Pure blood / Чистокровная

      Вся вылазка пошла не по плану чуть ли не с самого начала. Еще находясь в скрытом палаточном городке, Джинни упорно пыталась вразумить троицу отложить вылазку на следующий день. Но что Гарри, что ее упрямый брат Рон, что сама Гермиона — все были непреклонны. В лагере заканчивалась провизия, а из-за постоянного перемещения это могло сыграть с ними плохую шутку.       Младшая Уизли не хотела успокаиваться, словно предчувствуя беду, улизнула из лагеря следом за троицей. Но не вместе с ними. Джинни знала, если Гарри или Рон обнаружат то, что девушка последовала следом за ними, ей несдобровать. А бесить братца не хотелось тем более. Поэтому, не придумав ничего умнее, Джинни добралась до ближайшего поселка, откуда ранее трансгрессировало трио, и отправилась в Хогсмид. Макгонагалл так и не позволила бывшим шестикурсникам и пятикурсникам, то есть Джинни, трансгрессировать на территорию Хогвартса.       Не только потому, что это было слишком опасно, нет. Школу усилили защитой до такой степени, что попасть туда с помощью трансгрессии теперь мог наверняка только феникс Дамблдора. Однако, после гибели хозяина, Фоукс улетел, и никто не видел его уже очень долгое время. Джинни, прекрасно осведомленная о защите школы, выбрала самый короткий путь. Нацепив потрепанную школьную мантию поверх обычной одежды, девушка чуть ли не бежала по тропинке в направлении Хогвартса.       Ветер трепал длинные рыжие волосы и неприятно задувал за шиворот. Высокое горлышко свитера не особо спасало от холода осени, но Джинни не волновали такие мелочи. Ее беспокоило только то, что она могла не успеть вернуться в лагерь до прибытия туда ребят с вылазки. Чутье подсказывало ей, и она научилась верить, что интуиция не подводит. Живя с шестью братьями-сорванцами, она всегда точно знала, кому из них прилетит за шалости даже с утра, пока те мирно спали в своих кроватях. И за столько лет она научилась верить этому чувству.       Сейчас, уже забегая внутрь школы, накрытой магическим куполом, девушка знала, что ребята могут быть в опасности. И потому не медлила, вихрем проносясь по ставшим родными коридорам и лестницам Хогвартса. Подбегая к бывшему кабинету Дамблдора, Джинни чуть было не снесла с ног профессора травологии. Извинившись, девушка назвала пароль для входа и подождала, пока массивная лестница доставит ее в кабинет.       Наверху было мрачно. Словно, с утратой Дамблдора, сам кабинет резко потерял все свои краски. Как бы профессор Макгонагалл не старалась оживить его, добавляя то тут, то там на полки различные вазы с цветами, внутри все равно помещение оставалось холодным. Но рассматривать интерьер Уизли не собиралась, ее куда больше интересовала сама профессор. Макгонагалл обнаружилась в кресле, листающая «Ежедневный пророк». — Мисс Макгонагалл, простите, что прерываю, но, боюсь, что у нас проблемы… Женщина вскочила со свеого места, заметив Гриффиндорку и подбежала к ней. — Вы обнаружили хотя бы один из крестражей? — Возможно, что один из них находится здесь, профессор. Но, к сожалению, я не по этой причине отправилась в Хогвартс. Нам нужна помощь… Макгонагалл кивнула и плотнее запахнулась в свою мантию. — Гриффиндор не оставляет своих студентов в беде. А уж тем более, Отряд Дамблдора.

