Пышный бант

Комната, заполненная громкими стонами и хриплым обжигающим воздух дыханием. Мальчик, пытающийся скрыть за маской разврата и похоти всё своё одиночество, и демон, казалось бы, презирающий все человеческие чувства. Грязные ласки и пятна крови на чёрных шелках постели. Всё это через маленькую щёлку двери и видели слуги самого поместья. Они сами были бы не прочь присоединиться к двум пылающим и столь сочетающимся друг с другом телам, пытающимся связать друг друга. Связать некой невидимой нитью, которая и так давно была завязана на их шеях, походя на ошейники. Каждый был хозяином. Каждый - слугой. Но сейчас они хотели выйти за эти пределы и стать друг для друга чем-то иным. Никто из них более не хотел занимать ни роли властелина, ни роли верного пса или должника. Каждый жаждал чего- то большего, но чего - они не понимали, ища ответ в каждой их близости друг с другом. - Се… ах… бастьян… я… не могу… больше… ах..! Послышался последний и самый громкий вскрик ребёнка, последний рык демона. Два тела обессилено упали на подушки, переводя хриплое сбившееся с ритма дыхание. Черноволосый мужчина робко приобнял мальчика, прижимая к своей груди, как самое дорогое и способное в любую минуту разбиться от неловкого прикосновения, существо. На лице демона расцвела лёгкая, еле заметная улыбка. Не часто можно заметить улыбающегося демона. Но он - Себастьян - улыбался. Сейчас. Он улыбался всегда. Всегда, когда видел этого ребёнка, который сейчас, будто чего-то боясь, прятался в руках мужчины, ища спасение и защиту. Он не понимал, почему юный граф вызывал в нём кучу эмоций - от ненависти и гнева - до радости и счастья. Себастьян всегда называл мальчика «человеком противоположностей». Днём ребёнок жил взрослой жизнью: занимался делами кампании, подписывал договора, отсылал письма, разбирался с делами Её Высочества; а ночью Сиэль просил своего дворецкого остаться с ним, пока мальчик не уснёт. Граф любил горячее молоко с мёдом и обожал сладкое, без которого он и дня прожить не мог. Сиэль скрывал всю свою боль за хладнокровной маской безразличия и презрения ко всем тем людям, которые его окружают. И только его демон - Себастьян - мог видеть всё то одиночество, страх и боль, которые мальчик испытывал и всегда носил с собой в своём сердце, как камень. - Господин, вам открыть окно на ночь? - поинтересовался дворецкий, легонько касаясь губами лба мальчика. - Открой иначе точно задохнусь… - ребёнок отстранился, давая демону возможность встать, и подтянул к себе одеяло в кое закутался, дабы скрыть своё тело. Странно… ведь это их не первая ночь, а мальчик до сих пор стесняется показываться демону. - И сегодня ты спишь со мной. Это приказ. - Да, милорд. - мужчина вернулся в кровать, повернувшись на бок и приподнявшись на одном локте, грудью прижимаясь к одеяльному комочку и склоняясь над ухом Сиэля. - Господин, раньше Вы мне не разрешали спать с вами. - от этих слов Сиэль покраснел, натягивая одеяло до носа. - Заткнись. Раздражаешь… - на эти слова демон лишь усмехнулся, игриво касаясь губами ушка ребёнка. - Себастьян... - тихо начал мальчик после небольшой паузы, краснея и тупо смотря куда-то в стену, - …скажи… а демоны могут любить? - Наверное… - неуверенно произнёс демон, удивившись такому вопросу. - Если честно, я не знаю, что значит любить…Хотя мне кажется, я влюблён… Если я правильно понимаю смысл этого слова… - Себастьян улыбнулся. - Любить? Ну, это когда тебе хорошо с человеком… Ради него ты готов пожертвовать собой, не взирая ни на что…Когда улыбаешься, просто смотря на него… Тебе нравится всё в нём… И его горящие пламенем алые глаза… И эта длинная чёрная чёлка, постоянно спадающая на его изящное лицо… И эта кошачья грация… - Сиэль прикрыл глаза, беря в руки ладонь демона, совершенно уйдя в свои мысли. - И эти руки, от чьих прикосновений ты вздрагиваешь каждый раз… И эти губы, к которым хочется прикасаться… И эта дьявольская притягательная улы… - только поняв, что сморозил, граф резко утих, уходя под одеяло полностью, чтобы спрятать красное, как помидор, лицо. Себастьян с замиранием сердца и расширенными от удивления глазами слушал речи ребёнка. Это было так приятно и в то же время - страшно. Мужчина не понимал… он не понимал одного. Мальчик сейчас говорил о нём или… Или это просто обман слуха и Сиэль мирно спит, а у демона просто галлюцинации? Демон неожиданно улыбнулся, смотря на уходящую под одеяло тёмную макушку. - И это детское и невинное лицо, скрывающее под маской хладнокровия свою милую улыбку… И эти синие, как глубины океанов, глаза… Это одиночество и боль, спрятавшиеся за ухмылкой... И эта детская натура, просящая горячего молока с мёдом и шоколадного тортика… - сняв с лица резко застывшего мальчика одеяло, Себастьян улыбнулся, наклонившись к лицу ребёнка и нежно коснувшись его губ своими, - Сладких снов, мой юный господин… - прошептал демон на ушко лежащего ребёнка, который лежал с широко распахнутыми глазами, красной мордашкой и чуть приоткрытыми губами. В этот миг нить на их шеях разорвалась, давая возможность вздохнуть. Она превратилась в пышный бант из атласной ленты, теперь повязанный на сердца двух существ. Лента не разорвётся, а лишь распадётся на несколько ниточек, которые всю жизнь будут связывать демона и человека. Всю жизнь… не взирая на смерть.