Часть 3. Приют.
19 декабря 2016 г., 18:18
— Вы убили его? — дрожащим голосом спросила Ами.
Этот странный мужчина ответил ей, но вот что? Этот секрет навсегда остался между ними.
— Я заблудилась, — пробормотала девушка, опуская глаза на закапанную розовой слизью футболку.
— Твои родители обязаны будут разобраться, — серьезно ответил он — Им решать, виновата ли ты или просто так сложились обстоятельства. А сейчас я обязан отправить тебя домой. Говори свой адрес.
— Ами Судзуко, Япония — безнадежно ответила девочка.
Мужичок достал из кармана какое-то устройство и чуть хихикнул. Пальцы охранника легко пробежались по клавиатуре, потом замерли на мгновение, пробежались еще раз.
— Как тебя зовут? — нахмурившись, переспросил мужчина.
— Ами Судзуко. — терпеливо повторила девчушка. — А вас?
- Кирамин 205.— ровным голосом ответил он.
Кирамин 205 нажал на какую-то кнопку и сказал:
— В каком из Приютов согласятся ее принять?
-В смысле приютов?!- озадачено спросила Ами.
— Приют в Тёмном лесу? Хорошо, Спасибо.
- Я не пойду в приют! У мен есть дом! - Найдя в себе силы Ами попыталась встать.
— Девочка, стран таких не существует. Не нужно мне врать, ты "сбежавшая". Прошу тебя, ради твоей же пользы, веди себя хорошо в Приюте, никуда не убегай и ничего не предпринимай, иначе тебя сошлют на дикие острова.
- Я не сбежавшая! - Ами испытала огромный шок от услышанного. Подавленная, она последовала за мужичком, который крепко держал ее за руку.
***
Мужичок лишь отвёл её до приюта и отдал заведующей. Затем он вскоре покинул это место. Женщина привела Ами в длинную узкую комнату, уставленную рядами кроватей, поставила на тумбочку стакан с травяным настоем, показала, где находится туалет, и, пожелав приятных снов, напоследок прошептала: — Ты сейчас должна отдохнуть, набраться сил. Утром мы во всем разберемся, главное, следуй правилам — не покидай комнаты и не пугай других девочек. Девушка легла в прохладную, нежную на ощупь, но довольно-таки жесткую постель и несколько минут лежала, глядя в потолок, прислушиваясь к сонному дыханию соседок. Так она и уснула.***
Проснулась же от звона колокольчика и яркого-белого света. Открыла глаза, увидела суетящихся девочек в разноцветных пижамах, щебечущих, хихикающих, накручивающих друг другу прически, и не сразу поняла, где находится. А когда поняла, то готова была заплакать от обиды. Возможно, она проведет в этом пансионе всю свою жизнь и умрет от старости в своей дурацкой пижаме, потому что в этом мире ей нечего вспоминать! — Не спи, — легонько шлепнула ее по ноге пробегавшая мимо светловолосая девушка — проспишь завтрак! Ами выглянула в окно — в темном небе по-прежнему падали звезды. — Вы всегда встаете затемно? — удивилась она. — О чем ты? Здесь всегда темно! — захихикали девочки. Ами пришла на завтрак одной из последних. Еда была непривычной — салат из темно-зеленых терпких, толстых и хрустких листьев, молочное желе и маленькие кусочки плотного, тяжелого хлеба оранжевого цвета. Сначала это сочетание показалось ей отвратительным, но, проглотив с трудом несколько ложек и, видимо, привыкнув, она нашла, что еда довольно неплохая. Потом всем девушкам подали высокие стаканы, сужающиеся кверху, и маленькие бутылочки с травяными настоями, как Ами заметила, они у всех были разными. Ей очень хотелось пить, но она все еще боялась незнакомых лекарств и трав. — Доброе утро, девочки, — поздоровалась подошедшая Заведующая. Она выглядела такой свежей и хорошенькой, словно не работала вчера допоздна, пристраивая новенькую. — Ами, ты не выпила настой? — Мне незнакомы эти травы, — призналась та. — Я боюсь, вдруг у меня аллер… То есть вдруг я их не переношу и покроюсь сыпью? — Не бойся, цветочек мой, это всего-навсего настой лесного прохладника, я тоже такой пью. Он совершенно безопасен. Случаев аллергии не выявлено, — медсестра улыбнулась. — У некоторых девочек лекарственные настои, а у всех остальных — всего лишь прохладительные напитки. Вот как у тебя. Она отошла к другому столу, и Ами с опаской пригубила напиток. «Выпью до половины, — решила девочка, — а потом понаблюдаю за своими ощущениями». — На самом деле лесной прохладник успокаивает, — нагнулась к Ами ее соседка, — но не сразу, а если принимать его постоянно, день за днем, становишься спокойная, как молочная водоросль, и такая же вялая. — Не пугай новенькую, — одернула ее уже знакомая блондиночка, — настой лесного прохладника пьют все Объединенные острова! Конечно, более слабый, чем у нас, но врачи всегда боялись «сбежавших», кто знает, что нам придет в голову. Лучше заранее утихомирить… Девушку поразило, что персонал не одергивал ребят, не требовал тишины и дисциплины, как в школьной столовой, никто даже