Разведка

Победа на острове Когтя принесла новорожденному Пакту уверенность в своих силах. Объединившись, три ордена стали втрое сильнее, и армия Зайтана впервые отступила. Трахёрн перенес ставку командования в форт Тринити и перебросил основные силы на границы Орра, и вот тут-то армия Пакта и споткнулась в первый раз. До сих пор они воевали на своей территории, Орр же полностью принадлежал Зайтану и был буквально наводнен восставшими. Когда-то, века назад, эти земли ушли под воду, вместе с воинами и мирными людьми, и теперь поднятое со дна волей дракона королевство населяли только не-мертвые. Восставшие человеческие и чаррские воины, восставшие крестьяне... восставшие буйволы, орлы и даже курицы. Хуже того, тела павших приходилось сжигать, не считаясь с погребальными обрядами. Иначе был велик риск встретить бывших соратников вновь, уже по другую сторону фронта. Зайтан умел наводить ужас. И хотя Пакт потерял дезертирами на удивление в сложившейся ситуации мало, пробиваться вперед было тяжело. Дрокк сидел над картами. Его отряд оказался на передовой и, конечно, он в какой-то степени гордился этой честью... но быть первопроходцем - это не только честь, но и тяжелый труд. У Пакта не было достойных карт Орра. Те, что сохранились со времен до Катаклизма, имели мало общего с современным ландшафтом. Те, что набрасывал Трахёрн во время своих странствий, были точнее, но не годились для военных целей. Задачей Дрока, помимо прочего, было составить приемлемую карту, разметить на ней стратегически важные точки и, по возможности, силы противника, и передать в ставку. Отряд двигался, несколько опережая основные силы Пакта. Дрокк как мог быстро передавал информацию в войска. Зайтан перехватывал гонцов и взламывал шифры. Асуры создавали новые. Дрокк чувствовал, что это война не только армий, но еще и война разумов. Если бы не донесения о новых и новых погибших, он бы, возможно, получал от этого удовольствие. Он поставил последний значок на карте и собирался приняться за сопроводительное письмо, когда услышал тревогу. Атаки восставших случались нередко. Хотя Дрокк и старался становиться лагерем в неприметных, хорошо укрытых местах, у Зайтана было много глаз - и в том числе птичьих - и в прятки дракон играл не в пример лучше. И в этом раунде явно победил. Когда Дрокк выскочил из палатки, восставшие уже прорвались в лагерь. Успевший поднять тревогу человек уже лежал лицом вниз, но дело свое сделал - едва проснувшись, воины хватались за оружие, и через несколько минут - всего несколько минут! - ожесточенной битвы, восставших вытеснили за периметр. Дрокк наконец получил возможность схватиться за лук, и теперь расстреливал восставших навесными из-за спин союзников. Так от него было гораздо больше толку. Если картографом он был неплохим, то стрелком - отличным. К его стрелам присоединились сильварийские, и через несколько минут всё было кончено. Особенной радости Дрокк не испытывал. Нападение не первое и не последнее, а потери, так или иначе, есть. Двое убитых. Пятеро раненых. - Командир, в порядке? Дрокк ухмыльнулся и похлопал себя по доспеху. Всего одна свежая вмятина. Не так уж плохо для внезапной атаки. - Не дождёшься. Ты поступаешь в распоряжение медиков. Впрочем, я тоже. И сожгите эту падаль. Как сам? Человек - Зак - был его другом много лет, и никакие звания между ними встать не могли. Он беспечно махнул рукой, мол, нормально всё, и отправился стаскивать тела восставших в кучу. Их следовало сжечь, иначе был риск получить толпу дважды восставших. Дрокк же отправился пересчитывать потери. Один из дозорных был мертв окончательно и бесповоротно: он лежал на боку в луже собственной крови и со стрелой в шее. Его тело тоже придется сжечь. Второй был жив, только оглушен. На его шлеме красовалась внушительная вмятина, но сталь выдержала, и когда Дрокк помог асуре добраться до костра и снять шлем, раненый уже немного пришел в себя... ну, по крайней мере, имя и должность назвал, а что еще на войне нужно? Отрядный медик осматривал сильвари, получившую кинжалом