Неженка

POV Влада       Эти дебилы притащили бутылку виски. Идиоты. — Влад, го отметим, — Алик сидел на полу и заливисто смеялся. Рядом сидели Вадим и Жора. — Что отмечать-то? — я искренне не понимал, какой этот придурок нашёл повод, но выпить не отказался бы. Поэтому, я встал с кровати и уселся рядом с парнями, подтянув ноги под себя. Общага превращала в сезонных алкоголиков всех. Почти всех. Жорик отличался особой силой воли. Ну, или тупостью. Скорее второе. Как можно отказаться от халявного бухла? — Так первый зачёт в этом семестре сдан. Анатомия сдана! — он открыл виски и разлил в три кружки. — А ничего получше не нашли? — я скептично покрутил в руках не особо чистую чашку из-под чая. — Ой, не выёбывайся, — голос подал Вадим. — Во-во, Вадимка-то, прав, — поддакивал ему Алик. Жора только тихо ухмылялся, налив себе в чашку колу, которой парни разбавляли виски. —Тебе добавить? — он поднёс бутылку к моему стакану. — Да ну нахуй ваше дерьмо. — Неженка, — тихо сказал Вадим. — Нахуй сходи. — На чей? — Не на мой уж точно. Больно ты зашкварный, — как бы хорошо мы с ним не общались, но он иногда буквально выбешивал меня своей язвительностью. — Парни, давайте не сейчас, пожалуйста, — Жора примирительно улыбнулся, склонив голову на бок. Я, закатив глаза, отвернулся от Вадима.       Первый «тост» Алика был за хорошую учёбу. Ебантяй. Он искренне считал, что такое уёбище как он, может вообще хоть что-то говорить. Парни громко смеялись, шутили, и вообще, прекрасно проводили время. Они надоели мне после первой порции горючего напитка. После второй, мне стало скучно. После третьей, я вовсе ушёл обратно к себе на кровать, и, надев наушники, стал листать ленту в телефоне. Самое забавное, что они с каждым следующим псевдо-тостом становились все веселее. Их смех слышался даже сквозь громкую музыку. — Ребят, а кто из вас быстрее напьется, если не разбавлять виски? — Жорик видимо получал истинное удовольствие от превосходства над этими ущербными. В данный момент, он был действительно чем-то намного лучше их. Но всё же, зачем опускаться до такого? Жор, я был о тебе лучшего мнения… — Да этот дрищ вырубится скоро от количества спирта на квадратный метр своего тела, — заржал Алик. — Пошел в жопу. — Ебанутые, — я отвернулся к стене, сделав музыку еще громче. POV Жоры — Ребят, а кто из вас быстрее напьется, если не разбавлять виски? — хотелось по максимуму угарнуть над ними. — Да этот дрищ вырубится скоро от количества спирта на квадратный метр своего тела, — Ал ржал как конь. — Пошел в жопу, — Вадим зло огрызнулся. — Ебанутые, — послышалось от кровати Влада. Тот демонстративно отвернулся к стене и больше не обращал на нас внимания. Этот парень будто всегда нарывался на кирпич в рожу, но почему-то все его молча терпели. С ним, по непонятной причине, совершенно не хотелось спорить. Всегда было ощущение, что он найдет, что съязвить в ответ. Единственный, кто мог переплюнуть его — Вадим. Эти двое могли бесконечно грызться и мило болтать одновременно. В общем — два сапога пара. Парни продолжили пить, загоревшись идеей, которую я подбросил им. Бутылка колы была отдана полностью в моё распоряжение. Я улыбнулся собственной выдумке. Это обещает быть забавным.       С каждой выпитой порцией спиртного парни становились веселее, неадекватнее, а их разговоры всё более несвязными и нелогичными. — Ха, да зассышь! Ты ж не согласишься, Вадимка, — Алик подталкивал уже вполне «готовенького» парня под бок, а тот только злился. — А если не зассу? Неси! Я согласен! — он поднял взгляд пьяных, совершенно несфокусированных глаз. — Эй, ребят, что происходит? Что я пропустил?       