Турнир.

      День первого испытания неумолимо приближался. И все бы ничего, но вот рассказ Пхичита о его ночном визите (читайте: шпионаже) не прибавлял уверенности Юри.       Словом, парень вообще загнулся. В школе к тому, что он теперь чемпион относились неоднозначно. Кто-то поддерживал, кто-то злился или же завидовал, хотя большинство испытывали только лишь любопытство. В это же время сам Юри ощущал весь контраст этих эмоций на себе.       Порой он злился, то на себя, то на того, кто устроил ему эти приключения, порой ему становилось интересно, что же будет впереди, а иногда, он даже начинал думать, что всё не так уж и плохо.       Этому во многом способствовал и оптимистичный настрой его нового наставника Виктора Никифорова - предыдущего победителя турнира. Юри не говорил об этом никому, кроме Пхичита, но среди учеников уже ходило немало слухов. Мол, якобы Виктор тренирует чемпиона школы противника. Некоторые особо прыткие, даже выдвигали версии о том, что Кацуки отвалил немалую сумму денег за эту помощь, а третьи, и пожалуй самые изобретательные, рассказывали о странных взаимоотношениях наставника и ученика, часто переходящих границу дружеских.       Вот только самого Виктора это нисколько не интересовало. Его вообще как будто мало что интересовало.       Каждый день, после окончаний занятий, Юри шёл к назначенному месту, как правило то была небольшая полянка на опушке, и там они начинали занятия.       Первое время Виктор палочку в руки почти не брал, что настораживало Юри. Он часто вспоминал о той статье, вышедшей почти две недели назад, когда ребята из Дурмстранга только прибыли. Но задать вопрос, вертевшийся на его языке, парень так и не решался.       Иногда к их тренировкам присоединялся и Юрий, но делал это всё реже и реже, чему не противился Виктор. Он знал, что Плисецкий проводит достаточно времени занимаясь лично с директором, с Яковом.       Когда Юри передал Виктору рассказ Пхичита, тот молчал и долго думал, а после вдруг сказал, со странным весельем в голосе:       - Я не могу быть уверен, но возможно, это келпи!       - Что?!       Юри уставился на него как на прокаженного. На занятиях, им рассказывали об этих существах. И действительно, по имеющимся сведениям, всё сходилось.       Лошадиное ржание, то бишь звуки, издаваемые келпи, когда те находятся в виде лошади, в своём "нормальном" виде, водянистый туман и всплески воды. Ведь келпи не могут существовать вне водоёмов.       Но вставал вопрос другой.       Как одолеть существо, по силе сравнимое с некоторыми драконами, которое вдобавок ещё и оборотень, способный принимать множество различных обличий.       Существовали даже версии, что знаменитое Лохнесское чудовище - это всего лишь очень старый келпи.       А в том, что монстра придётся именно победить, сомнений не было ни у Юри, ни у Виктора.       Последний тем не менее оставался спокоен как удав. Постоянно болтая о чём-то несущественном, и неизменно повторяя, что у парня всё получится.       Между тем, и его внимание по отношению к Юри стало всё больше просачиваться в жизнь последнего.       На завтраках Виктор, словно по традиции, сидел за одним столом с учениками своей школы, но вот за обедом и ужином всё чаще присоединялся к столу Гриффиндора (на зависть другим факультетам). Он садился рядом с Юри, с полной тарелкой, и порой с набитым ртом, продолжал разговаривать.       Юри и подумать не мог насколько его кумир разговорчив. Да его было просто не заткнуть! И говорил он редко по делу, в основном он всё расспрашивал парня о его интересах, о школе, о друзьях, пару раз заводил речь и об отношениях, хотя тут Юри был полный ноль.       Однако вся эта болтовня не раздражала, хотя порой и ставила в неловкое положение. Когда рядом был Виктор, Юри чувствовал себя спокойнее, у него появлялась хоть какая-то уверенность в том, что всё будет хорошо, и что предстоящий турнир не станет последним большим событием в его жизни.       На тренировках, Виктор иногда показывал ему заклинания, что он учил в своей школе, о большинстве из которых Юри в Хогвартсе и не слышал.       Это было интересно, и парень старался запомнить так много как только мог. И в то же время Виктор постоянно уговаривал его показать окрестности. Сводить в Хогсмид, или до поля для квидича.       Юри объяснил, что просто так, без специального разрешения, пойти в деревню у них не получится, но до поля они всё-таки сходили (после достаточно долгих уговоров).       - Как странно, наши школы совсем разные, но поле для квидича почти такое же, - задумчиво сказал Виктор.       - Правда?       - Да, тебе нравится квидич?       - Не особо, - честно признался Юри, - Пхичит - ярый болельщик, одно время даже в команде играл, но этот спорт не для меня.       Виктор пожал плечами, и они пошли обратно.       Но не дойдя буквально десяти метров до школы, Никифоров остановился и посмотрел в сторону озера, где сейчас расположился корабль, привезший его сюда.       Юри тоже притормозил, посмотрев на своего спутника.       - Может пройдемся еще немного?

