Брат

POV Главный герой       Это остров Олух, таящий самые таинственные тайны на свете. Здесь у нас рыбалка, охота, и сказочные закаты… Так вроде должно начинаться наше повествование? Сейчас вам наверное показалось, что Олух — рай на земле. Но это поспешу вас уверить — это далеко не так… Нет, закаты у нас действительно замечательные, иногда кажется, что все огненные цвета собрались в один момент на небосклоне и показывают себя глупым людям… Ещё у нас замечательные леса — густые и приветливые, полные могучих дубов, вековых сосен и елей… Живописные водопады, невероятной красоты горные озёра, суровые, но от этого не менее прекрасные скалы…       Жаль, что я единственный, кто замечает красоту нашего острова, остальные всё время думают о сражениях и пролитой крови. Нет, я не спорю, что в данной ситуации, в которой находится наш остров, такое положение дел вполне уместно. Но, всё же зачем погружаться в это с головой, забывая о природе и всей красоте нашего мира…       На нас часто нападают соседние племена, а точнее Изгои, не вступившие в Союз Вождей. Нашему острову приходится защищаться, порой теряя чуть ли не половину взрослого населения… Другая проблема — скудная северная почва почти не даёт плодов, потому фрукты и овощи приходится покупать у торговцев, за весьма не маленькую цену, и ведь не каждый может себе позволить себе такое разнообразие…       Тут сказывается и наша главная беда — вредители. Обычно это мыши, ну или там комары, но у нас это… — ДРАКОНЫ!       Ну как драконы? Это можно, так сказать, название племени, мы их так называем. (Правильнее нас называть полудраконами, а их полу-людьми. Так их и нас и называют на других островах. Но мы делим так.) И люди, и драконы могут быть в обличии человека и полудракона, но только каждый дракон может быть в полном обличии. Среди людей же обладать полным обличием могут только самые достойные. Таких на Олухе ещё не было, и, если подумать хорошенько, никогда не будет…       Драконы воруют у нас и те скудные запасы, что есть у нас, разрушая амбары, сжигая дома. Мы с этим племенем ведём войну уже триста лет, но никто не помнит, с чего она началась… Ах да, где мои манеры? Меня зовут Иккинг Кровожадный Хеддок III. Знаю, то ещё имечко, но бывают и гораздо хуже. Наши родители считают, что гадкие имена отпугивают троллей. Будто на то не хватает наших изящных манер. Да ещё в своём роду я не первый с таким именем, значит ещё двум моим предкам приходилось также мучиться… Как мне их жаль, учитывая мою жизнь.       Так, о чём это? Ах, да! Ну так вот, меня зовут Иккинг, ну или «рыбья кость» либо «ходячая беда». Я обыкновенный викинг. Ну как обыкновенный? Скорее уж наоборот… На наших я совсем не похож. Всех Лохматых Хулиганов можно описать тремя словами — Тупая гора мускулов. Мда… Не под один из этих критериев я не подхожу — хилый, тощий, слабый… Ну, точнее так думают мои «друзья», а на самом деле я вполне могу за себя постоять, просто это ничего бы не изменило. Одевая большие мне кофты, я ещё больше кажусь палкой.       Я высокий зеленоглазый шатен, не обделен скоростью и ловкостью, но, как вы уже поняли, скрываю это, а ещё, не сочтите за хвастовство, обладаю большим умом…       Среди остальных викингов я изгой, ведь я не начал превращение… Ах да, я сейчас вам про него расскажу! В 15 лет каждый викинг начинает превращение в полу-дракона. Появляются хвост, крылья и другие драконьи аксессуары. Закончившей превращение может летать и дышать огнём, а также у каждого вида драконов свои собственные способности. Кто-то может стрелять шипами, кто-то может самовоспламеняться.       