между ребер. Её заметно трясло, и Дрокк соотечественнику не завидовал. Сильвари, всегда непонятно, что с ними делать. А исследования разумных существ запрещены. Иногда Дрокк в чём-то понимал дознавателей. Были бы хоть какие исследования, сейчас было бы чем помочь. Скорее всего. Дрокк убедился в том, что тут его помощь больше не нужна, и отправился помогать Заку с мертвяками. Вдвоем дело шло быстрее, им никто не мешал, и Дрокк, пользуясь редкими минутами наедине, поделился тем, что пугало его больше всего. - Я не могу отделаться от мысли о том, сколько же на этой земле мёртвых, и все они принадлежат Зайтану. Перебить всех - даже для Пакта задача почти непосильная. Нашей целью должен быть дракон, но мы не знаем, где его логово. У нас нет карт и мы углубляемся в земли противника. Есть ли у нас шанс? Зак пожал плечами. - Отойди, я призову огонь. Я думаю, что это наш единственный шанс, поэтому выбирать не приходится. - Только эта мысль и заставляет меня идти вперед. Столб огня взметнулся высоко и Дрокк слышал, как гудит пламя, пожирая давно мертвые тела. - Пойдем. Надо... похоронить наших. И сниматься, костер уж слишком заметен. Верил Дрокк или нет в успех кампании, но дело свое он знал. Его отряд продвинулся дальше в Орр, однако несколько дней кряду он не получал новых приказов. Асура удивлялся, но продолжал регулярно слать донесения. Что случилось? Пакт дал восставшим бой и им не до разведки земель? Пакт потерпел поражение? Дрокк полагал, что об этом они узнали бы, так или иначе, но испытал облегчение, когда на четвертый день молчания ворон принес вести из ставки. Однако письмо повергло его в недоумение. В ставке не получали его докладов шесть дней. До сих пор такого не случалось. Хоть один ворон, да достигал цели. Дрокк снова подготовил к докладу информацию за все время. Шесть пакетов, шесть воронов. Он планировал запустить их в разное время и с разных точек, чтобы, по меткому человеческому выражению, не класть все яйца в одну корзину. Теперь они с Заком стояли и смотрели, как удаляется последняя чёрная точка. - Похоже, он стал умнее, - сказал друг. - Я чувствую себя мишенью. Дрокк кивнул. Он тоже понимал, что дракон сменил тактику, но не знал пока, как на это реагировать. - Орел, - закричала Лайя, дозорная сильвари. - Восставший догоняет ворона! Дрокк напряг зрение. Одна чёрная точка обрушилась на другую. Раз, другой. На третий обе камнем рухнули вниз. Он тешил себя надеждой, что хоть какой-то из воронов достиг цели. Приказов из ставки с того раза они не получали, и когда птиц осталось всего три, Дрокк принял решение повернуть назад. Его отряд в нечастых стычках еще больше поредел, и теперь насчитывал всего восьмерых, и каждый был ранен. Они двигались так быстро, как могли - во-первых, информация устаревала стремительно, а во-вторых, каждая новая стычка могла стать для отряда последней. Их осталось меньше половины от числа тех, кто вечность назад выходил из форта Тринити. Дрокк считал, что им осталось самое большое день-полтора пути. Он тщательно выбрал место для лагеря - очень удачное, прикрытое от шпионов с воздуха развалинами какого-то гигантского строения, и даже позволил себе понадеяться, что самое страшное позади, и совсем скоро они присоединятся к своим... но его планы были жестоко нарушены. Едва они принялись раскладывать костер и расстилать спальные мешки, на них напали. Это была не обычная спонтанная атака восставших. Это было тщательно спланированное нападение. Враги появились молча, и ровно в тот момент, когда лагерь был наименее защищен. Дрокк, получив удар в спину, упал, и на мгновение в глазах потемнело. Он очнулся почти сразу же, от звуков боя над головой. Прямо над ним стояла вооруженная мечом сильвари и отмахивалась от двоих сразу. Дрокк знал, что она тоже стреляет лучше, чем сражается в ближнем бою. Он откатился в сторону, не глядя, и боком налетел на что-то твёрдое, приподнялся на колени – и увидел кинжал. На рукояти все еще смыкала пальцы отрубленная кисть восставшего, но это всё равно было оружие! Дрокк схватился