***

      - Просто используй свои сильные стороны, - спокойно, но с чувством говорил Виктор, - подумай, в чём ты хорош? Действуй, исходя из этого. Я всегда так делаю...       - Но это келпи... Люди умирают при встрече с ними, - Юри подобрал под себя ноги, уложив на них голову. Он посмотрел на своё отражение в озере, - это слишком сложно. Я не готов для участия в турнире...       Они сидели у самого берега озера уже больше двадцати минут, наблюдая за чуть колеблющейся водной гладью.       Где-то вдалеке кричали какие-то птицы, а серое небо, столь естественный для этого места пейзаж, словно брови, нахмурило облака, глядя на них.       - Юри, - начал Виктор, придвигаясь чуть ближе, - почему ты настолько не веришь в себя?       - Я лишь подхожу к решению проблем реально.       -Я бы сказал, что ты от них убегаешь,- Виктор помедлил,- ты и от меня убегаешь...- рассеянно продолжил парень,- избегаешь многих вопросов, отказываешься прогуляться...       Юри нервно сглотнул.       -Я не...- начал он, но отчего-то передумал,- ладно, я не знаю почему так.       - Юри, - парень нервно дёрнулся, но проскользнув взглядом по руке Виктора, что лежала на земле в паре миллиметров от его собственной, Юри остался на месте, - то, что произошло, уже не изменить. Тебе придётся участвовать, и я хочу помочь тебе, но если ты откажешься помогать себе сам, то и мои усилия не принесут ничего.       - Я знаю, - Юри не поворачивался, - но это ничего не меняет.       - Как мне помочь тебе? - Виктор, все это время не сводивший взгляда с Кацуки, повернулся лицом к озеру,- сейчас я что-то вроде твоего наставника, но может это не то, что тебе нужно? Юри, - он снова напрямую обратился к парню.       Последний же, решительно не понимая причину такой заботы и вообще отчего всё происходит именно так, нервно обернулся.       - Кем мне быть для тебя? - теперь они смотрели в глаза друг другу, - может другом или братом? -Юри нервно дёрнулся, - тогда может отцом??       - Нет-нет, -это было уже слишком. Юри неловко улыбнулся, не зная, что отвечать на подобное.       - Тогда, любовником? - и не дожидаясь ответной реакции Виктор продолжил, - ты можешь не сомневаться, что я сделаю всё, что от меня требуется в лучш...       - Нет-нет...- смущённо покраснев, Юри замотал головой. Да, Виктор был обаятелен как сам дьявол, очень симпатичен, с телом атлета, и да, он ещё был объектом воздыхания сотен девчонок и тому подобное... Но сам Юри не испытывал к нему таких чувств. Или испытывал? Он был счастлив, когда Виктор показывал ему новые заклинания, впитывал в себя каждое слово похвалы, произнесенное его наставником. Порой, забывшись в чересчур смелых мечтах, он представлял себе, как выигрывает кубок трёх волшебников, а Никифоров стоит рядом и... А что дальше?       Неловкая пауза затянулась, на лице Виктора мелькнуло непонимание, но он ничего не сказал.       - Просто пусть всё останется как есть, - почти что шёпотом произнёс Юри, и тут же он был готов встать и уйти, лишь бы Виктор не задал ещё какой каверзный вопрос.       - Тогда... - Виктор в одно движение придвинулся к нему вплотную, взяв за руку, - тогда как твой наставник, я должен знать о тебе больше! За эти две недели я узнал, что твой лучший друг - Пхичит, любимое блюдо - кацудон (и то это мне тоже рассказал твой друг), а ещё, конечно, что ты не бросал своё имя в кубок, ну и, что отношений ты не заводил, но и это я узнал не от тебя.       Словесный поток обрушился на Юри как ледяной душ. Он и так чувствовал себя виноватым, за то, что они оба сейчас в таком непонятном положении, а тут ему в открытую заявляют, что скрытный и необщительный. Он тут же вспомнил тот неловкий разговор в день из встречи, это было уже давно, но теперь казалось, что произошло буквально вчера. По крайней мере стыд ощущался свежо как никогда.       Другой момент, так же смущавший Юри, но ничуть не волновавший Никифорова была его рука, сжимавшая руку растерянного паренька, ну и до кучи, расстояние между ними неумолимо сокращалось, вместе с каждым словом, произнесенным Виктором.       