Каждый описывает своё превращение по разному. Кто-то провёл это время в беспамятстве и лихорадке и потому ничего не помнит, кто-то описывает это так жутко, что невозможно слушать, кто-то просто не выживает.       Чаще всего (исключения крайне редки) превращение проходит в три стадии.       Первым делом появляются чешуя и, у некоторых видов, шипы, обостряются зрение, обоняние и слух. Как понять, что началось превращение? Кожа начинает жутко чесаться, иногда даже кровоточить. Эта стадия обычно не сопровождается особой болью.       Вторая стадия — это появление крыльев и хвоста. Вот это уже зрелище не для слабонервных. Если человек просто до крови прокусывает губы или кричит в подушку, это они ещё легко отделались. Почти все смерти во время превращения происходят на второй стадии.       Третья стадия — появление огненного дыхания. Лёгкие и горло горят в прямом и переносном смыслах. Ты не можешь ни есть, ни пить, потому что происходит перестроение органов. Легче всего отделываются Громобои, ведь они оглушают своим рёвом, а не извергают огонь, но обычно легче всех всё превращение переносят Громмели и Жуткие Жути. Их превращение самое безболезненное и самое кратковременное. А так у каждого вида превращение длится по-разному.       Ой! Что-то я задумался! И тут на меня налетел какой- викинг с секирой, которую я, кстати, вчера заточил. — Ааа! Доброе утро! — Прячься скорее! — Иди домой!       Я пропускал слова бегущих викингов мимо ушей, но вдруг почувствовал, а точнее не почувствовал опоры. Передо мной, вдоль по улице пролетел Громмель, поливая её своей лавой. Ох, кто же мой спаситель? Спустя мгновение я понял, что меня кто-то держит за шкирку. — Иккинг! Куда он опять полез? Куда ты полез? Марш домой! — Раздался над головой громкий и до боли знакомый голос.       Оглянувшись, я понял, кто это — Стоик Обширный, вождь нашего племени, рыжебородый мужчина лет сорока, ростом под два метра. И, кстати, Обширным его прозвали совсем не зря… А ещё говорят, что он ещё младенцем снёс дракону голову с плеч. Верю ли я в это? Ещё как верю!       Вождь отпустил меня и отправился в самую гущу сражения. Ну, а я продолжил свой путь в кузню, к Плеваке. Плевака — это наш кузнец, лучший друг отца и его правая рука. К нему на обучение меня отдали, когда я был ещё маленьким — лет семь-восемь, ведь отцу стало уже совсем не до меня, он обо мне практически забыл. И забыл бы он о существовании сына и вовсе, если бы не мои выходки, по словам Плеваки, деть пытаясь доказать, что на что-то способен, я прошлый раз сжёг чей-то дом… — О, явился не запылился! И дракон тебя не унес! — раздался насмешливый голос кузнеца.       У Плеваки были длинные усы цвета соломы, заплетённые в какое-то странное подобие косичек, но зато у него не было правой ноги и левой руки, которые он замещал протезами, но, несмотря на это, Плевака всё ещё остаётся искусным воином, которого превосходит лишь вождь. — Куда им! Не удержат такую… Мощь! — тем же тоном ответил я своему, так сказать, единственному другу, закатав рукава, которые ношу, кстати, только я, и показывая свои «мускулы».       Да, именно Плевака, хоть и невольно, своим поведением и манерой общения научил меня относиться ко всему с юмором и сарказмом. Так я и живу, натягивая вялую улыбку, когда хочется плакать, или кончается терпение и хочется врезать обидчику… Мда, может и выгляжу слабым, да вот только удар у меня крепкий, жаль, что никто этого не знает, а может и не жаль, ведь тогда было бы на одного задиру больше… — Ну, им же нужны зубочистки, — съязвил Плевака, меняя свой протез-молот.       