Часть 12
1 февраля 2017 г., 13:06
Учеба в Хогвартсе меня очень забавляет потому, что уже всё давно прошел. А другие наоборот должны всё наверствовать. Больше всего мне нравится каждый раз опускать заучку Гермиону. Почему-то она мне очень сильно не нравится.
— Зачем ты так? — спрашивает она после двух недель вот такого непрерывного соревнования на всех занятиях.
Ещё подлетает к нам словно несносная фурия. Её вид очень пугает Малфоя. Даже подпрыгивает за моей спиной. Наверное, опять боится, что его ударят. Да, ещё девушка. Вот смеху будет, если его ударят при всех. Такого позора никто не забудет до конца жизни. Поэтому он постоянно подталкивает меня, чтобы издевался над Гермионой, хотя мне и самому приятно это делать из-за происхождения выскочки. Мне, вообще, кажется, что грязнокровки не должны учится вместе с нами.
— Я только показываю себя. И не вижу ничего плохого в том, что лучше тебя, — спокойно отвечаю.
— Что? — не верит девушка.
— Именно, ты не можешь мне простить того, что я лучше тебя, — опять повторяю и вижу, как у неё пересыхает во рту, потому что правда из-за моих успехов её самооценка уже на таком высоком уровне, потому что теперь все преподаватели говорят обо мне. И из-за этого Гермионе хочется меня очень сильно ударить, как тогда Драко, но она держит себя в руках, поэтому только бросает, как ей кажется, очень обидные слова:
— Всего ты всё равно не умеешь. Например, даже нормально не можешь сесть на метлу.
— Как и ты, — дальше остаюсь спокойным, пока она мне язвит не хуже самого Малфоя или же Морганы Блэк, давая мне понять, что очень сильно задеваю, хотя я могу хорошо летать и без метлы, но это вовсе не важно. Главное, что сумел в очередной раз поставить заучку на место, потому что она, гневно напоследок посмотрев на меня, тянет за собой Гарри и Рона, расспрашивая о том, как они могут такое терпеть?
— Мне нормально, — признается Гарри очень тихо, немного стесняясь говорить обо мне. Каждый раз, когда речь заходит обо мне парень краснеет, потому что по-настоящему влюблен. Да, и Рон на моей стороне потому, что я успеваю водится и с Узли. Например, с близнецами недавно подшутил над Макгонагалл, подсыпав ей в суп валерьяну. Такого смешного занятия у нас ещё не было никогда. Помню, как грязнокровка настаивала на том, чтобы меня наказали, когда нас всех отвели у кабинет директора, но «мой дядя» решил, что этого вовсе не нужно, пожалев своего любимого родственника-сиротку.
— Вижу у вас слабость к сиротам! — не удержалась от вязкого комментария Гермиона.
А директор и не стал отрицать, уверяя, что им не помешает больше заботы, чем детям с полноценных семей. И настоял на наказании Гермионы в подземелье Снейпа, если девушка этого не понимает. До сих пор не могу вспоминать об этом без улыбки на лице. Ну, и ладно. Сейчас лучше посмотрю на тренировку. Меня приглашают на них все команды, потому что я сумел подружится с многими, хотя находятся такие ненормальные, как Гермиона, но я с ними умею справляться. К счастью, сегодня очень хорошая погода. И я опять сажусь возле Амелии.
— Опять ты, — устало говорит девушка, но уже не препятствует тому, чтобы я приближался, поняв, что от меня так просто не избавишься.
— Да, а ты что здесь делаешь? — спрашиваю, подсовываясь так, что наши коленки соприкасаются, но Амелия даже этого не замечает.
Кажется, она очень привыкла ко мне.
— Смотрю, как тренируется мой парень, — отвечает брюнетка, не отрывая глаз от Нотта. Он очень хорошо двигается, защищая ворота, но при этом не забывает иногда бросать взгляд на свою любимую.
— А я думаю, что ты приходишь потому, что тебе самой хочется играть в квидич, но предрассудки не позволяют пройти пробы, — настаиваю на своем, понимая, что полностью прав.
— Не женское это дело, — вдруг слышу над собой сладкий до тошноты голосок Морганы Блэк.
Она, как обычно ложит мне руки на плечи, нежно обнимая. Девушка пытается завоевать меня уже где-то неделю, потому что всё парни должны принадлежать ей, но я как всегда остаюсь очень холоден с высокой голубоглазой блондинкой с розовыми губками.
— Каждый решает для себя сам, — уверяю Моргану, пока она садится между нами с Амелией, очень гневая меня, хотя внешне не показываю, что меня заботят такие мелочи. Конечно, руки девушки очень умело лезут мне под рубашку со своим массажем, заставляя меня чувствовать себя неловко перед Амелией.
— Здесь твой жених, — напоминаю Моргане.
— Мне всё равно, — отвечает девушка и пытается поцеловать меня, но я отворачиваюсь, неприятно удивляя блондинку.
— Что-то не так? — поражается Блэк.
— Ты связалась не с тем полукровкой.
— В смысле? — всё ещё пытается прийти в себя девушка. Она же всё так детально продумала и ничего не получилось. И вдруг она понимает всё без слов. Как-то с отвращение смотрит на Амелию и спрашивает меня: — Неужели обычная дочь аврора, которая даже не дает тебе держатся за руку, лучше меня?
— Безусловно, — спокойно отвечаю.
Кажется, девушка больше не знает, что сказать, потому что её впервые отвергли. Даже, Снейп упал у ног.