И вот сейчас любой фанат Виктора, пожелал бы оказаться на месте Юри, а тот с одной стороны, не мог найти места от неловкости, а с другой сердечко-то забилось. Да ещё как. Горячее дыхании Виктора, который, не стесняясь смотрел прямо в его глаза, пробуждало желание прижаться к источнику тепла, ведь они сидели без движения уже довольно долго, на холодной земле, в холодную погоду, у холодного озера.       Подавив эту прихоть, Юри подался назад, но Виктор тут же сократил расстояние между ними ещё сильнее. И лишь ему самому было ясно, что творилось в его голове.       Ещё одно движение, и они соприкоснуться. Ещё сантиметр и всё. Но оба медлили. И пусть казалось, что прошло много времени, на деле одна минута в таком положении тянулась подобно десяти.       У Юри закружилась голова от волнения, а стук собственного сердца эхом отдавался в ушах.       "Да, что угодно будет лучше, чем так сидеть!" - резкая и слишком решительная мысль прорезала сознание, Юри зажмурился и не отдавая себе отчёта, двинулся вперёд.

***

      После Юри в одиночестве шёл по коридору в сторону факультетской гостиной.       Ноги как-то сами машинально несли его в нужном направлении, в то время как в голове стоял чуть растерянный, но улыбающийся образ Никифорова.       Что произошло у озера, там и осталось. До школы они шли молча, Юри бесконца теребил край мантии, а Виктор разглядывал окрестности, будучи в привычном приподнятом настроении.       В голове у Кацуки была пустота. Новые непонятные ощущения мешались со страхом и сомнениями. Но ведь Виктор не злился? Он же наоборот выглядел радостным... Или даже счастливым? Юри не мог понять этого, он уже ничего не мог понять.       Оставшись один, он стал обдумывать сложившееся положение вещей. Он участник Турнира трёх волшебников, вот-вот ему предстоит встретиться лицом к лицу с опаснейшими существами, от рук (не буквально конечно) которых, погибло немало волшебников. А он вместо подготовки и тренировок, гуляет у озера, флиртуя с собственным наставником. Так себе дела.       А ведь это было приятно. Юри боялся себе признаться в этом, но в глубине души понимал, что этот совсем короткий и совсем ничего не значащий, как ему казалось, поцелуй, одними только воспоминаниями о нём согревал все внутри. И вот парень уже идёт почти в припрыжку, с глупой улыбкой на лице, посмеиваясь сам не знай над чем.       И как бы он не старался отвлечься, мысли сколькими змейками проползали в его голову, заставляя вновь ощутить те прохладные губы и ту потрясающе контрастирующую с ними горячую руку.       Лишь когда он зашёл в гостиную, он смог более менее угомонить поток бесконтрольных мечтаний.       То и к лучшему, ведь здесь он был не один.       На самом деле не все были так уж безразличны к факту участия Юри в турнире, и мальчишка со специфическим цветом волос, по слухам, то был результат действия какой-то штуки, приобретённой в специальном магазинчике в косом переулке, был тому доказательством.       Стоило ему только заметить вошедшего чемпиона, как он тут же подлетел к нему, начиная заваливать расслабленный мозг новоиспеченного участника турнира всяческими вопросами и словами восхищения.       Звали это восхищенное недоразумение Кенджиро Минами. И он был второгодкой, который ещё в прошлом году, как-то случайно увидел одно из заклинаний Юри, наподобие того, свидетелем которого позже стал Виктор Никифоров. Так вот, с тех пор, Минами стал чуть ли не поклонятся Юри, и когда его имя вылетело из кубка, он был уверен, что то было имя нового победителя.       Юри относился к подобному без особого энтузиазма, считая себе недостойным такого слепого поклонения. Потому он всегда с подозрением относился к мальчишке, а тот внимал каждому слову своего кумира чуть ли не с открытым ртом.       -...Юри, сегодня я смог повторить одно из тех заклинаний, что вы проходите... Оно, конечно, не идеальное, но я слышал, что тебе нравится, а ведь я хочу стать таким же крутым волшебником как и...       