Я же в это время я уже точил гору оружия, которое только что починил кузнец. Ну вот что за манеры у этих драконов? Нападают в темноте, ночью! Нет бы дать поспать нормальным людям! Так, что-то я совсем не высыпаюсь, какой-то бред начинаю нести… — Пожар! — отчаянно крикнул какой-то викинг.       На его зов прибежала группа моих ровесников — подростки, которым как раз где-то пятнадцать лет. А именно это были Рыбьеног, Сморкала, близнецы Забияка и Задирака и… Астрид! У них работа гораздо круче! Не то, что у меня. — Куда ты собрался?!       Плевака подхватил меня за шиворот, увидев, что я пытаюсь сбежать. — Пусти, Плевака! Я всего лишь убью дракона, и моя жизнь наладится, может девушку найду! — возмущенно откликнулся я, пытаясь вырваться из крепкой хватки однорукого, но куда уж мне! — Молот поднять не можешь, даже эту штуку не в силах кинуть! — стал оценивать меня Плевака, загибая пальцы, но я-то не так прост! — Ладно, может быть, но это метнёт за меня! — продемонстрировал я своё изобретение.       Это что-то вроде катапульты, с помощью которой я смогу сбить дракона! Вот только что-то пошло не так и активировался механизм, выстрелив в какого-то викинга, отправив прямым попаданием того в царство снов. — Видишь? Вот о чём я тебе и толкую! — взмахнул руками, ну, рукой, Плевака. — Да пристрелять не успел ещё… — начал оправдываться я, но был прерван кузнецом: — Нет-нет, Иккинг! Коль и вправду решил идти сражаться с драконами, то заканчивай с этим.       А после сей фразы кузнец взмахнул рукой, указывая на мой «недостаток». — Но ты указал на всего меня! — возмутился я, чуть нахмурившись, ведь очень не люблю, когда кто-то так делает, то есть «указывает на всего меня». — Да! Вот-вот! Я про всего тебя и говорю! — О, опасную игру вы, сударь, затеяли! Кто ж удержит такую викинговую силищу? Берегитесь последствий! — хмыкнул я, смешно вскинув руки, желая тем самым разрядить обстановку.       Но Плевака мои старания не оценил и только бросил, вновь принимаясь за работу: — Ничего, рискну! Меч заточил, быстро!       И стал выполнять поручение, зло размышляя про себя. Когда-нибудь я выйду на поле боя. Ведь убить дракона в его полном обличье является залогом успеха в наших краях. Добуду голову Змеевика — меня хотя бы заметят. Громмели — живучие твари, убью такого, точно обзаведусь подружкой! Престиголов — две головы — двойной почет. А есть еще Ужасные Чудовища. Они имеют вредную привычку воспламеняться. только лучшие из викингов способны сразиться с ним, но самый ценный трофей — дракон, которого никто не видел. Он не ворует еду, не показывается на глаза и… никогда не мажет!       В этот момент раздался свист, преследующий всех викингов в кошмарах, и одна из катапульт разлетелась от прямого попадания заряда плазмы. Это же… — Ночная Фурия! — Ложись!       Да! Я хочу убить Ночную Фурию, самого неуловимого и опасного дракона из всех! — Принимай лавку, Иккинг! Им без меня никак! — крикнул Плевака, меняя протез на боевой. Но, заметив в моих глазах огонёк, кузнец всё же добавил: — А ты сиди здесь! Ну, ты понял! ААА! — после этих слов, викинг, воинственно крича, бросился в самую гущу боя.       Да, надоело ему в кузнице всё время торчать, настоящей битвы ему охота. Ох, ведь так счастливо сияли его глаза, когда он понял, что сейчас он сможет пригодиться! Я так рад за него…       Ну, конечно, слушаться его я и не собирался, а потому, как только массивная фигура Плеваки скрылась из виду, я сразу бросился через всю деревню, катя за собой своё изобретение. И вот я стою на утёсе и целюсь в дракона. Ещё миг и он падает! — Я сбил его? Да, я сбил его! Кто-нибудь это видел? — на радостях я забыл об осторожности и, обернувшись, обнаружил за собой Ужасное Чудовище. — Кроме тебя! Ааа!       