— Ничего, вы мне за это ответите! — уверяет девушка.
— Хорошо! — наконец-то набравшись возле меня смелости, принимает первой вызов Амелия, сильно удивляя Моргану — местную королеву. С ней же так нельзя. И каждый, кто посмеет себе лишнее должен ответить, но Амелия не перестает дерзить, не смотря на убийственный взгляд Блэк: — Вижу ты очень любишь полукровок. Так проваливай к своему Снейпу в его подземелье, и можешь Поттера тоже себе забирать: он мне вовсе не нужен, а с Томом я сама разберусь, поняла?
— Значит, он тебе нужен? А как же Нотт? Он с первого курса мечтает украсть тебя со свадьбы и убежать с тобой подальше. Да, и моего женишка ты обожаешь. Весь Слизерин знает. Неужели грязный полукровка сумел выдавить его из сердца? — не верит Моргана, пока я улыбаюсь на все тридцать два, понимая, что моя мечта сбывается 6 наконец-то меня полюбила чистокровная девушка, с которой мне будет приятно проводить время. И кажется понемногу любовь к Малфою испаряется с её сердца. Да, и Гарри для Амелии только недорослый очкарик.
— Я сама разберусь со своей личной жизнью, а если посмеешь вмешиваться, пожалеешь. Не думай, что только королевы умеют выпускать когти. Мы, обычные подданные, тоже можем. Если подумать, королевы рождаются из таких, как я, — отвечает с небылим до того величием Амелия, что заставляет восхищаться ею ещё больше и желать научить девушку темной магии, чтобы повести её за собой на великую битву, как желает того Волдеморт. Собственно, я должен не только отравлять Гарри жизнь, но и искать новых солдат для его армии. Сразу видно, что обе девушки подойдут, но с Морганой лучше не связываться потому, что она слишком разбалованная, хотя и Блэк. Сначала я рассчитывал на неё, но теперь всё очень сильно изменилось и понимаю, что именно Амелия сможет всё, как когда-то Белла, потому что полюбила меня. И сейчас я тоже ощущаю любовь.
— Ещё посмотрим, кто будет смеяться последним! — напоследок бросает Моргана и уходит слишком недовольная наверное опять прихорашиваться. И мы с Амелией опять остаемся наедине, но девушка тоже порывается быстрее убежать, чтобы не выяснять отношения, но мне и не нужно, потому что и так знаю, что стоит ждать от Амелии. Её любовь наполняет мое сердце, но не до конца потому, что с ней очень сложно. Мы не можем любить без драмы, хотя иногда очень хочется именно расслабится. Может, излить кому-то душу. Именно для таких моментов у меня есть Джинни.
Девушка очень хорошо меня понимает, а я её. Все началось с дневника. Она писала о обидах от братьев, девочек в комнате, однокурсников, Малфоя, а так же жаловалась на то, что Гарри её не любит. Вот тогда я ощутил, что ненавижу парня ещё сильнее. Кто бы подумал, что Поттер превратится на мою собственную игрушку. Даже немыслимо. Но с Джинни я не играю. А облегчаю душу. Хорошо, что она не помнит, кто я, и не знает, что я тогда пытал её, чтобы завоевать доверие Малфоя. Рыжая знает меня так, как мне удобно и за это благодарю только Волдеморта потому, что мужчина создал этот мир, где я наконец-то чувствую себя человеком. И всё идет, как по маслу.
— Мне очень нравится то, что ты одела платье, что подарил тебе! — признаюсь Джинни, когда она постает передо мной в белом платье в черный горошек.
— Не нужно было, а то ткань очень дорогая, — отвечает девушка.
Видно, что её очень неловко принимать такие подарки потому, что нечем отдавать, но всё же не осмеливается мне отказывать. Теперь сидим вдвоем в беседке в лесу, слушая пение птиц. Кажется, создаем собственную идиллию. Конечно, Волдеморт насмехается надо мной, мол, нашел себе новую игрушку.
«Она не игрушка».
«Как знаешь», — отвечает, дальше наблюдая за нами.
Я как раз ложу руку на бедро рыжей и, не услышав возражений, поднимаюсь выше. Мне очень нравится на ощупь кожа Джинни. Раньше мы только целовались, но сейчас я хочу большего, поэтому опускаюсь на коленки и, стянув с нее трусики, целую бедра, оставляя много слюны. Но это не главное, потому что моя цель не в том. Кажется, девушка вовсе не догадывается, когда слизеринки сами просят или же намекают. Вот это мне нравится в моей Джинни. С ней можно делать что захочешь. И я делаю. Мой язык касается нежной розовой кожи между ног Джинни, а зубы немного покусывают кожу, заставляя рыжую стонать, но очень тихо, ибо же стыдно делать такое. Она боится, что нас увидят, а мне всё равно, потому что этот мир только для меня и моих приближенных. Одной из их — Джинни Уизли. Именно сейчас я довожу её до оргазма, не забывая добавлять и поцелуи. Её вкус очень сладкий, а невинность ещё на месте, как подсказывает мой язык.
— Больше не могу, — тихо признается девушка в конце, елё дыша.
Ну, а я, собственно, тоже. Как-то кончаю вместе с Джинни и всё глотаю, очень удивляя девушку: она же хотела, чтобы я не запачкался, хотя у меня не только грязный подбородок, но и пах. Если бы я был с Морганой, то попросил бы её тоже опуститься передо мной на колени, но только не Джинни. С ней мне достаточно и этого.