***

      Если бы ручонкам Амбридж хватило сил разорвать в клочья увесистый том «Чистокровных семей», то его обрывки уже бы рассыпались по библиотеке. Лицо ее принимало то багровый оттенок, то бледный, словно лист пергамента. — Нет… Нет-нет, нет. Этого не может быть. Нет! — она взвизгнула, — Как такое возможно? Она кто такая вообще? Здесь же явная ошибка, у этой семьи не было детей, этот род был прерван…       Картинка явно не складывалась. Пазлов не хватало, чтобы выложить мозаику до конца. И эти недостающие детали упорно не желали находиться. Долорес то порывалась бежать в кабинет, то вновь падала на стул, обессиленно сжимая справочник в руках. Амбридж не понимала, что ей делать дальше, как поступить с Люциусом, который явно ожидал от нее дальнейших действий и разрешения сложившейся ситуации. Печать, которая была наложена на пергамент, не сработала. И явно не откроется теперь кровью Гермионы ни при каких условиях. Просто потому, что это была не та девчонка. Мысли путались, женщина впустую потратила так много сил, ресурсов и времени на поиск и поимку Грейнджер, что теперь не могла поверить — все это оказалось зря.       Ничего не сработало. Начинать поиски нужно заново. Снова подключать всех проводников и наводчиков. Амбридж в очередной раз вскочила со стула, на этот раз уже точно зная, что предпримет в этой ситуации, и направилась к себе в кабинет. Она понимала, что от Грейнджер толку никакого, а значит, что и держать её нет смысла. Начинается война, теперь уже открытая, и ей ни к чему эти проблемы. Тем более, зная то, что за Грейнджер точно придут, что ее уже, возможно, ищут, заставляла Амбридж действовать быстрее.       Нет, она не была трусихой, но все же словить Круциатус ей не хотелось. И поэтому она с невероятной для себя скоростью мчалась по коридорам Министерства. Справочник, словно реликвию, она трепетно прижимала к груди, боясь, что напечатанные там буквы внезапно расползутся и исчезнут.       Чуть было не сбив одного из Пожирателей прямо возле своей двери, женщина влетела в кабинет. — Это не она. Девчонка чистокровная волшебница. Это правда, Люциус, — Амбридж сразу же перевела взгляд на человека с тростью в руках. — Дорогая Долорес, скажите мне пожалуйста… Как такое вообще могло произойти?! — Малфой закричал, отчего спящая Гермиона проснулась, отходя от сонного заклинания. — Я не знаю, мистер Малфой. Никто не знал, что девчонка окажется чистокровной. Она всю жизнь до Хогвартса прожила с магглами, дурацкими дантистами. И никто не знал, что она не та, за кого себя выдает. — Амбридж поморщилась, — Возможно, она сама этого даже не знала. Ее бросили сразу же после рождения. Эйвери ни к чему такая обуза.       После того, как она произнесла фамилию рода, один из Пожирателей заметно дернулся вперед. Под масками не было понятно, мужчина перед ними или женщина, однако бархатный голос напомнил. Это была та же мисс, что и противостояла смерти Гермионы. — Погодите, какая настоящая чистокровная фамилия у Грейнджер? — Эйвери, я же сказала, — Амбридж, и без того находящаяся на грани нервного срыва, швырнула на стол раскрытый на нужной странице справочник, — Я нашла подтверждение. Ее отец был убит Лордом, а мать, видимо, не снесла позора и расправилась со своей жизнью более разумно. Женщина быстро наклонилась над столом и тут же отошла на свое место. Люциус удивленно проводил ее взглядом и придвинул тростью к себе справочник, столь известный для него. Сколько раз у него в руках были копии данного текста, но ни разу он не обратил внимание на странное совпадение имен у такого короткого и малочисленного рода. — Так значит, Гермиона Эйвери, единственная волшебница рода Эйвери. Что ж, сегодня жизнь преподнесла тебе прекрасный подарок. Вот только как ты теперь им воспользуешься — та еще загадка. Представляю, как будет рад мистер Поттер, узнав ваше истинное происхождение, Гермиона.       Девушка, все это время находившаяся в том же самом кресле, уже пришла в себя и настороженно слушала происходящее. Ее очень удивила реакция женщины-Пожирательницы. Такое поведение могло значить лишь то, что она знала ее род. Единственное, что успела заметить Гермиона перед тем, как та вернулась на свое место, это ярко-красный браслет, сверкнувший под мантией. Грейнджер не стала огрызаться в адрес Малфоя, все еще находясь на территории врага (с недавних пор Министерство магии — тоже вражеская территория), она опасалась быть убитой прямо здесь. В жутком розовом кабинете. — Я не знала ничего про этот род. И никогда его не слышала. Но мои родители… Кто они тогда? И где? — Детка, ты еще не поняла? Их нет, ни твоей глупой мамаши, нагулявшей ребенка от Эйвери, ни самого Эйвери. Слышала, что его казнил лично Лорд Волан-де-Морт за неповиновение. — Амбридж обошла вокруг стола и села на свое место. — Но что удивительно, дорогая. Это то, что ты все же умудрилась каким-то образом выжить, а тем более, доставить нам проблем. — Вот что действительно неожиданно, так это фамилия. Я знал, что у Эйвери был ребенок, но он заверил Лорда, что убил его. Оказывается, ты осталась жива, Гермиона, — Люциус поднялся, обходя по кругу кресло, в котором сидела Грейнджер-Эйвери, и остановился напротив нее, рядом с Амбридж, — Что ж, значит ты чистокровная ведьма… — …И чтобы твои собачонки не утруждались поисками, мы отпустим тебя. — подала голос Амбридж. — Вот так просто? — гриффиндорка не поверила своим ушам. — Нет конечно, глупышка. Теперь тебе придется кое-что сделать, чтобы выжить. Видишь ли, нам очень нужно как-то попасть в Хогвартс. А чертовы профессора наставили такой магической защиты, что нам проникнуть туда будет крайне тяжело. Но раз обстоятельства так удачно складываются в нашу пользу… — Драко найдет тебя, если ты появишься в Хогвартсе. А ты там явно появишься, ведь вы охотитесь за последними Крестражами, не так ли? — Люциус постучал тростью по столу, словно проверяя тот на прочность. — Вам не попасть туда, не пытайтесь. И я не буду выполнять ваши идиотские поручения. — Гермиона сжала зубы, всем видом подтверждая свои слова. — Глупая девчонка… Круцио! И раздался жуткий, пронзающий душу, крик Грейнджер.