Паутина

- Эй, спускайся сюда! – послышался снизу голос Нади, и Гина вздрогнула, от неожиданности едва не разжав руку. Справившись с собой, Регина кое-как преодолела ещё с десяток импровизированных ступеней и оказалась точно над своей новой знакомой. - Не на меня смотри, - Надя кивнула куда-то в стену. Вернее, на первый взгляд это казалось стеной. По всем четырём сторонам шахты через равные интервалы проходили светильники, поэтому разглядеть раздвижную металлическую створку труда не составило. - Это дверь? – недоумённо уточнила Гина, - но… почему здесь не останавливается лифт? - Давай ты спросишь потом, ладно? – сквозь зубы, но стараясь сдержать раздражение, попросила Надя, - скоба подо мной уже шатается. Регина бросила на неё быстрый взгляд и огляделась. По всем четырём сторонам проходила подобная дорожка из железных скоб, но добраться от одной к другой возможным не представлялось. Тогда Гина наконец сообразила, чего хочет от неё Надя. Она покосилась на раздвижную дверь, на секунду засомневавшись. Впрочем, она уже столько раз сегодня применяла свои способности в присутствии других людей, что вряд ли есть смысл скрывать их теперь. - Откройся, - мягко попросила она дверь. Совсем не вовремя пришло воспоминание, что не все механизмы подчинялись ей беспрекословно. Раньше, хотя ребёнком Гина этого и не осознавала до конца, она могла договориться только с самыми допотопными устройствами – телевизором, телефоном, холодильником. Некоторые приборы при попытке установить контакт, начинали ворчать или даже сыпали искрами. Произойди это в более зрелом возрасте, а Регина в свои четырнадцать уже считала себя достаточно взрослой – после пары таких случаев она, возможно, навсегда забросила бы мысль общаться с техникой. Но к счастью, маленькая Гина почти ничего не боялась. Искры из автоматов её даже веселили – казалось, она вызывает их сама, и это что-то вроде миниатюрного салюта. Вот и теперь металлическая створка заскрежетала, недовольная, что её вырвали из многолетнего сна. То, что дверью не пользовались годами, Регина поняла интуитивно. Из-под створок брызнули искры, и Гина невольно присела. Нижняя скоба, на которой она стояла, угрожающе заскрипела. - Кажется, она там заварена изнутри, - испуганно пробормотала Регина, - никак не открывается. Надя не успела ничего ответить, как сверху послышался лязг и звук лифта. - Спускается, мать твою, - чертыхнулась Надя, - ладно, план такой: когда они будут спускаться мимо нас, прыгаем на крышу. Другого выхода всё равно нет. Или так, или упадём и разобьёмся к хренам. На взгляд Регины план был не особо удачным. Наверняка те, кто находится в кабине, услышат, если кто-то запрыгнет на крышу лифта. Но в одном подруга по несчастью не ошибалась – никакого другого пути не было. Разве что подождать и продолжить спускаться по скобам, как по ступенькам, до самого низу. Однако этого самого низа отсюда даже видно не было, хотя лампы по стенам освещали шахту. Так что вероятность встретить плохую скобу была куда больше, чем шанс спуститься в целости. Кабина лифта продолжала медленно снижаться, как вдруг металлическая створка дёрнулась, выбросила последний сноп искр и с негромким скрежетом раздвинулась. Надя опомнилась первой. Она буквально взлетела по скобам и нырнула в открывшийся проход. Регину тоже долго уговаривать не пришлось. Она подтянулась и перепрыгнула порог. Надя начала задвигать дверь, но металлическую створку то ли заело, то ли подвинуть её изначально было не по силам хрупким человеческим рукам. - Закройся, - попросила Гина, и спустя секунду они оказались в полной темноте. - Как ты это делаешь? – спросила Надя, - сперва я думала, у тебя какой-то универсальный пульт управления. Когда что-то открывалось, всегда был такой звук… ну типа как помехи в старых телевизорах. - В смысле? Я никакого звука не слышала, - отчасти чтобы протянуть время, отчасти с искренним недоумением спросила Регина. - Как же? Вот только что, когда ты закрыла дверь. Гина замерла на месте, с изумлением поняв, что команды, звучавшие для неё самой как обычная русская речь, остальным