В нашем дурдоме есть вай-фай или Бля, они что, охуели?

— Бля, они что, охуели? — страдальчески спросил Антон у потолка и отложил планшет в сторону. — Опять? Опять у меня под браслетами шрамы? — Серьезно? — удивился Арсений. — Ты просмотрел хренову тучу этого фуфла, а задело тебя это? — Это меня добило. Я там болел, умирал и вскрывался сам столько раз, что сбился со счета. А вот тут снова шрамы! Ну на хера? Что я им сделал-то? — Не истери, — Арсений забрал планшет и начал просматривать следующий фанфик. — Это так их любовь проявляется. Если найдешь текст, где тебя расчленяют, знай: его автор — твой самый преданный фанат. — Ты дебил, что ли? — Так для «драматизьму», Шаст, для «драматизьму»! В любом произведении должен быть конфликт. — Да вроде не в любом, — Антон наморщил лоб, вспоминая, достал телефон и загрузил страницу сайта и на нем тоже. — Во! Флафф. Смотри, тут все радужно: мы с тобой женимся, воспитываем кучу ангелоподобных спиногрызов и катаем их на пони… хотя в итоге я все равно реву. — Почему? — От счастья крыша поехала, наверное. — Да ты вообще капец слезливый, — заметил Арсений и открыл наугад очередной фанфик. — Ну вот, и здесь тоже: «Мокрые дорожки слез поделили лицо Антона на три части». — Не, я, конечно, смотрел «Обитель зла» и видел, как чуваку лицо на части поделило, но это точно были не слезы. Под то, что я там, в фанфиках, наревел, уже можно бассейн копать, — Антон горестно вздохнул. — Вот почему я у них всегда такая баба, а? — Ты не выглядишь на свой возраст, тебе часто достаются роли девушек и детей, — Арсений начал загибать пальцы. — А еще я старше и не такое мимимишное солнышко, как ты. Тебе вообще пиво без документов продают? — А в хлебало? — Давай. А я потом фотку с фингалом в инсту выложу, и Фикбук взорвется новой порцией БДСМ с нашим участием. — Тебе того, что есть, мало? — Антон покрутил телефон в пальцах и тяжело выдохнул. — Хотя, — он на минуту задумался и посветлел лицом, — может, хоть тогда я буду… ну это… сверху. — Так вот что тебя волнует! — расхохотался Арсений. — То есть хрен с ним, что ты там трахаешься с мужиком, главное, чтобы не снизу? — Лучше ты, чем тебя, — философски заметил Антон и пожал плечами. — И не надо так таращить на меня свои эти, как их там, — он бросил взгляд на экран телефона и сверился с текстом, — глаза-океаны. Вот. — Да ладно тебе, — Арсений сочувственно пихнул его в бок и открыл очередное творение на злополучном сайте. — Вот смотри: тут ты сверху и даже током меня бьешь. Нравится? — А ты там тоже ревешь? Арсений бегло просмотрел текст. — Да нет, вроде. — Ну вот, бля, пазл не сложился! Оба засмеялись и устало откинулись на спинку дивана, с отвращением глядя на собственные гаджеты. Этот кактус они жрали уже больше двух часов, но остановиться почему-то было выше их сил. — Как же мерзотно и интересно одновременно, — озвучил общую мысль Арсений. — Все же удивительно, на что способен несформировавшийся мозг девочки-подростка. Та-а-акс, смотрим дальше: «Антон — омега, Арсений — альфа, который…» — он потрясенно поднял голову. — Они что, и на святое замахнулись? Совсем уже? — Арс, не читай это, — деревянно ответил Антон, глядя прямо перед собой. — Поверь мне, Библия тут совершенно не при чем. Арсений опасливо перевел взгляд на Антона, потом снова осторожно заглянул в планшет. — Не спрашивай, — грустно продолжил Антон. — Просто листай дальше. — О, ну ладно, — Арсений просмотрел несколько заголовков и просиял. — Смотри, про нас и стихи пишут. Хочешь окунуться в прекрасное? — Мы уж два часа как в этом прекрасном по уши. Ну давай, открывай. Арсений в молчании внимательно