не заорал на застенчивого мальчика, который опрокинул свой стакан, пожилая женщина в голубом комбинезоне, нянечка, просто принесла ручной пылесос и убрала жидкость, в то время как мальчику подали новую бутылочку и стакан. — Пройдите на групповую терапию, пожалуйста, — распорядилась Заведующая, когда увидела, что все закончили завтрак. — Кому не назначено, идите в комнату отдыха. Ребята нестройной толпой, переговариваясь и пересмеиваясь, заторопились к выходу. Няня в голубом комбинезоне взяла Ами за руку, чтобы она не заблудилась, и отвела вместе со всеми по крутым широким лестницам в круглую комнату с окнами во все стены. Комната, очевидно, находилась в башне, потому что изо всех окон был виден темный лес, а далеко за ним — тонкая жемчужная полоса. — Это рассвет? — спросила девушка свою проводницу. — Это Океан, — ответила та. Ребята расселись на разложенные на полу подушки в виде черепах, забавных мордочек, цветов. Маше досталась подушка в форме руки. Она скромно села на нее, поджав ноги, ребята же расположились вольготно, лежа на животе или свернувшись уютно калачиком. — Доброе утро, ребята, — в комнату вошла стройная женщина средних лет в пушистом разноцветном свитере и синих жестких штанах, похожих на джинсы, — я вижу, у нас снова новенькая. Давайте для начала познакомимся. Ами расценила это как предложение представиться и сказала чуть более резко, чем следовало бы, потому что ожидала новых ахов и утверждений, что таких имен не бывает. — Ами Судзуко. — Очень хорошо, а я Ирвина Фильевна. Мы будем с вами разговаривать, делиться воспоминаниями и вместе посмотрим, какие из них настоящие, а какие только притворяются таковыми. Ами, ты сегодня наша гостья, можешь просто сидеть и слушать, а я начну, пожалуй, с Мони. — Мони, я не притворяшка, — улыбнулась блондиночка. — Что же тебе приснилось, цветочек мой? — Мама, — улыбка Мони немного приугасла. — Замечательно, впервые за полгода. Что же, Мони, ты скучаешь по маме? — Нет, — Мони опустила голову. — Ты не любишь маму, Мони? — Нет. — Почему? — Она меня била и хотела скормить Плотоядному ходильнику. — Притворяшка, притворяшка, притворяшка, — начали скандировать ребята. — Мони, на прошлом нашем занятии ты сказала, что никогда не видела живого Плотоядного ходильника, — терпеливо поправила ее Ирвина Фильевна. — Если бы увидела, я бы тут не сидела, — у Мони вдруг стало очень напряженное, упрямое лицо, — моя мама хотела меня ему скормить, вы что, не слышите? Она королева армии Плотоядных ходильников, она боялась, что я отниму у нее власть! Девушка разрыдалась. — А что ты больше всего любишь есть, ягодка? — вдруг вкрадчиво спросила Мони Ирвина Фильевна. — Бананасы в молочном желе, — улыбнулась Мони сквозь слезы. — Что это за блюдо, как его готовят? — Берешь свежий бананас, чистишь, режешь колечками, ставишь на медленный огонь, чтобы пошел сок, можно посыпать тертым шоколадом, потом берешь банку молочного порошка, мама всегда держит его про запас… — И вкусно мама готовит? — Очень! Всем так нравится! — с жаром отозвалась Мони. — Бананасы в молочном желе еще что, а вот котлеты из гусиной печенки со сверчками… — Разве королевы умеют готовить? — перебила ее Ирвина Фильевна. — Вы с ума сошли, чтобы королева подошла к плите, а прислуга на что? — прямо-таки взвизгнула Мони. — Мама в жизни даже бутерброда не намазала… — Притворяшка, притворяшка, притворяшка, — хором закричали ребята, Ами вздрогнула. А на вид Мони такая милая, даже не заметно, что у нее не все дома… Мони уткнулась лицом в подушку, стараясь примирить свои реальные воспоминания с вымышленными, в это время Ирвина Фильевна беседовала с другими ребятами. Ами слушала очень внимательно, но при этом не могла не заметить, что большинство ребят к этому времени уже зевали, устав после общения с доктором. — Вы, ребята, сегодня у меня молодцы, я вами довольна. Вы все нашли разницу между фантазиями и реальностью. — улыбаясь, объявила Ирвина Фильевна, а потом добавила вполголоса: — Впрочем, от него другого я и не ожидала. Она прошлась между ребятами, раздавая им конфеты в виде головок ромашек, всем, помедлив, дала одну и Ами: — Хотя сегодня тебе пришлось только наблюдать, я надеюсь, на следующем занятии ты покажешь, на что способна, и мне не придется называть тебя вторым безнадежным случаем. Девушка на всякий случай растянула губы в улыбке, чтобы не возбуждать лишних подозрений, но ромашку есть не стала, подождала, пока ребята направятся к выходу. — Не клади в рот все, что тебе дадут, — сказал какая-то девушка. — И не позволяй залезть в твою душу. Потом она повернулась и пошла прочь, не оглядываясь. Потом к Ами подошла Мони и взяла ее за руку: — Пойдем, сейчас у нас прогулка в саду.