напоминали помехи. - Ааа, я поняла, - протянула вдруг Надя. Лица её в абсолютной темноте заброшенного этажа видно не было, - ты из группы D, так? - В смысле? - Давно ты тут? - Первый день… наверное. Ну или второй. - Всё ясно, - Надя вздохнула, - как тебя угораздило-то? Я думала, они с малолетками не связываются. Регина коротко рассказала свою историю, и, чтобы хоть чем-то заполнить неловкую паузу в конце, предложила: - Давай я свет включу. - Нет, - быстро возразила Надя, - наверняка у них там есть какие-нибудь датчики, фиксирующие электричество, или даже камеры. Если камеры, то нам конец в любом случае. Так что будем надеяться на лучшее. Снова установилась гнетущая тишина. Понемногу они начинали продвигаться вглубь коридора, наощупь, держась за стены. Судя по ощущениям, руки уже окончательно перемазались в пыли или какой-то побелке. - А ты как сюда попала? – спросила Регина. - Дура я, - отрывисто бросила Надя. По голосу стало очевидно, что вспоминать о какой-то своей ошибке ей не хочется. Но девушка всё же продолжила, - город тухлый у нас был, от силы тысяч на двадцать. Да и родители мои алкаши, а брат игрозависимый. А сама я школу танцев закончила, ну и решила в большой город податься. Увидела объявление о наборе девушек, анкету на сайте заполнила, все дела. Потом на собеседование пришла, там сразу с ходу половину отсеяли, просто так, даже не глядя. Теперь-то понимаю, как дело было. Всех, кого искать будут, отправили. А оставили провинциалок, сирот и всяких таких, кого никто не хватится. - И сколько ты уже тут? – Регина сглотнула ком в горле. История Нади была простой и ужасной одновременно. Сколько таких провинциальных девушек пропадает по вине этих тварей каждый день, а то и каждый час? - С месяц, - прикинула Надя и тут же выругалась, обо что-то споткнувшись. - А… они правда?.. Вернее?.. Они все тут?.. - Вампиры, да, - почти безразлично подтвердила подруга по несчастью, - я тоже не верила, когда услышала. А потом увидела, и пришлось поверить. Хотя знаешь, когда тебя собираются продать как секс-игрушку, или донора органов, или ещё хрен знает кого, как-то без разницы, кто именно, человек или вампир. Регина, подумав, согласилась. Больше говорить не хотелось, да и разговоры здорово отвлекали, заставляя то и дело спотыкаться о валяющиеся на полу предметы, какие-то камешки, книги, кирпичи. - Слушай, а что за группа D? – когда препятствия наконец перестали появляться на дороге в таких количествах, вспомнила Гина. - Ну, они сортируют девушек на группы. А – это те, кто предназначается для первого раунда торгов. Самые красивые или с редкой группой крови. Постепенно они могут переходить в следующие группы, если никто их не купит. Группа B – это уже второй класс, те, кто не пользовался спросом раньше и ещё те, кто изначально не тянул на первую группу, по внешности или каким-то болезням. Аллергия, там, или астма. А если и во второй раз тебя не продали, то… - Тебя продают каннибалам, это я слышала, - буркнула Регина, - это значит, группа С? - Да. Мне это всё докторша рассказала, Таисия. Она поболтать любит, особенно если кровососов рядом нет. - А что такое группа D? - Это те, кого не продают, а просто… ну, в аренду сдают, что ли? В общем, всякие фрики. Есть там девчонка, если у неё взять кровь и выпить, то она любую болезнь вылечит или вроде того. - Мирослава, да? – вспомнила Регина, - я её видела в Красной комнате. А что, есть такие ещё? - Как минимум, одна. Они её зовут «кукла». Не знаю, почему. В общем, если нас поймают, лучше скажи им, что умеешь. После этого тебя точно не продадут. - Но и не отпустят. - Не отпустят в любом случае, - невесело усмехнулась Надя, - прости, конечно, что так прямо, но ты ведь понимаешь, чем они тут занимаются. Работорговлей. Никто от них не уходит на свободу. Так что если поймают тебя, то заставят работать на них. - А тебя? - У них трансляция каждую неделю, Красная комната. Но иногда это не аукцион, а что-то типа демонстрации. Они приводят провинившуюся девушку и творят с ней ужасные вещи. Знаешь, есть такие люди, которые в душе полнейшие извращенцы, но