теоден, подняв голову, — почему мы должны идти на помощь тем, кто не помог нам. Чем мы обязаны Гондору? — Я пойду в Минас-Тирит, я выеду сегодня же, — твёрдо сказал Арагорн. — Нет, — отец даже не обратил взгляд на брата. — Надо предупредить их! — Предупредят, не беспокойся об этом, Арагорн. Я сам отправлюсь в Минас-Тирит. Но поеду я не один, — он глянул на Пиппина, который, поняв все, печально вздохнул. — Подойдя ближе к Арагорну, отец тихо промолвил. — Ты отправишься в Минас-Тирит другой дорогой. Следуй вдоль берега реки и перехвати чёрные корабли, — дальше отец уже говорил громко. — И запомните, теперь у нас нет права на ошибку, — сказав это, он развернулся и взглядом дал понять, что НАМ стоит следовать за ним.       Я, положив столовые приборы на место, пошла за отцом. Догнала я его почти у конюшни. — Расскажи мне все, — попросил он, посмотрев на меня и остановился. — Подожди, — я подождала, пока все подойдут к нам, заговорила. — Первый мой приступ, назовём это так, был, когда я спасла Боромира от Смерти. Тогда я потеряла сознание и во сне встретилась со своими родителями. Они сказали мне, что я могу вызвать свою армию. Армию моего народа. Так, дальше. Второй случай был, когда я умерла, точнее, когда я думала, что умерла. В тот раз я снова увидела своих мать и отца и они рассказали, из-за чего мне становится так плохо. Это Око. Оно так на меня действует. Еще они сказали, что я могу призывать Стихии и восстанавливать свои силы, прося у них энергию. Это я и сделала, когда отобрала палантир у Пиппина, — лица у моих друзей были вытянулись от удивления и я, немного помолчав продолжила. — Я узнала, кто убил мой народ, — ледяным голосом сказала я так, что некоторые путники отшатнулись, услышав его. — И кто же это был? — спросил отец, поскольку он сам, не знал, кто это. — Саурон. Я догадывалась об это и ранее, но не верила до конца. Он через палантир просил присоединиться к нему, обещал величие и славу, но я ему отказала. Тогда он сказал, что я умру так, как умер мой народ. А дальше моя магия защитила меня, Саурон ушел, — поначалу таким же ледяным голосом говорила я, но в конце сказала спокойным простым голосом.       Отец и Пиппин отправились в Минас-Тирит еще час назад. Я же стояла на стене и смотрела вдаль. Простояла я так довольно давно. Я думала. Думала, как мне призвать армию. Мои родители рассказали мне об этом, но не научили, как это сделать. Но, как назло в голову ничего не шло. — Ты в порядке? — ласково спросил мужской голос. Это был Леголас. Я вздрогнула, когда его руки легли на мою талию. — Да, в полном, — спокойно проговорила я. — Может прогуляемся? — предложил он. — Хорошо, только давай на лошадях. Я схожу переоденусь. Жди меня на конюшне, — быстро поцеловав улыбающегося Леголаса в губы, я побежала в свою комнату.       В комнате я заметила на кровати свою чистую походную одежду и оружие, сапоги стояли возле кровати вычищенные. Быстро переодевшись, я закрепила оружие на поясе и, собрав волосы в хвост, вылетела из комнаты. Прибежав в конюшню, я увидела Леголаса, он выводил двух лошадей, держа их под узды. Улыбнувшись ему, я вышла на улицу и стала ждать там. Через минуту появился мой принц и, оседлав лошадей, мы поскакали в степи Рохана, в ту сторону, где виднелась небольшая речка. Мы скакали, молча. Эта была не та тишина, которая бывает после ссор, это была та тишина, которой мы наслаждались, думая каждый о своем.       Мы гуляли с араненом до самого вечера и вернулись в Медусельд уже под покровом ночи. Поставив коней в конюшню, мы пошли в комнаты. Я не хотела спать и по взгляду принца поняла, что он тоже не хочет. Проводив меня к спальне, он поцеловал меня, я ответила ему взаимностью и толкнула дверь. Мы ввалились в комнату, а Леголас же ногой ее закрывал, не разрывая наш поцелуй… В эту ночь мы снова не спали, мы не могли насладиться друг другом. Я заснула под утро. Уставшая, но счастливая…       Проснулась, я очень поздно, был уже обед. Я надела свою походную одежду и, оставив оружие в комнате, пошла в зал, чтобы пообедать. Зайдя туда, я со всеми поздоровалась и, легким касание