Каждый должен быть счастлив

14 глава. Карин и Тоширо, прячась за деревом, наблюдали за спокойно сидящим Ичиго, который никак не выдавал того, что их давно заметил. В конце концов, он не собирался говорить с Бьякуей о чем-то настолько сверхсекретном, чтобы пытаться сохранить это втайне от своей сестры. Но Кучики лучше не знать о случайных – хотя он сильно сомневался в этом - слушателях. Поэтому Куросаки, сосредоточившись, поставил кеккай вокруг этих двоих. И как раз вовремя: неподалеку от него появились Врата миров, из которых, гордо вздернув подбородок, вышел сам капитан 6-ого отряда. С зампакто, надетым кенсейканом, белым длинным шарфом, презрительным взглядом и неизменным капитанским хаори с номером шесть. - Ты взял Сенбонсакуру? Неужели ты думал, что я снова хочу с тобой сразиться? – даже не посмотрев в его сторону, спросил Ичиго. - От тебя, Куросаки, можно ожидать чего угодно, - совершенно спокойный голос и ледяной взгляд в спину рыжеволосого. - Ой, ну зачем так грубо, Бьякуя? – все так же спокойно произнес Ичиго. А потом добавил с нотками насмешки, - своими манерами ты позоришь свой клан. - Свой клан я опозорил 3 раза: когда против воли старейшин женился на Хисане, когда позже принял в клан Рукию, и когда позволил ей выйти замуж за тебя, Куросаки Ичиго. - Ты считаешь меня позором для клана Кучики? – словно насмехаясь над Бьякуей, Ичиго спросил это жалобным голосом. В ответ молчание. Только глубокие серые глаза прищурились, выдавая злость главы клана. Но подобное мог заметить далеко не каждый: только те, кто давно был с ним знаком. - Ты не слишком много на себя взвалил, Бьякуя? – неожиданно серьезно спросил рыжеволосый. - Что ты хочешь этим сказать? – не смотря на свое хладнокровие, сейчас Кучики начинал сильно раздражаться. Так довести его получалось лишь у двоих: Куросаки Ичиго и, иногда, Абарай Ренджи, его – Бьякуи – лейтенант. - Ты взвалил на себя обязанности главы клана, капитана отряда, надавал кучу обещаний в своей не такой уж и длинной жизни. Причем некоторые из них противоречат друг другу. Не тяжело тебе нести это бремя? - Нет. Я сам выбрал для себя такой путь и не собираюсь от него отступать. Твой вопрос звучит глупо, Куросаки. - Елки-палки, сейчас ты до жути напоминаешь мне Карин, - Ичиго тяжело вздохнул и печально улыбнулся, смотря на такую далекую луну. - Чем же, интересно? - Она такая же, как и ты: никогда не скажет, что ей больно. Предпочитает все держать в себе. - И с чего же ты взял, что ей больно? – неожиданно даже для себя, спросил Кучики. Каким бы дураком не показывал себя муж Рукии, Бьякуя видел, что это далеко не так. - Знаю, просто знаю. Но я, вроде как, обещал ей не вмешиваться. Она сказала, что со всем разберется сама. Я верю ей. На этих словах Карин непроизвольно вздрогнула, а, когда Тоширо посмотрел на нее, отвела взгляд, словно боясь смотреть ему в глаза. - И тебе тоже больно, Бьякуя. Хоть ты никому и не скажешь об этом. Я не собираюсь тебе читать нотации или еще что-либо… - Ты ошибаешься, Куросаки, я совсем не чувствую боли, - словно ледяной взгляд капитана Кучики стал еще более холодным. Но сам Ичиго на это никак не отреагировал, - к тому же, ты такой же, как твоя сестра. - Я могу притворяться, что ничего не замечаю, мне не сложно. Но что ты будешь делать, когда все-таки сломаешься? Может, наконец, попробуешь попросить у кого-нибудь помощи? Можешь быть уверен, тебе никто не откажет. - Не говори ерунды, - спокойным голосом сказал Бьякуя. - Я по себе знаю, что когда взваливаешь на себя слишком много, сломаться очень легко. - Может, ты просто беспомощный дурак? - с ехидством спросил глава клана, понимая, что ведет себя немного по-детски. У Куросаки хорошо получается разбивать чужые маски. И неизвестно, хорошо это или плохо. - Хей, давай без оскорблений! На поляне снова воцарилось молчание. - Так зачем ты меня звал? - наконец спросил Кучики. - Как думаешь, мы сможем победить зимой? - наконец на полном серьезе спросил Ичиго. - Я не знаю. Опять молчание. - Куросаки, скажи мне честно, когда мы сражались на Соукиоку, ты сдерживал себя? Почему-то у меня было именно такое ощущение… - Да, было дело. - Почему? - В противном случае я мог убить тебя. - Ты слишком много о себе думаешь, - совершенно спокойно ответил Кучики. - Нет, я говорю правду. - Так почему же не убил? Тогда ты достаточно ясно дал мне понять, что моя смерть тебя не волнует. - Как ты отреагируешь на то, что