выйти на улицу и убить кого-то всё равно кишка тонка. Тогда они идут в Красную комнату. Там в чате можно предложить что угодно, какое угодно зверство, а потом смотреть на это и… Надя осеклась, видимо, вспомнив, что говорит с восьмиклассницей. - В общем, если пытаешься сбежать, попадаешь туда… Можно я?.. Продолжения не последовало, и Регина удивлённо остановилась, пытаясь рассмотреть лицо Нади. Глаза вроде бы и привыкли к темноте, но всё равно рассмотреть удавалось только самые общие очертания. - Что? - Нет, ничего, забудь. Просто скажи мне, если увидишь что-нибудь острое, нож или осколок крупный. - Вряд ли от вампиров можно осколком отбиться, - скептически ответила Гина, на что Надя только снова грустно усмехнулась Под потолком вспыхнул свет, так внезапно, что обе синхронно вскрикнули. Регина зажмурилась – после долгого нахождения в полумраке, глаза от яркого освещения мгновенно начали слезиться. Однако звук снаружи, из шахты лифта, мгновенно заставил обо всём забыть и вскинуть голову. Длинный коридор с кучей дверей был абсолютным близнецом того, нижнего, откуда они и сбежали. Те же лампы под потолком, на дверях, правда, не цифровые современные панели, а обычные запоры, которые можно было увидеть теперь разве что в старых фильмах, да в каких-нибудь домах-музеях. - Бежим! – первой спохватилась Надя и дёрнула Регину за руку. Они кинулись в единственно возможном направлении. Сквозь шум в ушах и бешеный стук сердца Гина почти не слышала других звуков и не понимала, остановился лифт или ещё едет. Наконец коридор вильнул, выводя их к развилке, от которой шли целых шесть или семь ответвлений. - Куда? – запыхавшись, спросила Регина, и Надя молча дёрнула её в первый попавшийся тоннель. Снова замелькали двери, уже другие, со стеклянными окнами до самого пола. Через стёкла Гина успевала увидеть какие-то офисные помещения, письменные столы, стулья, сейфы – и всё очень-очень старое, словно сошедшее с выставки, посвящённой двадцатому веку. Сзади послышался топот множества ног, и Надя выругалась, пытаясь ускориться. Но Регина уже просто физически не могла ни бежать, ни даже быстро идти. В боку закололо, сердце отчаянно билось в грудной клетке. - Да! – тихо выдохнула Надя, когда за очередным поворотом они наконец натолкнулись на дверь, - открывай! Гина привычно открыла рот и замерла, разглядывая замочную скважину. - Я не могу, - растерянно пролепетала она, - он не электронный. - Твою мать, - так же потерянно выдавила Надя, но взяла себя в руки почти сразу. - Так, что делать, что делать, что делать, - полушёпотом приговаривала она, оглядываясь по сторонам. Наконец, когда топот уже совсем приблизился, и можно было даже различить голоса и отрывистые крики, Надя скомандовала: - Идём, спрячемся. Другого выхода нет. Они юркнули в одно из офисных помещений. То ли хозяева кабинета собирались в спешке, то ли здесь побывали воры – по полу были раскиданы какие-то бумаги, стол перевёрнут, только сейф на месте, хоть и пустой. - Где здесь?.. – недоумённо начала Регина, но Надя тут же дёрнула её за руку, вовремя остановив – в опасной близости от своего лица Гина увидела свисающий с потолка оголённый провод, слегка искрящий и явно смертельно опасный. Она сглотнула и обернулась на Надежду. Та нахмурилась, но спустя секунду её лицо прояснилось. - Вентиляция! – тихонько воскликнула она, указав наверх, и тут же подобрала валяющийся рядом стул. Регина проследила за её жестом – под потолком виднелась вентиляционная решётка, в этот раз достаточно широкая. Придвинув стул, Надя первой встала на него и открыла решётку – при этом та противно скрипнула, отчего Гина вздрогнула. Ей было более чем неуютно на этом этаже, где она не могла даже открыть замок на двери. Границы собственных возможностей сузились до обычного запирающегося на ключ замка. - Идём, не тормози! Надя уже забралась в проход с лёгкостью танцовщицы. А вот Гина не только не ходила в танцкласс, но даже физкультуру прогуливала через раз, поэтому Надежде пришлось свеситься и буквально затащить её внутрь. Пылища и вонь стояли просто невыносимые. Причём