Я изо всех сил рванул от него подальше. Бой даже чуть приостановился, все наблюдали, как я улепётываю от разъярённого дракона, причём развив не малую и, по их мнению, не свойственную мне скорость. Да, от страха ноги обычно ватными становятся, да вот только у меня все не как у людей — с точностью наоборот!       Я, поняв, что убежать не получится, решил пойти на хитрость и в отчаянии спрятался за столбом гигантского фонаря. Дракон поджег его, поняв, где я. Попытавшись выглянуть, я не заметил приближения Чудовища с другой стороны. Ещё бы чуть-чуть и… Но тут его Стоик ударил его молотом по голове. Дракон попытался защищаться, но у него закончились залпы. — Что, выдохся? — последовал ехидный голос вождя. Ох, мне даже стало немного жалко Чудовище…       Всё бы ничего, но Стоик, вождь племени и гроза драконов — мой отец.       Повисла неловкая тишина. — Зато я сбил Ночную Фурию. — Иккинг… — Но я правда его сбил! Дракон упал за Вороньим мысом и если отправить поисковый отряд… — Хватит! Как только ты ступишь за порог — жди несчастья! Марш домой!       Ох, опять эти серо-зелёные глаза прожигают меня! Ну сколько можно! — Проследи, чтобы дошел, — обратился Стоик на этот раз уже к Плеваке. Тот дал мне подзатыльник и мы пошли. Со всех сторон слышались колкие словечки моих «друзей». Все окидывали меня презрительными или холодными взглядами.       Вот как получается: я — Иккинг Хэддок — сын Стоика Обширного, «Говорящая рыбья кость» без внутреннего дракона и у меня совсем нет друзей. Ну разве что Рыбьеног. Он, пухленький, умный и начитанный блондин, страдал от издёвок Сморкалы и близнецов, как и я.       Зайдя в дом, я дождался, пока Плевака скроется из виду и побежал в лес.       Ах, лес! Мой дом! Здесь и только здесь я не чувствую себя одиноко! Здесь и только здесь я чувствую себя по-настоящему счастливым! В очередной раз поссорившись с отцом, я всегда убегаю в лес. А так как это бывает часто, я изучил здесь каждую травинку и веточку, каждый камушек. — Кто-то теряет нож, кто-то кружку… Но не я! Я умудрился потерять целого дракона!       И вот я уже третий час брожу по лесу в поисках Фурии и всё без толку! С досады я ударил по ветке, а та в свою очередь конечно же мне ответила, больно ударив по лицу. Странно. Этой ветки здесь быть не должно. И тут я заметил длинный желоб, на конце которого был огромный камень. То, что за ним я не видел.       Я подошел к камню и заглянул за него. О, ужас! За ним лежал большой чёрный дракон. Это была Ночная Фурия! Она не дышала. О, боги! — Я сделал это! Получилось, теперь всё наладится! Есть! Я завалил могучего зверя!        С этими словами я опёрся ногой на лапу дракона.       Тут он зашевелился и открыл глаза. Я выхватил свой кинжал и направил его на дракона. — Я убью тебя, дракон, а затем вырежу твоё сердце и отнесу его отцу. Я же викинг! Я ВИКИНГ!       Я уже замахнулся чтобы вонзить кинжал в сердце Фурии, но увидел её глаза… Глаза полные боли, отчаяния и страха. Я не смог его убить. Более того, я совершил самую страшную ошибку, как я тогда думал, — разрезал верёвки, связывающие Фурию.       Ещё миг и я прижат к земле тяжелым драконом. Сердце колотится с бешеной скоростью, переполненное страхом, ужасом и… обидой? Да, обидой! Я его освободил, хотя хотел убить, а он ведь меня не пощадит! Но как?.. Он только оглушил меня и скрылся в лесу… Я легко отделался.       Я ещё несколько минут лежал неподвижно, пытаясь отойти от шока, сердце бешено билось, я никак не мог прийти в себя. Но всё же я нашел в себе силы встать, я даже сделал несколько шагов. Но тут от избытка потрясений мои нервы не выдержали и сознание покинуло меня…