Нормального ответа на свой вопрос я, конечно же, не получил. Ал встал и вышел из комнаты, сказав, что скоро вернется. На все мои попытки выяснить, что они задумали, Вадим только невнятно мычал что-то себе под нос, повторяя, что он настоящий мужик и не зассыт. Алик вернулся в комнату минут через 15, держа в руках два объемных пакета. — Эм…может хоть щас объяснишь, что происходит?— спросил я, подойдя к нему. — Сейчас ты сам всё увидишь, если наш Вадик-зайчик не струсил, — он как-то недобро ухмыльнулся, глядя на совершенно пьяного соседа. Тот молча встал и протянул ему открытую ладонь, в которую Ал вложил непонятный кусок блестящей ткани черного цвета. Вадим стянул с себя футболку и начал снимать джинсы. Я же молча офигевал со всего происходящего. Буквально за несколько минут Вадик напялил на себя узкий кусок ткани, покрытый блестящими чешуйками, который оказался платьем. Да, простым девчачьим платьем. — Эээ….ребяяят, вы чего это? — но меня не слышали. Алик заливался смехом, а Вадим молча рассматривал себя сверху вниз. Выглядел он странно. Платье было коротким и без бретелек. Он постоянно подтягивал его, хотя оно плотно сидело на груди, видимо, будучи рассчитанным на худую девушку. — Вадимка, а ты горяч, — не унимался Алик, — не хочешь сфокаться? — после этого, не дожидаясь ответа, он достал свой телефон и сделал пару селфи, пока ошарашенный такими словами парень, пытался осознать всё происходящее. — Эй, пидрила, фотки удалил, — в моей голове ломались все рамки. Достаточно низкий, глубокий голос, который и без этого контрастировал с внешностью парня, сейчас, на фоне этого платья, выглядел ну совершенно нелепо. — Ты ж сам сказал, что не зассал. — Мы на фото не договаривались. Сук, удали быстро. — Аахахах. Нет, — Алик пытался довести Вадима. — Ал…. — Давай ближе к делу. Вторая часть нашего договора. Помнишь? Или с тебя и первой хватит? — Помню… — Ребят, — я не выдержал, — вы о чем? — А вот ты нам щас поможешь, — недобрая ухмылка на лице соседа дала понять, что самая интересная часть пьяного шоу еще впереди. — С чем? — Влад спит? — Алик подошел к кровати парня, пытаясь разглядеть его лицо. — Да вроде бы да… — Тогда давайте его раздевать, — его лицо озарила радостная улыбка, а Вадим тяжело вздохнув, пошёл исполнять задание. Я понял, что пора бежать. Если джинсы с Влада мы стянули быстро, то с футболкой пришлось намучиться. Парень оказался неожиданно тяжёлым, хотя на первый взгляд казалось, что он дитя концлагеря. Выступающие кости и просвечивающиеся сухожилия на руках и ногах создавали печальную картину. — Так, пацаны, первая часть выполнена, — сказал Алик и отошел к пакету, который все это время стоял на полу. Он достал из него пышную черную юбку, которая напоминала балетную пачку, и чёрный корсет. — Как ты себе это представляешь? — я искренне недоумевал, как мы натянем это все на совершенно неподъемное тело. — Ща сделаем...       Перекатывая парня с одного бока на другой, мы нацепил на него корсет. Удерживая его, лежащим на боку, затянули шнуровку. С юбкой дела обстояли проще. Пока мы с Вадимом натягивали ее, Алик достал из пакета парик черного цвета и, судя по всему, ободок, украшенный большими красными цветами. Усадив спящего парня спиной к стене, он, злобно хихикая, нацепил ему на голову парик. Волосы оказались до плеч, с длинной челкой, прикрывающей правую сторону лица. Он быстро нацепил ему на голову ободок и, покопавшись в карманах, вручил Вадиму помаду. — Давай, крась. — Ща, — парень дрожащими руками открыл крышку и выкрутил помаду. Красная. Мой идиотизм, конечно, начал зашкаливать, но я не собирался останавливать парней. Не зря же мы так сильно мучались.       