Хранитель Вейдер

      Оставив Гарри в гриффиндорской спальне, Вейдер отправился изучать замок. Достаточно быстро он обнаружил кухню. И тут его ждал сюрприз.       На кухне суетилось несколько маленьких существ с большими ушами. Из одежды на них были полотенца с гербом Хогвартса, повязанные наподобие тог. Одно из существ внезапно замерло, а затем поклонилось Вейдеру.        — Приветствую вас, Хранитель, — сказало оно. — Для домовых эльфов большая честь видеть вас.       Ещё один эльф с треском исчез. А через несколько секунд вся кухня была заполнена домовиками.        — Вы меня видите?! — изумился Вейдер.        — Да, сэр, — сказал первый эльф. — Домовые эльфы способны видеть и слышать Хранителей. Хотя не каждому поколению домашних эльфов доводится встретить его.        — Но как?! — Вейдер не мог поверить в подобное. Даже местные привидения на него не реагировали, а тут существа из плоти и крови.        — У домовых эльфов есть способности, которые недоступны волшебникам, — сказал ещё один эльф.       Вейдер не знал, что ему делать. Передушить всех — не вариант. Подчинить всех тоже не получится. Но тут заговорил третий эльф:        — Домовые эльфы понимают, что Хранитель хочет сохранить инкогнито. Согласно легендам, этого хочет каждый Хранитель. Поэтому, если домовым эльфам не зададут прямого вопроса учителя или директор, то домовые эльфы не скажут про Хранителя.       Вейдер чувствовал, что домовики вполне искренни, но задал ещё один вопрос:        — Если я вас о чём-нибудь попрошу, вы сделаете это?        — Если это не войдет в противоречие с прямыми приказами учителей или директора, то для домовых эльфов будет честью помочь Хранителю, — сказал первый эльф.       «Возможно, это не так уж и плохо, что они меня видят. Могут пригодиться», — подумал Вейдер и начал расспрашивать домовиков.       Оказалось, эльфы являются кем-то вроде рабов. Но при этом они довольны своей участью, а вот если им дадут одежду и тем самым освободят, то это будет позор. Значит, эльф плохо исполнял свои обязанности.       Также Вейдер узнал, что во многих семьях тоже служат домовые эльфы.       «Что ж, если надо будет посетить дом какой-нибудь магической семьи, то придётся быть осторожным», — подумал Хранитель.       Получив много интересной информации, Вейдер продолжил исследовать замок. За ночь он нашёл несколько потайных выходов из него. А ближе к утру направился в запретный коридор. Там его встретил трехглавый пёс, который лежал на люке.        — Посмотрим, что ты охраняешь, — сказал Вейдер, ныряя в люк.       Бестелесному Хранителю не нужно было опасаться Дьявольских Силков, ловить ключ или играть в шахматы. Но, по его мнению, опытный джедай или ситх с легкостью преодолел бы все эти ловушки, находящиеся внизу.       «Может, есть что-то ещё, но действующее только на живых?» — думал он.       Наконец он оказался в последней комнате. В ней на небольшом столике стояла шкатулка. Вейдер заглянул вовнутрь, не открывая крышки. В шкатулке оказался кроваво-красный камень. От него исходили мощные потоки Силы.        — Что же ты за артефакт? — подумал вслух Вейдер. — И не тебя ли Хагрид забрал из «Гринготтса» в день, когда мы покупали всё необходимое?