если с пылью можно ещё было смириться, то запах явно указывал на то, что кто-то не так давно заполз сюда и сдох. Впрочем, когда шаги преследователей послышались уже в непосредственной близости, Регина забыла про вонь и даже захотела отползти ещё дальше, но, неловко оглянувшись, увидела, что сразу за Надей вентиляционный коридор уходит резко вверх. - Тихо, - едва слышно шепнула Надежда, - не шевелись, они услышат. Гина кивнула и замерла, надеясь, что пыль, поднятая в воздух их перемещениями, не заставит её чихнуть в самый неподходящий момент, подобно героине плохого хоррора. Где-то в коридоре, вроде бы в отдалении, но явно в том же самом ответвлении, где находилось их временное укрытие, послышался глухой удар, затем ещё и ещё. Следующий раздался уже гораздо ближе. Похоже, это от мощного толчка или пинка открывались двери одна за другой. - Отец наш небесный, - зашептала сзади Надя, - да святится имя твоё. Да прибудет Царствие твоё. Да будет воля твоя как на земле, так и на небе… Регина сглотнула. Отчего-то именно сейчас, в этот самый момент, когда Надежда позади неё торопливо и отчаянно молилась, ей стало так нестерпимо страшно, что захотелось выскочить и бежать, куда глаза глядят. - Боже, пожалуйста, не дай им схватить меня, прошу, не дай им сделать это со мной, - продолжала Надя срывающимся шёпотом, и только теперь Гина поняла, насколько та действительно боится. Ещё пять минут назад она казалась большой, сильной и смелой, тогда как всегда была обычной девчонкой, всего на несколько лет старше самой Регины. Дверь в паре метров от них распахнулась от мощного удара, и Гина едва успела сдержать крик, замерев на месте. Как никогда захотелось пошевелить хоть пальцем, сказать хоть слово, вздохнуть полной грудью – но она молчала, стараясь не шевелиться и дышать как можно реже. Надя позади неё делала то же самое. - Следы здесь, - произнес незнакомый грубый голос. - Эй, Паук! – позвал ещё один незнакомец, и послышались шаги. - Они здесь были, - этот голос Регина узнала бы даже без упоминания имени Паука. - Куда отсюда можно уйти? Дальше только запертая дверь. Воцарилась небольшая пауза, и Паук наконец спросил: - Этот стул ты от стола отодвинул? - Нет, я… - начал второй вампир, но босс его, кажется, уже не слушал. Решётка лязгнула, и Регина уставилась прямо в лицо Паука и его растягивающиеся в ухмылке губы. - Попалась, - шепнул он и с силой рванул её за руку. Гина взвизгнула, пытаясь сопротивляться, но смогла разве что собрать всю оставшуюся на стенках пыль, пока её не выдернули из вентиляционного коридора. Паук опустил её на пол, крепко стиснув талию, и толкнул в руки одного из двух незнакомых вампиров, а сам потянулся, чтобы вытащить Надю. Из вентиляции послышался отчаянный визг, но Надежда тоже не смогла удержаться и вскоре оказалась на полу. Сделав жест державшему Регину вампиру, Паук сам схватил её за плечи, а Надежда оказалась зажата между двумя кровососами. Она выглядела такой бледной, будто измазала в побелке не только руки, но и лицо. - Боже, прошу, пожалуйста, убей меня, - тихо-тихо прошептала она, уставившись в пол, и Паук рассмеялся. - Я бы на твоём месте не рассчитывал на быструю смерть. Прошлая девчонка в Красной комнате мучилась почти сутки. Я даже удивился, насколько люди в чате бывают… изобретательными. Надя разрыдалась, продолжая повторять одни и те же слова, и Регина поняла, что смотрит на искрящий кабель в метре от её лица. Прежде, чем в голову ей пришла хоть какая-нибудь здравая мысль, она подняла голову и крикнула: - Лампа, взорвись! Тусклая плоская лампа вспыхнула, ослепив всех, кроме самой Гины. Она с силой толкнула Паука локтем и, вывернувшись из его рук, метнулась к Наде, дёрнула её за руку и толкнула на оборванный кабель. Мгновенно поняв, что происходит, а может, и чисто инстинктивно, Надя схватила провод обеими руками, пытаясь прижаться к нему как можно сильнее. Эта вспышка была даже ярче. Регина вскрикнула, машинально отворачиваясь от источника вспышки. Правую щёку опалило жаром, и, не удержавшись на ногах, Гина упала. После этого она уже ничего не помнила.