Он аккуратно приблизился к кровати, поставив на нее колено. Верхний ярус немного мешал, поэтому Вадим наклонился и, приблизившись к лицу парня, аккуратно провел по его нижней губе цветным стержнем, оставляя красный след. Немного осмелев он провел по ней еще раз, закрашивая ее полностью. Еще пару раз по верхней, и все было готово. Но тут ресницы парня задрожали, и он открыл глаза. Такого мы почему-то не ждали. — Не понял…это чё происходит? — Влад сонно смотрел на нас. Вадим отшатнулся от него, ударившись головой о верхний ярус кровати, — ты хули тут делаешь?       Парень вдруг сфокусировал взгляд на Вадиме и его глаза с каждой секундой становились все больше и больше, пока он неожиданно для всех не начал громко смеяться. — Ахахахаха....вот ты зашквааааарный!!!! Пацаны, вы на какой трассе эту пизду сняли? — Но тут он взглянул на себя и взгляд его наполнился злобой. — Кажется тебе пизда, — сказал Алик, похлопав Вадима по плечу, — аптечка в шкафу.       Смеясь, он накинул на плечи толстовку и набрал чей-то номер. Я не знал куда смотреть: на него, чтобы выяснить куда он собирается идти, или на Влада, который злобно сверкая глазами, медленно подходил к пятящемуся Вадимке. — Да. Отлично. С меня выпить. Ахахах....тогда скоро буду, — Ал взглянул на парней, доставая спрятанную бутылку коньяка, и вдруг, перевел взгляд на меня, — я с другом. Ага. Отлично. Жор, пошли. Нафиг этих дебилов. Пусть друг другу рожи бьют.       Я схватил телефон со стола и ушел вслед за Алом. Последнее, что я увидел, выходя из комнаты, Влада, который ударил Вадима, заехав чётко в нос. POV Влада       Вот же он сука! Хули он о себе думает, падла??? Окончательно заебал. Я медленно подходил к Вадиму вплотную, а он отступал назад, пару раз споткнувшись о вещи, брошенные на полу. Он напугано смотрел на меня, а я продолжал подходить к нему, пока тот не упёрся спиной в соседнюю кровать. Я не заметил, когда ребята ушли из комнаты, только звук захлопнувшейся двери отвлек меня. Я услышал его ровно в тот момент, когда мой кулак прилетел в нос соседа. — Хуйло ты размалёванное, думал раз сам такой пидрила, то и меня можешь таким сделать?!! Не дождёшься!!! - я схватил его за шею, прижав к стене. Из его носа медленно текла тонкая дорожка крови.       Разница в росте позволила мне посмотреть ему в глаза, немного приподняв его за шею. Этот горе-стилист встал на цыпочки, чтобы уменьшить давление на свое горло и случайно не задохнуться в такой нелепой ситуации. Судя по взгляду, он был лишь немного пьян, но не на столько, чтобы не контролировать себя. Я отпустил его и резко врезал еще раз. В этот раз пострадала скула. Будет знать. — Да прекрати же ты! — он был шокирован и, кажется, не до конца понимал, что происходит, вытирая ладонью кровь из носа, которая продолжала стекать на его губы, — Прекрати, пожалуйста... Я же не хотел... — Чего ты блять не хотел???!! Ты же разукрасил меня, как шлюху!        Я провел ладонью по губам, стирая помаду. Яркий красный след остался на моей руке. Я вытер ее о лицо Вадима, смешивая помаду и кровь, размазывая по слащавой роже. Он стоял неподвижно. Взгляд был совершенно стеклянный. Я развязал шнурок, стягивающий корсет у меня на спине, продолжая смотреть ему в глаза, и, сняв, бросил его на пол. Юбка и парик полетели туда же. — Ты, гадёныш, ты думал раз у тебя хватило смелости попросить ебать тебя, то теперь тебе можно всё? — я заметил, как Вадим нервно сглатывает слюну, — Хах...