Потому что люблю

      Это была обычная ссора Харли с мистером Джеем, после которой он избил её до полусмерти, Харли уже привыкла к этому, она терпела и принимала это как должное, думала, что сама виновата, не надо было об этом заводить разговор. Через несколько минут после ссоры Харли сидела в спальне и плакала, ей было обидно, что Пудинг к ней так относится, она ведь просто хотела спросить про его любимое время года, а в ответ получила только боль и обиду. Через несколько минут в комнату зашёл Джокер, и крепко обняв Харли, сказал: «Прости, Тыковка, я слишком вспылил». После этих слов Харли прижалась к Джокеру, а Джокер, понимая, что он прощён, мягко поцеловал Харли в ответ.       Позже они легли спать, но заснуть Харли не удалось, хоть рядом с ней и был Джей, он мирно спал со спокойным лицом, это так непривычно — видеть его таким.       Харли вышла из комнаты и направилась в ванную, она посмотрела в зеркало, сегодня она почувствовала себя снова Харлин Квинзель, которой хотелось спокойной жизни и любви, этого так не хватает ей. Харли, конечно же, нравилось жить с Джокером, видеть его каждый день, обнимать, вместе с ним ездить по ночному Готэму и стрелять, просто так, в пустоту, и смеяться, с ним, с таким же безумцем, как и она, делится с ним её безумной любовью.       Но всё чаще и чаще она задумывалась о том, что было бы с её жизнью, если бы она не встретила мистера Джея? Наверняка, она бы встретила кого-нибудь, с кем ей было бы спокойно, он бы не бил её, они проводили бы друг с другом много времени и Харли родила бы двух детей, мальчика и девочку, о которых она так мечтала, и была бы счастлива.       Всё чаще и чаще она задумывалась о том, что она не нужна Джокеру и пригодилась только один раз, чтобы выбраться из Аркхема, он просто затуманил её разум сладкими речами и обещаниями, чтобы она просто помогла выбраться ему оттуда, он просто влюбил молодую девушку в себя ради одной цели, одной миссии, больше она не нужна ему. Он пытался избавился от неё много раз, пытался убить, прогонял и просто бросал, но всё равно Джокер её возвращал после того как выгонял, целовал и обнимал Харли с «нежностью» после того, как избивал и издевался.       Джокер не умел обращаться с любовью и нежностью к кому-то, но он пытался, и Харли прощала ему всё, потому что любит и жить без него не может. Она была его единственной слабостью, за которую он себя ненавидел, он считал её своей собственностью, никогда он не позволял никому прикасаться к его кукле, убивал всех, кто смотрел на неё, но почему он это делает? Зачем? Почему Джокер не бросил её ещё там, умирать в химикатах? Зачем он прыгнул за ней? Зачем он спас её? Из жалости? Или, может, в благодарность за спасение из Аркхэма? А может быть, он просто привязан к ней и ему не комфортно без Харли? Над этим можно думать целую вечность…       Харли сидела в ванной и размышляла, была уже глубокая ночь, тишина поглощала Харли, в доме не было ни звука, лишь где-то на улице шумела сирена полицейских машин, проезжающих мимо.       «Зачем я нужна ему?» — пронеслось в голове у Арлекины, этим вопросом она задавалась уже много дней, но никак не могла найти ответа.       Харли было слишком тяжело терпеть всё это: все издевательства и зло, которое он срывал на Харли почти каждый день, даже если Джокер обнимал её, извинялся, всё равно ей обидно и горько.       Утро, Харли проснулась в кровати, хотя она не помнила, как пришла в спальню.       «Как я здесь оказалась?» — произнесла Харли полушёпотом, послышались шаги, звук скрипящих половиц разносился по дому, шаги были всё ближе и ближе к комнате.       Харли легла обратно в кровать и притворилась спящей, неожиданно открылась дверь, Харли лежала на кровати неподвижно, Джокер подошёл к ней и просто любовался ею. А потом протянул свою грубую руку к лицу его Тыковки и, проведя ею по лицу, подвёл свои губы к её губам, поцеловал девушку нежно, так легко и невесомо, пытаясь не разбудить. Затем мужчина быстро отошёл от Харли и вышел из дома. Квинн вскочила с кровати и побежала к окну, видя, как Джокер садится в машину и уезжает, смотря ему в след, Арлекина сказала: «Я люблю тебя, Пудинг»