Шоколад и Перец

Help me Iʼm in trouble … Gotta feeling Sheʼs onto me, The way that she talked to me I think Iʼm on ice so thin I donʼt know where to tread Got a feeling she sees right through me I tried sweating it out but its been eating me up This time I feel twice as guilty sheʼs a friend of yours But I canʼt hide from you no more Why why why does everything have to be so complicated Сергей Лазарев — Girlfriend

      Хорана всегда удивляла его особенность не понимать, как он мог оказаться в ситуации, в которой он, вроде как, совсем не планировал оказаться. Напротив, тщательно избегал и старался не ухудшать своего и так нестабильного положения. — А вот там, — парень указал пальцем на небольшой магазинчик сладостей, — я впервые поцеловался с девочкой… Это было забавно, потому что она была выше меня почти на целую голову и ей пришлось спуститься со ступенек, чтоб я смог ее чмокнуть в губы… — Ни улыбнулся и посмотрел туда, куда указывал Шон. — ты любишь сладкое?..       Найлер кивнул и немного нахохлился — в этой части Лондона всегда прохладно. Сильный, порывистый ветер швыряет воздух тебе в лицо, и от этого по всему телу расходятся неприятные мурашки. Даже его пиджак, что достаточно теплый, не греет так, как необходимо.       Эта встреча была абсолютно непредсказуемой. Случайной, можно сказать тем, кто их увидит вместе. — Что ты хочешь?.. — альфа повел блондина в сторону магазинчика и завел внутрь.       В помещении пахло свежим кофе, шоколадом и малиной. Все это напоминало детство, и Хоран улыбнулся, втягивая носом приятное сочетание. Перед его взором открылся большой прилавок с кучей сладостей на любой вкус: ириски, тянучки, карамельки, монпасье и разноцветные леденцы на палочке. Найл обожал их в далеком детстве, когда выпрашивал у мамы пару копеек на конфету, радостный бежал и покупал сладкий кругляшок, который казался неимоверно большим. — Я хочу теплый кофе… — ирландец все еще с обожанием глядел на вкусняшки. Он понимал, что если об их свидании узнает кто-то, например, Гарри, то к нему придет разбираться Зейн и, будет славно, если вначале до его мозга дойдет подойти к Найлу, а не сразу же к мистеру Мендесу. — Найл?.. У тебя все хорошо?.. — шатен протянул Хорану бумажный стаканчик с горячим напитком, — ты какой-то потерянный…

***

      Это утро начиналось почти идеально, не считая вчерашних воспоминаний и чужой одежды, что лежала аккуратно выглаженная и постиранная на стуле. Найл провел пальцами по клетчатой материи и зажмурился, представляя, что именно ее надевал Зейн, как он осторожно застегивает пуговицы и поправляет ворот.       О таком точно не стоит думать рано утром, прежде чем идти на работу. Найл быстро закинул вещи в пакет, а чуть позже на заднее сиденье авто, все еще пытаясь не думать о том, что черт возьми Зейну идет быть без одежды.       За это он пролил кофе на свои штаны и ему пришлось сменить костюм, что повлекло за собой непоправимые последствия — он опоздал на работу, застряв в нескольких пробках. Его обогнали, показав неприличный жест в окне, и он чуть не пропустил знак, говорящий о том, что тут необходимо понизить скорость.       Во всех своих проблемах ирландец обвинял лишь одного — проклятого Зейна Малика, который даже в мыслях мог испортить день, который так хорошо начинался.