Выглядишь, как шлюха в этом тряпье. — А может я специально!!!?? — он переходил на крик, — Не думал, что это для того, чтобы ты на меня хоть немного внимания обратил? — к концу он затих, произнося последние слова только губами.        Я молча развернул его спиной к себе и расстегнул молнию на платье, стягивая его вниз. Вадим прижался лбом к стене. Вспомнив о том, что ребята никогда не берут ключи от комнаты, я подошел к двери и закрыл ее, оставляя их в скважине. Когда я вернулся, Вадим стоял на том же месте. Я положил руки ему на плечи, медленно опускаясь ладонями по спине. Медлю, легко пересчитываю кончиками пальцев ребра. Ладони опустились на бедра. Я развернул Вадима лицом к себе. Он молча смотрел в пол. Ну, раз хотел внимания, то ты его получишь.       Медленно приближаюсь к лицу Вадима, приподнимая его за подбородок. Только сейчас замечаю, что второй удар оставил после себя красноречивый синяк прямо на скуле. Ловлю его взгляд и целую в губы, ощущая привкус крови, уже спекшейся на губах. Он не любит, когда я это делаю. Был уговор, что я, так сказать, "по доброте душевной" иногда "помогаю ему". Ага, помогаю. Просто он никак не может признать, что ему нравится, когда его ебут. Ага. А поцелуи он не любит. Ну и похуй. Сегодня буду играть по своим правилам. Отвечает. Почти сразу. — Вот чё выёбывался лишний раз? Ведь самому нравится, — произношу прямо в губы. Ответа не последовало. Только короткий поцелуй.       Похуй. Целую подбородок. Задирает голову. Опускаюсь вниз. Кадык, линия шеи, впадина между ключицами, грудь. Неудобно. — Пиздуй-ка на кровать.       Вадим молча идет в сторону моей кровати, схватив меня за руку. Ну... я как бы никуда не собирался убегать... явно не в трусах... и не со стояком... Он садится на кровать. Толкаю назад, укладываю, а сам, продолжаю начатое. Покрываю поцелуями грудь, опускаюсь на живот. Провожу языком от пупка до подбородка и слышу стон. Это победа. Ни разу я не слышал ни звука, хоть был с ним не раз. Оставляю багровый засос там, где шея плавно перетекает в плечо. Я уже победил, а впереди меня еще ждет приз. Прелесть. — И кто из нас неженка? — произношу глядя ему в глаза.       Вадим только молча отворачивается, утыкаясь взглядом в стену, но вскоре прикрывает глаза, потому что я касаюсь губами его скулы, прямо там, где краснеет будущий синяк. Красавчик. Опускаюсь ниже и ловлю губами кадык, оставляя еще один засос. Разукрашу так, чтобы паранджу натянул, гад. Оставляю болезненный укус на шее, вытягивая из горе-любовника недостон-недошипение. Кричи, тварь. Резко впиваюсь зубами в острое плечо, не отпуская, а только усиливая давление зубов, пока не слышу протяжный сдавленный крик Вадима. Его голос приятный. А сейчас бархатный бас, разбавленный хриплыми надрывными нотками, звучит просто шикарно. Кайф. Только тогда размыкаю зубы, широко проводя языком по укусу, оставляя мокрое пятно. Оставляю еще пару засосов на ключицах и груди. Переворачиваю его на живот. Послушно делает всё, что нужно. Хороший пёс. Кусаю его в загривок, прямо там, где заканчивается линия волос, слыша недовольное мычание. Вадим падает лицом на подушку и, только тогда, я слышу как он даёт волю чувствам, крича, сминая в руках простынь, размыкаю челюсти и кладу свою ладонь на его, переплетая пальцы. Тяжело дышит и всхлипывает. — Ты че, ревешь? Эй... — слышу только мычание, — ну не реви, мелкий. Я ж это...