four
21 декабря 2016 г., 21:36
Рита сбросила лишние килограммы за рекордно короткий срок. Девушка целыми днями находилась в зале, а вечерами бегала на старом стадионе возле её дома. Бегала и плакала, не в силах вынести дикую боль в мышцах. Она выбросила те самые тортики, купила диетической еды и составила график питания, как советовал тренер. Вечером Рита могла кушать исключительно гречневую кашу, которую приходилось запихивать в себя силой. Девушке едва удавалось сдерживать рвотные позывы в процессе пережевывания. Она ненавидела гречку с детства.
— Ну как тебе список продуктов, который я составил? — саркастично спросил Юрий, разглядывая фигуру подопечной. Каждая тренировка Риты начиналась со взвешивания.
— Это еда или орудие пыток? Я не удивлюсь, если именно гречкой кормят грешников в последнем кругу ада, — ответила девушка и слезла с весов. Она сбросила даже больше нужного, что разрешало фигуристке с чистой совестью выйти на лед и продолжить тренировки в нормальном режиме.
Переобувшись, Рита начала разминку на катке, чувствуя легкое напряжение в ногах. Общая усталость заметно сказалась на девушке и она с трудом выполняла даже самые легкие элементы. Впрочем, фигуристы почти постоянно катаются с болью в суставах, поэтому Рита продолжала издеваться над своим организмом, не беспокоясь о последствиях.
Юрий, в свою очередь, внимательно наблюдал за Лепницкой и пытался оценить объем работы. Он сразу же заметил, что девушке не хватало выносливости и точности. Она не умела сосредотачивать внимание на конкретных деталях элемента, придавая значение только общей картинке.
— Зачем ты пытаешься усложнять тройной тулуп поднятой рукой? Твое тело пока не готово к таким нагрузкам, — подал голос тренер, — Полегче с прыжками.
— И вы туда же? Я с шестнадцати лет делаю тулуп с поднятой рукой.
— О да, я видел твои страстные поцелуи со льдом после таких усложнений, — закатив глаза, произнес Плисецкий. — Сосредоточься на самой конфетке, а не на её обертке, хомячок. Уверен, что ты сдохнешь к концу тренировки, даже просто отрабатывая тройной тулуп.
Шутка о «Плисецком экстрасенсе» больше не казалась Рите такой уж и шуткой, когда к середине тренировки она позорно валялась на льду, не в силах подняться после очередного падения.
— Тебе нравится валяться, Лепницкая?
Тренер подлетел к Рите за считанные секунды и одарил её своим фирменным взглядом. Тем самым. Королевским.
— Давай я тебя поваляю тогда. Назовем это «Риточка в кляре», — с насмешкой в голосе сказал Плисецкий и взял её за ноги, начиная волочить фигуристку по льду, словно мешок с картошкой. — Ну как тебе снежная панировка, хомячок?
Рита рычала, вырывалась, срывалась на крик. В тот момент ей хотелось убить Юрия. Его громкий смех лишь подливал масла в огонь, вызывая волны раздражение по всему телу Лепницкой. Тренер соизволил отпустить девушку, только когда она смирилась со своей участью и прекратила сопротивляться.
— Теперь я буду делать так каждый раз, когда ты посмеешь падать, понятно? — гаденько ухмыльнувшись, сказал Юрий.
Рита обреченно кивнула и продолжила отрабатывать прыжки. Она знала, на что подписывалась. Саша не раз рассказывал подруге о жестоких методах Юрия и его специфическом стиле общения. Лепницкая думала, что выдержит тренировку с чемпионом, но, как оказалось, она совершено отвыкла от подобного темпа работы.
Сквозь зубы, едва сдерживая слезы, Маргарита послушно исполняла комбинации средней сложности, но в какой-то момент тело прекратило слушаться свою хозяйку. Её ноги предательски разъезжались, а позвоночник грозил сломаться от такого количества нагрузок. Спина девушки болела настолько сильно, что она чувствовала напряжение в каждом из позвонков.
Лепницкая понимала, что находится на пределе.
Перекрутив двойной аксель, Рита не смогла удержать равновесия и под крики Плисецкого полетела вниз, встретившись лбом с холодной поверхностью льда. Сначала картинка перед глазами Маргариты погасла, а когда фигуристка медленно приподняла веки, прямо перед ней оказалось искаженное лицо тренера.