за рукоять и вскрикнул от неожиданности, когда вопреки всему живые пальцы схватили его за запястье. Однако, кинжал есть кинжал. Асура резким движением стряхнул с руки не-мертвую хватку и, пригнувшись под свистнувшим мечом, кинулся вперед. Воткнул кинжал восставшему в горло, избавив сильвари от одного из противников, подхватил упавший меч и огляделся. Зак теснил восставшего к стене, и более на ногах никого из восставших не оставалось. Они опять отбились. Кто-то подхватил его под руку и отвел к костру, велел нагнуться вперед. Дрокк послушно наклонился и молча терпел, пока его рану осматривали и промывали. Из восьми их осталось шесть. Единственный оставшийся в их группе чарр был мертв и еще один человек ранен в живот, и больше не мог ни сражаться, ни даже идти. - Это была засада, - глядя в землю, сказал Дрокк. - Дракон следит за нами. То, что раньше было всего лишь подозрением, перерастало в уверенность. Кто-то в команде работает на оба фронта. Дрокк не мог привести в лагерь Пакта шпиона. Слишком опасно. - Согласен, - Зак тяжело сел на землю чуть поодаль. - Нас тут кончат, если мы не успеем. И это тоже было правдой. Но кто? Дрокк не мог поверить, что это кто-то из его отряда. Только не те, с которыми он столько дней делил тяготы путешествий и сражался плечом к плечу. Но он не мог и не думать о том, что среди них есть предатель. Быть может, это сильвари? Они странные, и, помимо прочего, она разглядела орла там, где он увидел лишь чёрную точку? Или, быть может, это асура, получивший ранение в голову, но беспрепятственно добравшийся сюда? Он мог быть уверен только в себе. Ночью Дрокк лежал без сна и только поэтому услышал движение. Он давно уже оставил палатку на одной из стоянок, но ночевал под навесом отдельно от остальных. Все-таки он оставался командиром. Теперь, выглянув из-за своего укрытия, он увидел Лайю, укладывающуюся в стороне от всех и, подчинившись всплеску подозрительности, встал в полный рост. Сильвари вздрогнула, но тут же расслабилась. - Почему ты здесь? - Там ужасный запах. Я не могу там спать. Это Дрокк мог понять. Запах от проникающего ранения в живот был удушающим. Ему даже казалось, что для парня было бы лучше, если бы он не дожил до утра, но, конечно, бросать раненых он не собирался. - Это от ран. - Нет, - мотнула головой Лайя. – Пахнет, как будто там что-то сдохло. Дрокк хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Его медленно затопило осознание. Правда была настолько очевидна, что он даже не подумал об этом раньше. Не было никакого шпиона. Был погибший. Был восставший. Они давно уже спали в доспехах, и изменения в теле не бросались в глаза, но запах... запах не скроешь. - Пойдём, - шёпотом сказал он. - Теперь все будет просто. Зак встрепенулся, когда Дрокк тронул его за плечо. - Пойдем, поможешь мне. - Что случилось? - Я хочу посмотреть что под повязкой Гесса. Один из нас мертв. Зак с силой протер глаза. - Ты серьёзно? А если он чист? - Буду проверять всех. Зак кивнул и поднялся, и в свете луны Дрокку показалось, что что-то не так. Зак совсем не удивился. Не возмутился. Не... - И ты сними доспех. Тот фыркнул и потянулся к ремням, и у Дрокка отлегло от сердца, но когда нагрудник упал на землю, Зак развел руки знакомым жестом и на его пальцах засветилось заклинание. Дрокк понял, что не успевает вообще ничего, и закрыл глаза. Может быть, это к лучшему. Он успел увидеть прогнившую рану в груди бывшего друга и не хотел об этом помнить. Не хотел об этом знать. Пусть он умрёт вместе с Заком, но остальные доберутся до центрального лагеря. Результат его работы не будет утерян. Он не слышал возгласа Лайи. Не слышал свиста её стрел. Но почувствовал, что перед ним больше никого нет, и тогда открыл глаза. Зак лежал на спине, из его глазницы и шеи торчали стрелы, но крови не было. Совсем. Дрокк чувствовал ужас и отвращение, но вместе с тем в нем поднималась ненависть, такая, какой он к Зайтану еще не чувствовал. Раньше это был просто враг, пусть и страшный. Теперь это был личный вопрос. - Я отомщу за тебя, друг.