тип любя. — Да не реву я! — он продолжает мычать в подушку. — Ага, я вижу, — провожу пальцами по щеке, убирая мокрую дорожку со щеки, — глянь-ка на меня. Ну давай, не тормози, — поворачивает голову так, чтобы видеть меня, — будешь продолжать разводить сырость — встану и уйду. Ты понял?        Вадим кивает, а я касаюсь губами его щеки, собирая соленые капли. Вкусный. Провожу пальцами по позвоночнику, от самой шеи до ямочек на пояснице, заставляя стаи мурашек разбежаться по всей спине. Кладу ладони на эти впадинки. Прелесть. Слышу только его дыхание. Припадаю губами к пояснице, оставляя очередное краснеющее пятно, после, размашисто провожу языком мокрую дорожку до самой шеи. Слышу довольный стон, утыкаюсь в его макушку, вдыхая запах волос. — Сладкий, — заставляю его встать в коленно-локтевую, — ммм....а куда ты в прошлый раз дел смазку и презики? — А...если ты не трогал, то у тебя под подушкой.       Засовываю руку под подушку, нащупывая там разыскиваемые предметы. Всё еще сжимаю второй ладонью его руку. Достаю смазку и презервативы, кидая рядом с собой, а сам прижимаюсь к нему ближе, давая понять, что я вполне так на взводе. — Ты ж мой сахарный, — провожу рукой по его животу, опускаясь до резинки трусов, оттягивая ее вниз, сжимая ладонью возбужденный член, — хороший мальчик. Хм...а тебе нравится, — сдавленно стонет, опустив голову, прижимаясь спиной ко мне, — но мне не нравится, что ты такой тихий.       Пару раз веду рукой верх-вниз по члену, кусая Вадима за второе плечо, крепко впиваюсь зубами в горячую гладкую кожу. Размазываю большим пальцем по головке выступившую смазку. Он кричит, задыхаясь стоном. О да, ну же, нужно громче!! — Сними ты уже блять эти трусы. Они тут нахуй не нужны. — Д-да...сейчас       Какая прелесть. Такой расфокусированный взгляд, будто он обдолбался дозой крэка. Неуклюже стягивает ненужный кусок ткани, путаясь и тихо матерясь. — Всё? — кивает, вставая обратно на колени, — ну вот и отлично. А теперь стой как стоял. Я покурю.       Встаю с кровати. На полу валяются мои джинсы. Нахожу в кармане сигареты и зажигалку. Сажусь на соседнюю кровать, стоящую напротив и прикуриваю. — Мммм....сладкий, — выпускаю в воздух небольшое облако дыма, видя его взгляд на себе, — ну-ка, оторвал от кроватки ручку, которая ближе ко мне, и сделал себе приятно. Максимально блять приятно. Но даже не смей кончить. Понял блять??!!       Проходит пара секунд, пока Вадим наконец решает сделать то, что сказано. Смыкает пальцы прямо вокруг головки, неотрывно смотря, как я продолжаю курить. Медленно проводит плотным кольцом пальцев до основания и обратно. И так еще пару раз, продолжая смотреть прямо в глаза. Я не отвожу взгляда. — Я же тебе сказал, что мне не нравится когда ты молчишь, — быстро встаю, подходя к нему, и даю звонкую пощечину. Он охает от неожиданности. Хватаю пальцами его подбородок, выдыхая сигаретный дым прямо в лицо, — так-то лучше. Будешь молчать, буду бить сильнее. Понял, уёбище?       Сажусь обратно и закуриваю вторую. Он приходит в себя и продолжает дрочить, продолжая смотреть на меня. Только я хотел вновь встать, чтобы он получил очередную дозу пинков за молчание, как, забывшись, он сжимает член в кулак, прикрывая глаза, и протяжно постанывает что-то совершенно несвязное. Так-то лучше. Я просто наслаждаюсь открывающимся мне видом на, уже во всю стонущего, откровенно довольного, возбужденного парня. Медленно докуриваю вторую сигарету. — Влаааад, — какой же он сладкий, — а можно? — Что, сахарочек? — Я...