— Блядь, да не брыкайся ты! Хочешь еще одну шишку набить? — начал орать Юрий, когда девушка решила пошевелить конечностями.
Только в этот момент Рита поняла в каком пикантном положении находилась.
— Нет, тренер. Я хочу умереть, — ответила она, вцепившись в куртку Плисецкого, который на руках увозил её с катка.
— Свалилась же ты на мою голову, Лепницкая. Зачем я вообще взялся тебя тренировать?
— Просто признайтесь, что на самом деле вы в восторге от моей хомячьей попки, — устало произнесла девушка, разглядывая летающие перед глазами вертолеты.
— Заткнись, идиотка. Ты ударилась головой, — голос Юрия сочился ядом.
— А вы чего так бурно реагируете? Что? Правда глаза режет?
Плисецкий не стал терпеть бессмысленную болтовню девушки и просто закрыл ей рот рукой.
— Замолчи, — грубо произнес он, подарив подопечной настолько холодный взгляд, что им можно было заморозить лаву.
***
Рита всегда была идеалисткой. Одежду она раскладывала по цветам, а одну тарелку могла мыть по несколько раз, пока она не начинала слепить своим чистым блеском. Одноклассники Лепницкой считали, что её помешательство на чистоте - это один из способов спастись от одиночества. Риту никогда не видели на школьных праздниках, «ледышка» даже в столовую не ходила, перекусывая бутербродом прямо в классе. Она явно не любила компании, предпочитая гордое одиночество. Никакой личной жизни, друзей, походов в кино или прогулок в парке. Рита все время проводила на катке. Она отдала себя спорту, жертвуя всеми подростковыми радостями. — Ритка, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Саша, на всех парах влетевший в медпункт. — Ну, не считая мучительной боли... — Думаю, возможность использовать сарказм — это хороший признак здоровья, — перебил девушку Плисецкий. Рита фыркнула, а когда мужчина обернулся к медсестре, чтобы обсудить её состояние, бросила уничтожающий взгляд ему в спину. — Прошла только неделя, а ты уже лежишь с разбитой головой. Кажется, сама вселенная говорит тебе отказаться от этой безумной затеи, — в голосе Белова слышалось раздражение. — Ритка, ну почему Плисецкий? — Потому что он хороший тренер. — Рита, он не тренер! В аду есть специальное место для него. Оно называется ТРОН! — размахивая руками, говорил Саша. Рита прыснула со смеху, но быстро вернула серьезность лицу, когда Юрий подошел к кушетке. Он вручил девушке небольшой пакет с лекарствами и бросил на её колени листик с указаниями врача. — Поднимай жопу, забирай своего парня и иди отдыхать домой. — Но он не мой парень! — повысив голос, ответила Рита. — Мне плевать, — от его мрачного тона по коже девушки пробежалось стадо мурашек. Плисецкий всегда был говнюком. Говнюком, который никогда ни о ком не заботился. И он не собирался изменять себе.***
Попрощавшись с медсестрой, девушка забрала свои вещи в раздевалке и направилась к выходу. Саша хотел провести подругу домой, но его хореограф запретил парню покидать занятие раньше времени. До тренировок с Плисецким Маргарите казалось, что её жизнь превращалась в какой-то дешевый сериал, у которого только один сезон и крутили его десятый раз по одному и тому же каналу. Каждый день был похож на предыдущий. Все под копирку. Однажды, мать Риты сказала ей, что в жизни обязательно должны быть паузы. Такие паузы, когда с тобой ничего не происходит, когда ты просто сидишь и смотришь на Мир, а Мир смотрит на тебя. Но это ведь так утомляет. Любому человеку, даже настолько организованному, как Лепницкая, нужны яркие моменты в жизни. Несомненно, Юрий стал тем самым ярким пятном на белой рубашке её скучного существования. — Тренер? Что вы здесь делаете? Почему не спешите домой? — удивилась девушка, заметив Плисецкого, сидящего на лавочке возле Ледового Дворца. — Мне не к кому спешить, хомячок, — как-то почти обреченно ответил мужчина. — Беги на свой автобус. Его лицо было скрыто под капюшоном куртки, но Рита чувствовала, что губы тренера растянулись в улыбке. Тем вечером от них обоих несло одиночеством.