прочитал открывшийся опус и осторожно, как гранату, передал планшет Антону. — Хм, нестандартная поэзия, — удивился тот, прочитал до половины и нажал на ссылку на профиль автора. — Пиздец нестандартно… Что? Девятнадцать? Этой овце девятнадцать? — Врет, — прошептал Арсений, продолжая разглядывать стену. — Надеюсь, врет, — поддакнул Антон. — Ну или в дурдоме, где она лежит, есть вай-фай. Арс, ну ты чего? — Я Бродского люблю, — с тихой грустью медленно проговорил он. — А сейчас сижу и понимаю, что не могу ни строчки вспомнить. В голове вертится один лишь этот «Шастун-лапотун». — Воды? — Ага. Огненной. — Ты это, слышь, не переживай, — Антон начал быстро копаться в обоих гаджетах одновременно. — Сейчас найдем тебе что-нибудь попроще. Хм, странно. — Чего там? — Нашел еще одну неадекватную. — А ты там раньше адекватных находил? — Не, ну смотри. Я признаюсь тебе в любви, и ты ложишься спать. Ты признаешься мне в любви, и мы ложимся спать. Опять я признаюсь в любви, и ты заставляешь меня лечь спать. Это что, водитель-дальнобойщик писал? Хоть бы потрахались в итоге. — Чего? — Арсений с подозрением покосился на Антона. — Хотя бы логично, — невозмутимо кивнул тот. — Но психику не так ломает, да. В любой непонятной ситуации ложись спать. — Хрен с ним, — Арсений немного отошел и теперь рассеянно листал дальше. — Я вот тут думаю: может, тебе курить бросить? — С хера ли? — Да у них прям одержимость курящим тобой. Еще решат, что курить круто. Сам посмотри, какую «страдашку» ни откроешь, так ты там выкуриваешь столько, что того и гляди скопытишься от рака легких. — Ага, или от любви, — кисло проговорил Антон. — Легкие их он пожалел! Что ж они мозжечок-то мой не жалеют? — Какой еще мозжечок? — Обыкновенный. Вот смотри, — он снова взял в руки телефон. — «Антон запнулся о собственные ноги и упал с высоты своего роста». Нет, ну что такого шикарного в том, что я ебашусь башкой обо все поверхности? И хоть бы кто тамошнего меня к врачу по этому делу отправил, но нет, бля, все только умиляются. — Думаю, все это началось с Бэллы Свон, — со знанием дела заметил Арсений. — Она тоже это, ну, ебашилась. Антон лишь тупо на него взглянул. — Бэлла. Из «Сумерек». — Ты смотрел, что ли? — Жена смотрела. И читала. Не спасся от пересказа, — объяснил Арсений и проорал прямо в планшет: — Да, у меня есть жена! Та самая бессердечная стерва, которая шантажирует меня ребенком и мешает нашему с Антошей безбрежному счастью! — А кто просил не истерить? — Да в порядке я, в порядке, — Арсений выдохнул и в очередной раз пролистал список фанатских творений. — Я одного понять не могу: почему продюсеры говорят, что фанфиков стало меньше? Как по мне, их тут просто овердохера. Антон пожал плечами. — Не знаю, я тоже не заметил. Но им виднее, они ж постоянно мониторят. Позов вот ноет, что от паблика еще пять человек отписалось. — Ему за админство-то хоть платят? — Неа, — Антон мотнул головой и улыбнулся. — Он исключительно идеи для. — То есть ты считаешь, что уже новый вброс пора делать? — А что нам еще остается? Выход новых выпусков по телеку мы точно приблизить не сможем. А так хоть эти ненормальные встряхнутся чуток. — Ну наверное, — Арсений пожал плечами. — Вот ты и подумаешь, как их встряхнуть. — Я? — Антон загорелся праведным возмущением. — Сейчас не моя очередь. За меня Илюха делал, забыл? И тряхнуло их тогда покруче, чем от твоего видоса. Пусть Серега делает. — Думаю, Серега нас тупо пошлет. — Ну или Поза попросим. Ему-то точно не в падлу. — Ему-то точно, — Арсений усмехнулся и убрал планшет в карман. — Ладно. Мне пора. Но над идейкой все-таки подумай, хорошо?