аххх...пожалуста... — Если хочешь кончить, то нет. Делай что хочешь, но из тебя не должно выйти наружу ни капли, — усмехаюсь, представляя, как ему тяжело. — Ох....Можно вторую ру...аааххх.. — Что-что? Я не расслышал, — уже во всю смеюсь, скажи как надо. — Ах....Влад, можно я охх....вторую руку...пожалуйста.. — Хм...так и быть. Только помни, максимально приятно и ни капли.       Нащупывает на кровати смазку, освобождая руки. Наверное, вторая затекла пока он так стоял. Наверное, ему больно. Ложится на подушку, поворачивая голову в мою сторону, поднимая задницу выше, опираясь грудью на кровать. Характерный щелчок крышки от тюбика. Вадим выдавливает гель себе на руку, продолжая смотреть на меня. Закрывает тюбик, бросая обратно на кровать, размазывает гель между ладоней, разогревая, и кладет руку обратно на стоящий член, а вторую заводит за спину, массируя пока еще плотно сжатое колечко мышц. Вадим облизывает пересохшие губы, а я просто забываю, как дышать. Такой откровенный, такой сахарный, плавящийся...Ахуенно....       Первый палец с трудом, но уже там, где должен быть, о чем я узнаю благодаря становящимся все более громким, стонам. Мммм...А Вадимка-то, кажется нашел себе хорошую игру. Он бормочет что-то невнятное, прикрыв глаза, периодически проводя языком по пересохшим губам. Хм... а что-то я даже не подумал о том, что можно и эту часть тела использовать с пользой для дела. Встаю, снимаю трусы и подхожу к кровати, где Вадим во всю развлекает себя. Два пальца уже пропадают в нем. — Сахарочек, тебе весело? — слышу протяжный стон, — но я же тоже хочу повеселиться. Погоди-ка... А ну повернись, — помогаю ему встать в обратно в коленно-локтевую, но уже поперек кровати, так, чтобы он смотрел на меня, — а теперь, маленький ты извращенец, пальцы засунул туда, откуда достал, а рот занял леденечиком, — показываю глазами на свой возбужденный орган.       Вадим послушно засовывает сразу два пальца глубоко в себя, громко выдыхая, и, облизнув губы, смыкает их вокруг головки моего члена. Начинает двигать пальцами, постепенно начиная двигать головой, а я, схватив его за шею, пытаюсь поймать тот же ритм, что и его пальцы. Спустя несколько движений, это получается. Он берет почти полностью, совершенно отдаваясь процессу. Грязно, пошло, со вкусом. Но я стараюсь контролировать процесс. Я хочу поиграть. — А теперь, дай-ка мне свои пальчики, — беру смазку с кровати, — ага, умница, выдавливаю ему на ладонь еще геля, — а теперь, третий. Двух мало, сам знаешь.       Послушно продолжает себя растягивать уже тремя пальцами. Отхожу немного назад, на что получаю возмущенный вздох. — Что, конфету отобрали? Ты продолжай, не останавливайся, — он уже тянет теперь свободную руку к своему члену, — не-не. Я не разрешал. Не трогай. Ложись-ка лучше так, как лежал сначала.        Вадим снова ложится головой на подушку, стоя на коленях, и опирается свободной рукой на кровать. Вторая рука продолжает растягивать тугие мышцы. Он узкий. Когда мы последний раз развлекались? Месяц назад? Полтора? Уже и не помню. Пристраиваюсь сзади, наблюдая за тем, что он делает. Кажется, кто-то халтурит. Замечаю, как забывшись, он перестает двигать пальцами и, судя по всему, нащупав простату, просто наслаждается ощущениями. Нет, так не пойдет. Беру смазку, выдавливаю себе на ладонь, немного разогреваю в пальцах. — Сладкий, а ну-ка руку убрал. Встал как надо. Быстро, — он, тяжело дыша, опёрся на руки, опустив голову, продолжая стоять на коленях, — умница. Я тебе немного помогу.        