провела рукой по спине Леголаса, обращая на себя внимание. Аранен лишь слегка улыбнулся и продолжил трапезу. В этот раз я ела намного больше. Может из-за того, что сильно проголодалась вчера вечером, когда мы гуляли в степях? Да, так и есть. Поев, я на этот раз в одиночестве отправилась гулять по Эдорасу, но вскоре вернулась в тронный зал, где провела остаток дня, разговаривая с Гимли. Уже вечерело, когда двери тронного зала распахнулись и вбежал запыхавшийся Арагорн. — Сигнальные огни Минас-Тирит! Зажглись огни! — завопил он. Теоден отвлекся от карты Рохана, а Эомер, до этого чистивший свой меч, поднял взгляд. Леголас умолк на полуслове, как и я. — Гондор зовет на помощь.       Теоден долго молчал. Мы все замерли в ожидании. — И Рохан явится! — король встал со своего места и продолжил. — Созвать рохиррим!       Было объявлено о начале похода в Минас-тирит. Я решила, что это и мой долг тоже — защитить дом своего брата. Покинув тронный зал, я направилась в свои покои. Надев камзол и закрепив оружие, я быстро покидала вещи в свою сумку и пошла на выход. В конюшне я выбрала стройную и поджарую кобылку и оседлала ее, дожидаясь друзей. Мимо меня проехала Эовин, улыбнувшись ей, я прикрыла глаза и призвала свои Стихии. Магия откликнулась, а это значит, что мои Стихии были рядом. Я спокойно выдохнула.       Вскоре на крыльцо Медусельда вышли мои спутники и вместе с королем Теоденом и мы двинулись в путь.       Место сбора всех воиск Рохана находилось в Дунхарроу, там уже был разбит лагерь рохиррим. До лагеря мы добрались только нас следующий день. Там уже собралось немало Всадников из других марок Рохана. Среди множества палаток и шатров, возведенных воинами, я увидела Эомера. Со всех сторон раздавались голоса главнокомандующих, которые докладывали о количестве воинов. — Сколько из Фенмарша? — Триста, король Теоден. — Вестфолд? — Пять сотен, ваше величество. — Ринтен? — Уничтожен, сэр. Никого не осталось. — Шесть тысяч, — лицо Теодена стало мрачнее, чем самая чёрная туча. — В два раза меньше, чем я рассчитывал собрать. — Этого не хватит для того, чтобы сокрушить армию Мордора. Надо собрать ещё, — заметил Арагорн. На лице брата не было волнения, но в голосе проскользнули уже знакомые мне нервные нотки. — Воины будут, — кивнул Теоден. — Каждая секунда приближает нас к падению Минас-Тирита. Утром надо выступать. Ожидание обернётся для нас гибелью Белого города. Отдать Гондор — значит, отдать Средиземье, — заметила я, стоя возле Арагорна. — Значит, ждём утра и выступаем, — ответил мне Король и, направился в сторону своей палатки, тем самым давая понять, что разговор окончен.       Ещё около минуты я стояла неподвижно, а затем мой взгляд устремился в сторону горного прохода. От него веяло опасностью. Из расщелины исходил еле ощутимый запах гнили. По земле расстилались щупальца тёмно-зелёного тумана. — Что это за дорога? — спросила я у Эомера. Скорее для подтверждения своих мыслей. — Дорога на Димхольд, — сказал он, смотря туда. — Оттуда ещё никто не возвращался.       Вечерам, сидя у костра со своими друзья, я почувствовала, что дядя здесь. Пройдя немного вперед, я увидела незнакомца в темном бархатном плаще, на его голову был накинут капюшон. Я сразу узнала его. Элронд! — Здравствуй, дядя, — счастливо улыбнулась я. — Что привело тебя сюда? — Здравствуй, Ариада. Арвен умирает, — после его слов моя улыбка пропала. — Что? Почему? — Она не может больше выдержать Тьмы, которая нависла над миром. Она умирает. Теперь её жизнь неразрывно связана с Кольцом. — Ясно. Я провожу тебя к Королю, — развернувшись я пошла к палатке Короля.       Проведя Элронда, я вновь вернулась к костру, но уже не смеялась вместе с друзьями, а лишь смотрела в одну точку, погрузившись в свои мысли. Новости, которые принес Элронд, были черны. Леголас первый заметил мое состояние присел передо мной и спросил: — Что случилось, Ари? — Арвен. Она умирает, — бесцветным голосом ответила я, посмотрев ему в глаза. — Я не могу даже ей помочь.       Леголас обнял меня, поглаживая по волосам. Я не плакала. Я все еще не верила, что мне сказал дядя.