Не пара?

Сначала Ник услышал — грохнуло на славу. Потом увидел радугу в полнеба. Радуга оказалась замечательная: яркая — преяркая. Элементарно сложив один плюс один, вампир почесал покрывающий затылок черный ёжик волос, облегченно вздохнул и отправился встречать своего студента с экзамена. Тот, как ни странно, прибыл на такси. На точеной эльфийской мордашке красотулины играла подозрительно неумная улыбочка. — Почему не порталом? — слегка ехидно осведомился Ник, распахивая перед чудом дверцу. — Неужто вдруг скромность обуяла? Остроухий пожал изящными, обтянутыми темно-зеленым атласом рубашки, плечиками, дыхнул, и вопрос отпал сам собой, отправленный в глубокую кому мощным алкогольным выхлопом. Салон машины юный маг покидать не спешил. — Я завалил зелья, — виновато сообщил он изнутри, вперив в асфальт глазоньки. — Год учебы коту под хвост. Ник нахмурился. — Вылазь, — коротко бросил парень. — Дома поговорим. Эльф немного покопошился, выуживая из-под сидения рюкзачок и полупустую бутылку брэнди, и кое-как вылез. Ноги мальчишку держали — не очень. — Ты когда успел так наклюкаться? — изумился вампир, подхватывая норовящего упасть любимого под локоток. — Не твое дело, — презрительно фыркнул юнец. — Не мое, — покладисто согласился брюнет, втягивая попершие было без приглашения клыки — ибо давно уже на собственном опыте выяснил, что спорить с младшим супругом, когда он в подобном состоянии, не только бесполезно, но и опасно для жизни и здоровья. Стараясь не совершать резких движений, Ник аккуратно заволок упирающегося студиоза в дом и усадил на кухне. — Свари мне кофе, — потребовал остроухий, небрежно щелкнув в воздухе тонкими, в причудливых перстенечках, пальчиками. — Я есть хочу. Вампир отобрал у юнца бутылку и встал напротив, опершись о стол пятой точкой. Эльф засмущался под строгим взглядом любимого. — Мне стыдно, — почти прошептал он изрядно заплетающимся языком. — Чес... слово. Ник не поверил. — Объяснись, зачем напился? — попросил холодно. — Ведь ты же клялся — больше ни-ни, и никогда? Остроухий похлопал золотыми веерами-ресничками, подумал, состроил невинную физиономию, вздохнул и выдал: — У меня случился нервный срыв из-за экзамена? Вампир нахмурился: — Версия имеет право на существование для простого студентика, но для высшего мага — слабовата: спецы твоего уровня, Эридан, обязаны уметь держать себя в руках! Эльф протестующе мотнул блондинистыми локонами. — Никому мы ничего не обязаны, — возразил упрямый мальчишка и поджал в бутончик пунцовые губки. — Маги — живые, думающие, остро чувствующие сущности, обладающие душой и сердцем. У нас тоже бывают нервные срывы, — и опять потянулся к брэнди. Нисколечко не удивленный и не сбитый с толку витиеватой тирадой, Ник поспешно спрятал бутылку за спину. Эридан умоляюще смотрел снизу взглядом безвинно убиваемой болонки. — Два глоточка, Ники, — жалостно заканючил он, облизываясь кончиком алого, влажного язычка. — Ну, пожалста, ну, будь лапой! Мне ужасно нужно, правда! Вампир наливать не спешил. Прибрав «пузырь» подальше, парень толкнул супружника обратно за стол и для верности придавил за плечико. — Расскажи-ка мне, о моя думающая, остро чувствительная сущность, — велел. — Каким таким загадочным образом ты умудрился завалить зелья? У тебя же с ними всегда был полный порядок? Эльф покраснел и потупился. Мальчишку срочно заинтересовало состояние маникюра. Кстати, ноготочки были в полном порядке! — Мы с ребятами, — зажурчал он, не отрываясь от созерцания кистей рук. — Ну… Забоялись немножко… Потому что Грымзыч… Строжит очень… И решили… — Выпить для храбрости? — подсказал Ник. Блондин кивнул и покраснел еще больше. — То есть вы заявились в лабораторию пьяными?! Эридан оторвался от ноготков. — Нет! — выдохнул мальчишка. — Мы по чуть-чуть совсем накатили! — и пальчиками показал нечто величиной с наперсток. Бутылка с грохотом улетела в угол, но почему-то не разбилась. Юный маг испуганно вжал голову в плечи и зажмурился. Гневные вопли Ника наверняка прекрасно