Без предупреждения ввожу сразу 4 пальца. Вскрикивает. Громко. То что надо. Немного растянув, убираю два, и нахожу ту самую точку. Медленно надавливаю, массирую, наблюдая за реакцией. Вадим уже во всю стонет, периодически говоря непонятные путанные слова. Кажется он уже не тут... — Сахарочек, поговори со мной, — впиваюсь короткими ногтями ему в спину, проводя вдоль позвоночника. Пусть отрезвеет немного. Вскрикивает от боли, — как тебе нравится? Вот так? — нажимаю немного сильнее, — или вот так? — развожу пальцы немного в стороны, растягивая стенки изнутри, пытаясь вернуть покинувшее его сознание обратно в тело. — Мммм.... — Говори, — завожу свободную руку вниз, царапая ему шею и грудь. — Тааак! — Как именно? Говори, — я знаю что ему тяжело, но ничего страшного... — Ах...как сначала, — надавливаю пальцами на простату, — даааа!!! — Мммм....сладкий, а хочешь больше? — Даааа... — Скажи, — продолжаю массировать нужную точку. Он на пределе. — Хочуууу! — Что? — Тебяяя!!! — Скажи как надо блять. — Влад, ёбаный в рот, я щас сдохну! Выеби уже меня....Пожалуйста... — произносит он на одном дыхании.       Тяжело дышит, повернув голову так, чтобы видеть, что я делаю. Нарочито медленно разрываю зубами блестящий квадратик из фольги, доставая презерватив. Так же медленно раскатываю его по уже, кажется, до невозможности возбужденному члену, проводя по нему скользкой от смазки рукой. — Влад. — М?? — Пожалуйста... — Ты знаешь, что нужно. — Влад, прошу, завязывай уже меня мучать. Выеби меня. Да так, чтоб искры из глаз сыпались. — С превеликим удовольствием, — резко вхожу в него на всю длину, находя нужный угол, прильнув грудью к спине. Откидывает голову назад, одарив очередным стоном, — сладкий, — выдыхаю последнее ему на ухо.       Стоны, крики, укусы, запахи, звуки, вкус его кожи на языке, поцелуи — все смешивается в, чистой воды, симфонию для моего сознания. Сладкий, весь в царапинах, укусах и засосах, украшающих все тело бордовыми цветами. Нахожу его ладонь, переплетаю со своей. Он уже почти без сил лежит грудью на подушке, пока я вбиваю его в кровать. Спина мокрая, как моя. Чувствую грудью жар от его кожи. Глаза лихорадочно блестят, а губы пересохли. Он часто проводит по ним языком, но это не помогает. Второй рукой сжимаю его член, чтобы помочь ему. Движения становятся чаще, он сам подаётся назад, чтобы почувствовать всю полноту ощущений. Вколачиваю его в кровать, пока не понимаю, что пора. В голове уже полный бардак и неразбериха. Путано целую его в шею, плечо, спину. Он выгибается в пояснице, как можно больше, чтобы максимально получить то, что нужно нам обоим. Пара быстрых движений рукой в такт особенно глубоким толчкам, и я довожу до оргазма нас обоих, слыша, как Вадим выкрикивает моё имя. Теперь, он совершенно без сил падает на кровать, тяжело дыша и даже не пытаясь двинуться с места.       Встаю, подхожу к окну. Да собственно похуй. Открываю форточку, снимаю презерватив и выбрасываю на улицу. Курить не хочется. Совсем. Телефон, почему-то лежащий на столе, вибрирует. Сообщение от Ала: "Вы там друг друга не убили надеюсь?". Хм...заботливый сосед, мать вашу "Нет. Не дождешься, ублюдок." Ответ приходит почти сразу: " А ты всё язвишь...Ну значит всё в норме))) Мы тут видимо до утра. Раньше 11 не жди." Ну ок, что сказать...круто... "Мне похуй ващет". Кидаю телефон на стол и возвращаюсь обратно к кровати. Вадим уже спит. Вырубился, падла. Надо бы в душ сходить. Ну да похуй. Всё завтра. Ложусь рядом с ним, обнимаю со спины и накрываю одеялом. Завтра...