Юри с неловкой улыбкой отмахивался от похвалы. Хотя в глубине души он признавал, что этот мальчик не так-то прост, и один факт, что тот будучи на втором годе обучения стал возиться с заклинаниями более высокого уровня говорит о многом. И пусть его внимание порой раздражало, Юри не мог не позавидовать его открытости и упорству.       - Ещё я не верю слухам о вас с Виктором. Он сильный волшебник и ты тоже, так что в вашем общении нет ничего... - он задумался и выпалил, явно дослушанное где-то слово, - коммерческого.       От одного упоминания о Викторе Юри вновь сконфуженно покраснел. Он полностью пропустил мимо ушей слова о слухах, вновь погрузившись в мысленные рассуждения о его наставнике.       Минами было 12, но он уже был очень внимателен, особенно когда это касалось чего-то ему небезразличного.       - Что-то не так? - настороженно спросил он.       Юри медленно покинул свой короткий транс, и непонимающе на него посмотрел.       - Ой, -он растерянно почесал затылок, - извини, я просто устал немного и прослушал.       Минами подозрительно покосился на него, а ещё пара обитателей гостиной Гириффиндора замолчали, прислушавшись к разговору. Ещё бы, как же без сплетен в закрытой школе.       - Я говорил про вас с Виктором. Вы ведь тренируетесь вместе. Я считаю, что это нормально, когда два сильных волшебника обмениваются опытом, - с видом проффессора и явно довольный собственным высказыванием, сообщил Минами.       Юри только улыбнулся, надеясь, что раз даже внимательный Минами такого мнения об их отношениях, то остальные тем более ничего лишнего не знают. Ещё не хватало, чтобы внезапно появились свидетели той сцены у озера. Тогда у "Ежедневного пророка" точно появилась бы очередная сенсация.       Так или иначе, сенсаций за последние пару недель было предостаточно, начиная с той скандальной статьи с интервью Виктора, заканчивая очередным репортажем о турнире, где прыткие журналисты предлагали в конце концов переименовать его в "Турнир четырёх волшебников" или "Турнир волшебников" были и другие ещё более дурно звучащие сочетания.       Не дав Минами ни одного вразумительного ответа, Юри удалился наверх. И уже там, оставшись в одиночестве, сел на кровать, уставившись на плакат.       "Что будет, если он узнает, что у меня над кроватью его фото..." - эта мысль пронеслась в его голове, тут же нарисовав картину с его неуклюжими объяснениями и этот мягкий, немного смущённый, но вроде и радостный взгляд Никифорова. Именно такой, какой он видел сегодня.       "Черт! Да я как девчонка какая-то!" - он с некоторой напускной злостью схватил собственную подушку. "Я же не влюбился? Нет же..."       К счастью в эту минуту в комнату вошёл Пхичит, весь раскрасневшийся, и какой-то нервный.       - Юри!- он тут же кинулся к парню, разместившись на его кровати, - ты не представляешь, что сейчас было, - он как-то ошалело улыбнулся, - я видел все своими глазами! Да не только я! Куча ребят все видели. Нет, это просто нечто...       - Что? -парень отвлёкся от размышлений, и теперь пытался отвлечь друга от восхищений чём-то там, выяснить наконец причину столь бурных эмоций.       - Короче, я только что стал свидетелем того, как Плисецкий прямым текстом послал Джей-Джея куда подальше, сейчас все это обсуждают...       - Что? Когда? - нет, Юри знал, что чемпион Дурмстранга тот ещё "славный малый"... Но вот этот было что-то новенькое.       - Короче, -Пхичит пустился в бурный эмоциональный рассказ, и в то же время в комнату вошли ещё несколько человек, все в таком же настроении, что и Пхичит, и все обсуждают одно и тоже, - я шёл из кабинета зельеварения, и там, знаешь же лестницу которая... Неважно, вообщем, иду я такой, и слышал какой-то хлопок, а после возня непонятная, решил посмотреть что там. А когда подошёл увидел, что целая толпа собралась, там из всех школ ребята были, а центре, как в кольце Джей-Джей и Плисецкий. И у обоих палочки наготове. Уж не знаю, какая кошка между ними пробежала... Но судя по лицу Джей-Джея, тому уже досталось. Говорят, он между делом заикнулся, мол, в Дурмстранге преподают тёмные искусства, а характер у Плисецкого взрывной, он как вспылил, дело тем кончилось, что наш староста остался потрёпанный и физически и морально, а Плисецкий с каким-то парнем из Когтеврана ушёл, да ещё с таким видом довольным... нет, ну жаль тебя там не было, - парень залился смехом и начал изображать лица участников той сцены, остальные присутствующие, включая самого Юри, тоже не отказали себе в удовольствии посмеяться.       - А я кстати слышал, что они постоянно с этим парнем таскаются,- вдруг заметил один из присутствующих.       - Я не помню как его зовут, но он вроде в прошлом году был ловцом у когтеврана...       - Вы про Отабека? -вмешался в разговор соседей по комнате Пхичит. Он, как фанат квидича точно знал имена всех участников команд факультетов.       - Да-да, вроде он, - продолжил один из ребят, - они же постоянно вместе.       - Не думаю, что это важно, Юри ведь тоже проводит много времени с Виктором, - безразлично сказал Пхичит. Юри же напряжённо сглотнул, когда после этой фразы, взгляды всех присутствующих устремились прямо на него.       - Да мы просто общаемся...- прозвучало неубедительно и Пхичит поспешил сменить тему, понимая, что что-то тут не так и чего-то он ещё не знает.       На ужине Виктор, следуя своей привычке подсел за стол Гриффиндора и охотно вёл беседу буквально со всеми сидящими рядом. Он попытался втянуть в этот разговор и Юри, но наткнувшись на стену из растерянности и смущения решил отложить эту затею на потом.       Пхичит видел всё происходящее, поэтому шёпотом спросил у друга в чем дело, а тот помотал головой, косо поглядывая на Виктора.       - До турнира осталось совсем немного, но это не повод паниковать, - Виктор ободряюще похлопал Юри по плечу, тот кивнул, криво улыбнувшись.       Между тем стычка Джей-Джея с Юрой были не единственными новостями от Пхичита. Стараясь изо всех сил хоть как-то помочь другу, он решил немного понаблюдать за другими чемпионами. И как ни странно, складывалось ощущение, что все из участников уже знали, о том, что их ждёт на первом испытании. И все уже во всю готовились к нему. Сомнений в том, что парень из Шармбатона тоже в курсе не оставалось, ведь на днях, Пхичит видел его в библиотеке с томиком о волшебных существах. А значит, абсолютно все чемпионы уже осведомлены (Плисецкий был у шатров в ту же ночь, что и Пхичит, а Джей-Джей узнал ещё от кого-то из знакомых).       Соревнования начинались завтра, а Юри так и не придумал, что будет делать, когда столкнётся с келпи. Он перечитал все известные ему статьи на эту тему, даже пролистал учебник, но ничего действительно полезного не нашел. Виктор пытался его подбодрить, но от бесконечных мыслей о том, кто они друг другу, посещавших его при каждой встрече с Никифоровым, легче уж точно не становилось. Юри был подавлен, и поговорить об этом было не с кем, ведь Пхичиту о том поцелуе он так и не рассказал.       После обеда, вопреки огромному желанию спрятаться в гостиной факультета, Юри пошёл на встречу с Виктором, понимая, что сейчас это нужно ему как никогда.       - В целом, ты ведь знаешь, что келпи не могут существовать долго без воды, поэтому, ты мог бы в крайнем случае высушить водоём, что будет поблизости...- листая какую-то книжку рассуждал Виктор.       - А если это будет озеро, - он посмотрел в сторону огромного водоёма, - не думаю, что это возможно.       Они сидели в одном из школьных коридоров, где сейчас кроме них никого не было. На улице шёл мелкий неприятный дождик, поэтому находится там было невозможно.       - Тогда можно было бы попробовать что-то вроде классических защитных заклятий, келпи сильны, но если ты сможешь вовремя сориентироваться...       - А если не смогу!?- отчаянно вздохнул Юри, он уже устал думать об этом испытании, слушать советы окружающих, а главное нервничать, - То что тогда? Бывали ведь случаи, когда ученики попросту умирали на турнирах? А если я следущий? Да меня уже достало думать о том, что я смогу, что не смогу!       Виктор задумчиво смотрел на него, не принимая всерьёз беспокойств парня.       - Хорошо, - он захлопнул книгу, - тогда давай поговорим о чем-нибудь другом?       - О чём можно говорить, когда завтра решится моя судьба????       - О чём угодно, - улыбнулся Виктор, - это не конец света же, вот увидишь. А пока что, мы можем обсудить что-нибудь ещё. Тебе надо отвлечься.       Юри понимал, что его наставник прав, но сделать с собой ничего не мог, кроме того, он почти не спал сегодня ночью. А в голове сейчас были мысли о том, что гению вроде Виктора не понять его, что вообще никто не может его понять. Что он не хотел учавствовать, что ему не надо ни славы, ни приключений.       В то же время Виктор аккуратно взял его за руку, придвигаясь ближе. Сейчас в коридоре никого не было, но в Хогвартсе никогда нельзя быть уверенным, что за поворотом не прячется какое-нибудь болтливое приведение.       Юри покраснел, замечая это прикосновение, но предпринимать ничего не стал. Ведь тогда на озере всё было хорошо, правда сейчас его раздражал буквально каждый шорох.       - Юри, - Виктор всегда произносил его имя как-то иначе. Кацуки догадывался, что это влияние акцента, ведь он говорит не на родном языке, но всё же...- тебе нужно расслабиться. До испытания меньше суток, нельзя пребывать в таком напряжении, - он мягко погладил руку парня.       - Это сложно...       - Да, но ты справишься, - он улыбнулся и они оказались ещё ближе.       Юри нервно заёрзал, не понимая, что тогда произошло с ним на озере, сейчас он не был и в половину таким решительным.       Но Виктор был. Или он просто не задумывался, когда прикоснулся губами к его губам, даже чуть выше.       Это снова было просто прикосновение, даже не поцелуй, так что-то похожее. Но длилось оно долго. И Юри не хотел отстранятся. Сердце билось как заведённое, грозясь вовсе остановиться от перегруза эмоциями, а Виктор будто бы оставался спокоен.       Юри думал об этой тёплой руке, что как и в тот раз, не отпускала его, об этих мягких губах. Ему действительно не хотелось останавливаться. Он понял это тогда, и с ужасом осознал, что он не против, если этот поцелуй станет даже интимнее...       Но он не стал. Виктор отстранился, и едва заметно усмехнулся, глядя в красное лицо, взволнованного парня.       Юри не сразу сообразил, что всё закончилось, но когда реальный мир преобрел привычные очертания в его голове мелькнула странная идея, но тут же угасла. Он потом весь день не мог вспомнить, что же такое, пришло ему в голову в то мгновение.       - Ляг сегодня спать пораньше, - Виктор подобрал, упавшую на пол книгу, а ведь Юри даже не заметил звука падения, - и завтра не переедай на завтраке, тебе нужно отдохнуть и быть в форме, - он ещё раз улыбнулся, и потрепав парня по голове, и напомнив, чтобы тот если что, непременно обращался к нему, ушёл.       А Юри остался. У него был миллион вопросов и ровно ноль ответов. Начиная от "почему ты говорил, что хочешь бросить магию?" и заканчивая "что все это значит?"       Но на этот раз убежал Виктор. И Юри отчего-то казалось, что и в этот раз и в тот, они не разговаривали после поцелуев не просто так. Ведь и Виктор очень быстро уходил. Неужели сам Виктор Никифоров убегает от чего-то?       После ужина, на котором Юри почти ничего не съел, хотя Пхичит всеми силами старался его накормить, парень был ещё более озадачен, ведь сейчас Виктор сидел не с ними, а за столом со своей школой, и что-то живо обсуждал с Плисецким, в той весёлой манере, в которой он говорил и с Юри. И в тот момент (после Юри очень корил себя за это) парень почувствовал неприятное жжение в горле, чём-то похожее на изжогу, только вот вместо того чтобы та прекратилась, хотелось выплеснуть её на кого-то, и чтобы ни на кого не накричать в этом унизительном ревностном порыве, Юри отправился в гостиную ещё до окончания ужина.       Он уже говорил пароль у входа, как его вдруг осенило. Боже, да как же он сразу не вспомнил!? Сейчас та самая мысль, что родилась во время разговора с Никифоровым, вернулась, и теперь стала развиваться в его голове, разрастаясь и превращась в настоящий план.       Для осуществления это замысла ему нужно было только одно: как только закончится ужин, тут же найти учителя трансфигурации и попросить её о кое-чём невозможном. И если та согласится, то завтра у него будут все шансы не стать очередным утопленником!