слышали в конце улицы. — Идиоты! — заорал вампир, замахиваясь на любимого. — Кретины! Убью! Продолжая показательно шугаться, остроухий героически пережидал волну — тоже уже имел опыт семейной жизни и успел совсем неплохо изучить своего обожаемого кровососа. Ника хватило минут на пять. Выпустив пар, охрипший вампир поднял с пола «пузырь» и хлебнул прямо из горлышка. — Пороть вас надо, — уже спокойно заявил парень. — Это ж додуматься — припереться к Грымзычу на экзамен в подпитье! Счастье, что живы остались вообще! Эльф старательно разглядывал маникюр. — Оторвись от ногтиков, чудо, — мягко попросил Ник у взгруснувшей пары. — И посмотри на меня. Пожалуйста. Эридан продолжал изучать пальчики. — Пересдам, — неуверенно вякнул мальчишка, не поднимая бирюзово-ярких глаз. — Ну, хотя бы попытаюсь. Только не кричи так больше. Мне стыдно, я алкаш и бестолочь. Доволен? Вампир молча протянул телефон. — Прямо сейчас? — испугался эльф. — Давай лучше завтра на трезвую голову, а? Ник вздохнул и по памяти набрал номер. — Вэрс Грэмзов? — затараторил парень в трубку. — Это Никас Брин, адвокат… Да, Ник я, короче, болван, не узнал, что ли! Мой Эр… Трубка полыхнула синим пламенем и заорала чудовищными матюгами. Вампир испуганно выронил телефон. Ни в чем не повинный аппарат грохнулся на пол, продолжая оттуда вопить дурным голосом. — Я же предупреждал, — замогильным голосом пророка сообщил Эридан. — Препод до сих пор в ярости. Телефон побесновался-побесновался и заткнулся. — Ура, — мрачно вздохнул остроухий. — У Грымзыча бензин закончился. Телефон ожил повторно. — Мама! — едва слышно пискнул рано возрадовавшийся юный маг. — Я тебе башку оторву, Эр, и плевать, что ты — супер наследный и высокородный! — рявкнула трубка. — Слышишь?! — Слышу, — покорно ответил эльф. — С ушами или без? Телефон захохотал. — Без. Уши Нику своему оставь, мне они без надобности. — Спасибо, — нежнейшим голоском согласился присмиревший белокурый принц крови. — Оставлю — с вашего милостивого позволения, — и преувеличенно-робко: — А как насчет пересдачи, куратор? Я смогу… — Перебьешься! — рыкнул телефон. — Весь курс заново проходить заставлю! Ясно?! — Ясно, куратор, — вновь эльф еще более нежным, аж сочащимся медом, голоском. — Я вам завтра перезвоню… И в наглую, щелчком, заморозил ненавистный аппарат. — Эр! — потрясенно ахнул Ник. — Ты что творишь! — Злюсь, — честно сознался остроухий студиоз. — Жутко злюсь! Еще вопросы будут?! Мальчишку трясло от едва сдерживаемой ярости. — Весь курс сначала!!! — возмущенно возопил он. — Нет, ты представляешь?! Весь курс!! С самого начала!!! Какой позор! Да как он смеет так со мной разговаривать! Я же лучший в группе!!! Сверкнуло, грохнуло, с потолка посыпалась штукатурка… — Эр! Не громи дом! — Да пошел ты!!! — выкрикнул взбешенный донельзя пьяный принц, вырывая у зазевавшегося супруга бутылку. — Вместе с Грымзычем своим! Идите — целуйтесь, трахайтесь, только меня оставьте уже в покое! Новый файербол улетел, вовремя перехваченный Ником, в окошко. Резко запахло озоном. — Эр!!! Эльф буквально ел мужа расширенными зрачками. — Я не стану ничего пересдавать! — прошипел мальчишка, сверкая зубками в оскале. — Вообще брошу эту дебильную учебу на фиг! Она никому не нужна! — А как же мечта детства? — напомнил и не подумавший испугаться вампир. — Расхотел превзойти отца? Остроухий вздохнул, глотнул из горлышка бренди, икнул и поморщился. — Детство давным-давно прошло, — хрипловато ответствовал он. — Мне уже шестьдесят девять лет, родной. Развернулся и с независимым видом покинул кухню. — Ох, целых шестьдесят девять, — фыркнул Ник, провожая взглядом укрытую до талии золотистыми локонами ровненькую гибкую спинку возлюбленного. — Уж куда мне за тобой с моими-то трехстами. Малявка гордючая, вот ты кто! Надо бы было догнать и утешить… Но не хотелось до ужаса. Вампир остался на кухне и вытащил из бара еще одну бутылку взамен унесенной блондином, хотя и подозревал, что позже сильно пожалеет о принятом в запале решении пока не мириться.