я предполагал подобный исход? Про капитанов? - тихо спросил Куросаки. - Почему же ты не доложил Сотайчо? - холодно спросил Кучики, - это было твоим долгом. - У меня не было доказательств. К тому же, я знал далеко не все… Только то, что от Айзена не стоит ждать чего-то хорошего. Мне сказал это Урахара, перед тем, как покинул Сэйрэйтэй. - И причем тут моя жизнь? - Ты - сильный капитан, Бьякуя, и можешь сыграть далеко не последнюю роль в будущем сражении. К тому же, каким бы бесчувственным ты не старался показаться, я до сих пор помню вспыльчивого мальчишку, который часто сбегал в Руконгай. А вот теперь Кучики был явно сильно удивлен. Когда он был маленьким, то действительно покидал поместье и бродил по районам. Это казалось ему забавным. Но об этом никто не знал даже в поместье, что уж говорить о других. Тогда откуда же этот Куросаки тогда знает… - Знаешь, позже, когда ты стал капитаном, я с начала и не узнал тебя: спокойный, хладнокровный капитан никак не вязался с тем пареньком, у которого Йоруичи-сан постоянно стягивала шнурок для волос. - Ты даже это знаешь… - произнес Бьякуя, глядя куда-то в сторону. Может, ему все это рассказывала богиня скорости, которая тогда постоянно наблюдала за ним, при этом довольно сильно раздражая. - С самого начала я не хотел убивать тебя, но и дать убить мою жену не мог. - Ты любишь ее? Любишь Рукию? - Конечно, дурень. На поляне снова стало тихо. Обычно, за подобное обращение к главе клана Кучики, ненормальный, что сказал это, проходил через «семь кругов ада». Но именно Куросаки Ичиго прощалось подобное. И, иногда, его сестре. - Бьякуя, если что-то произойдет, и капитаны не справятся, я хочу сам сразиться с Айзеном, - спокойно произнес Ичиго. Карин как-то нервно облокотилась на ближайшее дерево, стараясь не потерять контроль над реацу. - У тебя слишком высокая самооценка, Куросаки. Ты же умрешь. - Не надейся, что я так просто помру, Бьякуя, - со смехом произнес рыжеволосый. - Твоя жизнь меня не касается. - Вот и славно, - Ичиго, до этого смотревший на луну, наконец, повернулся к Кучики лицом. Он улыбался доброй и беззаботной улыбкой. - Это все, о чем ты хотел поговорить со мной? - кажется, что глава клана стал говорить более мягко. Хотя, может, просто показалось? - Да, спасибо, что пришел. Кстати, ты пользовался вратами своего клана? - Ичиго тоже стал говорить более мягко. - Да, а что? - Пожалуйста, не сильно распространяйся о нашем разговоре. Это пока что секрет. - Хм, - только и было ответом. А потом Бьякуя, открыв врата, просто ушел, даже не попрощавшись. - Ну, выходите, «шпионы», - сказал спустя время Ичиго, щелкнув пальцами, - Не беспокойтесь, я поставил барьер, поэтому Бьякуя вас не заметил. Первой вышла Карин, опустив голову, как провинившийся ребенок. Следом вышел Тоширо, который явно ничего не понимал. - Я же вроде говорил тебе, Карин, что подслушивать нехорошо. - Прости, просто… - Ш-ш-ш… - приложив палец к губам, произнес Куросаки. Потом указал в сторону дороги, по которой сам же недавно пришел сюда, - давай не будем рассказывать об этом Рукии. Не хочу, чтобы она волновалась. Карин покорно кивнула. И сразу после этого на полянку вышла Кучики, удивленно смотря на всех присутствующих. - А где… Мне показалось, что здесь была реацу нии-самы… - Бьякуи? Он недавно ушел. - Зачем он тогда приходил, - непонимающе спросила Кучики. - Я его попросил. - Зачем? - Это мой маленький секрет, - сказал Ичиго, посматривая на Карин. - Может, пойдем отсюда? - неуверенно спросила Куросаки-младшая. - Ты иди, а я хочу тут еще немного посидеть, люблю смотреть на луну, - улыбаясь, сказал рыжеволосый. Потом посмотрел на Рукию, - останешься со мной? - Конечно, - произнесла девушка и села на ноги Ичиго, ложа голову ему на грудь. Глядя на этих двоих, Карин только грустно улыбнулась и, взяв Тоширо за руку, стала уходить с такой загадочной полянки. На удивление, Хицугая даже не пытался сопротивляться, непонимающе смотря на черноволосую. Девушка явно была подавлена. Видеть ее такой было… странно. Такое ее поведение даже пугало. А при виде печальных глаз внутри что-то шевельнулось. Хотелось успокоить, сказать, что все хорошо. - Не думай ни о чем, Тоширо. Потом я сама… тебе все объясню. Договорились? - повернув к нему голову тихо сказала девушка, - Ты обещал, что будешь верить мне… - Хорошо, - поспешно сказал Хицугая. И, держась за руки, пара отправилась в неизвестном для юноши направлении.