* * *

      Настало утро. Ученики отправились на занятия.       Как и Косой переулок, уроки произвели на Вейдера двойственное впечатление. С одной стороны — трансфигурация. Вейдер был потрясён, когда МакГонагалл превратила стол в свинью. Уроки профессора Флитвика тоже впечатляли.       С другой стороны, детей не учили медитации или другим техникам восстановления сил. Даже на старших курсах. Неудивительно, что беспалочковой магией пользовались немногие.       Кроме того, некоторые преподаватели были явно некомпетентны. Профессор Бинс может, и знал историю, но не в состоянии был увлечь детей. На его занятиях ученики занимались чем угодно, но не историей. Уроки профессора Квиррелла скорее напоминали юмористическое шоу. А прорицания… Профессор Трелони явно занималась шарлатанством.       В пятницу у Гарри было два занятия по зельям. Вейдер решил посетить и их.       Профессор Снейп начал занятия с переклички. Дойдя до фамилии Поттер, он произнёс:        — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.       Закончив знакомство с классом, Снейп обвёл аудиторию внимательным взглядом. Вейдер почувствовал исходящие от профессора потоки Силы. Похоже, он использует её, чтобы контролировать класс. Нечто подобное было на уроках профессора МакГонагалл. Но здесь было кое-что ещё. Похоже, Снейп пытался заглянуть в головы учащимся, выяснить, что они думают.        — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку. Глупое махание волшебной палочкой не имеет к ней никакого отношения.       Пока Снейп говорил, никто в классе не проронил ни слова. Вейдер даже восхитился таким профессионализмом.       Закончив короткое вступление, Снейп посмотрел на Гарри и спросил:        — Поттер, что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?       Вейдер удивился. Никто не говорил, что нужно изучать учебники до школы. Тем не менее, Гермиона явно знала ответ, поскольку подняла руку.        — Я не знаю, сэр, — ответил Гарри.        — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не всё, — произнёс Снейп. — Но давайте попробуем ещё раз. Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?       Вейдер знал ответ и решил помочь своему подопечному.        — В желудке у козы, — подсказал он.       Гарри повторил. Но Снейп задал следующий вопрос:        — А для чего он используется?        — Противоядие, — снова пришёл на помощь Вейдер.       Гарри повторил.        — Верно, — сказал Снейп. — А в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?       На этот раз Гарри ответил самостоятельно:        — Это одно и то же растение, сэр.        — Что ж, один балл Гриффиндору, — выдержав паузу, сказал Снейп. — Всем записать то, что сказал Поттер. И плюс к этому: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти.       К концу урока у Вейдера создалось впечатление, что Снейп, мягко говоря, недолюбливает Гарри. Когда, во время готовки зелья, Невилл Долгопупс умудрился расплавить котел, Снейп упрекнул Гарри, что тот не остановил Невилла, и снял один балл. Но Гарри работал не в паре с Невиллом и наблюдал за своим зельем. Ему что, следить за всеми учениками Гриффиндора?

* * *

      После обеда Гарри, Рон и Вейдер пошли к Хагриду. Дотошный Хранитель хотел узнать у лесничего о причине плохого отношения Снейпа к Гарри. Но Хагрид посоветовал Гарри не беспокоиться, потому что Снейпу не нравится подавляющее большинство учеников.        — Но мне кажется, Снейп меня ненавидит, — сказал Гарри.        — Да ерунда это! — возразил Хагрид. — С чего бы это ему?       Но Хагрид плохо умел лгать. И даже Гарри понял, что он сказал неправду. Тогда мальчик задал другой вопрос:        — Хагрид, я знаю, что профессор Снейп в детстве дружил с моей мамой, но потом они расстались. Ты не знаешь, почему?       Лесничий сначала хотел уйти от ответа, но Вейдер использовал внушение, и Хагрид сказал:        — Да, они раньше дружили, но как-то раз Северус сильно обидел Лили. И, хотя потом он много раз извинялся, она его не простила.       Решив запомнить этот факт, Вейдер попросил Гарри задать следующий вопрос.        — А какие отношения у Снейпа были с моим отцом?       Хагрид вновь не хотел отвечать, и Вейдеру снова пришлось использовать Силу.        — Они терпеть друг друга не могли, — ответил лесничий. — Но между Слизерином и Гриффиндором всегда была вражда. Так что это было в порядке вещей.        — Но ты говорил, что Слизерин выпускает только тёмных магов, — возразил Гарри.        — Нет, я говорил, что Слизерин выпустил много тёмных магов. А Снейп во время войны с Тем-Кого-нельзя-Называть шпионил для нас с риском для жизни. За него сам Дамблдор поручился. Директор доверяет ему.       Разговор перешёл на другую тему, а Вейдер подумал, что дело не только во вражде факультетов. И даже если Джеймс Поттер сделал что-то плохое Снейпу, то Гарри не должен отвечать за поступки своего отца.