***

      Найл молчаливо пил свой кофе и глядел под ноги, старательно слушая все то, что говорил ему канадец. Ему правда нравилось идти с ним рядом, ощущая теплый напиток в руке. Но говорить что-то в ответ совсем не хотелось. Не было желания, что ли. — Найл, у тебя точно все хорошо? — Шон вопросительно уставился на своего босса, — ты молчишь… Я задал тебе вопрос пару минут назад, но ты молчишь… — он резко затормозил ирландца, поворачивая лицом к себе.       Найлер уставился в лицо Мендеса и постарался скрыть противоречивые чувства. «С ним должно прокатить, потому что он не пара», — пронеслось в тупом мозгу. Он тут же постарался откинуть эту идею, фокусируясь на карих глазах парня. Ему столько же, сколько и Зейну, такие же глубокие глаза, когда он улыбается — кажется, что становится теплее. Но что-то в мозгу и теле отрицает парня, словно он не то, что ему нужно. Нет, с ним уютно и хочется улыбаться. Нет, он красивый и очаровательный.       «Нет, он не пара», — выдает все тот же мозг, и Ни жмурится, стараясь выкинуть эти глупые мысли из головы.       В этом мире никто никому не должен, следовательно, ирландец имеет полное право быть с тем, кем пожелает и жить так, как ему вздумается. — Прости… просто подумал о своем… Проблемы на работе, — самая стандартная отмазка, которую втирают заблудшие мужья своим верным, но со временем сварливым женам. И те верят, покусывая губы и пряча глаза. Потому что знают. Потому что любят. — Какой ты задал вопрос?.. — Я спросил: «Что-то не так?» — прищурился Шон, все еще крепко держа Хорана за плечи, — я все постараюсь исправить… Просто скажи- что не так… Пожалуйста… — на щеках парнишки появился легкий румянец. Такой милый, невинный, все еще мальчик. — Ты встречался с кем-то? — омега улыбнулся, испытывая трепет перед милым альфой, что терялся. Он выше почти на десять сантиметров, но это и к лучшему. Сразу ощущается кто главный, а кто лишь второстепенный. — Нет, Ни… Ты первый, по правде… — парень потупил взгляд и ослабил хватку, — это так заметно?.. — Не переживай, — ирландец заглянул в карие глаза, стараясь приободрить парнишку, — все идеально, правда холодно… Но идеально… Мне нравится… Тихие улочки, приятная пыль чьего-то прошлого, что оседает в легких… Я люблю, когда человек показывает себя изнутри, стараясь быть самим собой…       Мендес быстро снял со своих плеч пальто и накинул на плечи Ни, оставаясь в одной темной рубашке в небольшую клетку. — Не переживай я не замерзну, — быстро ответил на застывший в прохладном воздухе вопрос, — горячая кровь, — рассмеялся Шон. Смех тут же подхватил Ни, и сам не понимая зачем, взял парня за руку.       Кажется, что в его теле произошел диссонанс, потому что мозг просто кричит о том, что это, черт возьми неправильно, а тело, равно как и сердце, тянется к этому милому альфе с вишневыми губами и кудряшками, что делают его так похожим на барашка.

***

— Ну, что… рассказывай! — разгоряченный Стайлс заскочил в кабинет босса. Тот только сам успел зайди внутрь и положить вещи в шкаф, — Я весь в твоем внимании, — кудрявый сел на стул, внимательно следя за каждым движение блондина. — Я с тобой вообще разговаривать не собираюсь! — парень демонстративно отвернулся к окну и скрестил руки на груди, — после вчерашнего ты потерял статус «Лучший и единственный друг Найла Хорана», я тебя даже из своего завещания вычеркну и отдам все на помощь бездомным котам!       Вначале Гарри опешил и нахмурился, но тут же сориентировался и улыбнулся. Он знает — Найл всегда и все ему прощает. Найл не умеет по-другому. Так повелось с детства — все что не делал шкодливый кудряш — Хоран всегда прощал. Будь то случайная подстава или же уроненное мороженное.       Стайлс давал больше, чем мог желать себе Найл. — Ну же… Ни… — Хазз поднялся и медленно подошел к другу, — мы же оба знаем, что это не будет длиться вечно… — Как ты мог меня так подставить? — расстроенный Найлер повернулся к Гарре и шмыгнул носом, показывая напускную печаль, — я ведь верил тебе…, а ты даже за руки держал… Я бы ему врезал… — Стайлс закатил глаза и обнял друга за плечи. — Мы оба знаем, что бы ты поцеловал его и пошло-поехало: стоны-вздохи-охи, а потом: «Черт возьми, что на мне делает эта чужая метка?!» и все — ненависть ко всему миру, включая меня! Я спас тебя, мистер Хоран, точнее твой зад. Ты должен меня благодарить! — засмеялся кудрявый, невесомо чмокая Ни в висок. — Но ты все это сделал… — Можно ли сказать, что я играю на два фронта?.. — Гарри отстранился, зная, что теперь Найлер не злится. — ну так рассказывай! — он в ожидании уставился на ирландца.       Найл вздохнул и начал свой рассказ с того момента, как Зейн вошел в его кабинет.

***

— Ты никогда не хотел сделать себе тату? — в удивлении спрашивает Шон, крепко держа ладонь Найла.       Так и вправду теплее и лучше. Их пальцы переплетены, и издалека это выглядит как прогулка влюбленной парочки. Плевать что это отчасти не так. Плевать, что Найл лжет самому себе, пытаясь утаить правду от мозга, который как сумасшедший заладил: «Не твое!».       Просто друзей не водят на улицы детства, рассказывая забавные истории с тем, что там происходило. Просто друзей не держат за руки с мило переплетенными пальцами. Просто друзья не отдают пальто, лишь бы тебе было теплее. Найлу слишком хорошо, чтоб пытаться понять, что нельзя иметь двух «просто друзей». — Я не люблю тату… Кажется, что они портят прекрасную кожу. Хотя есть такие, которые мне все-таки нравятся! — он зажмурился, вспоминая тату брюнета, — но это одно-два, — Найл резко постарался перестать думать о Зейне.       Это как минимум некультурно — думать о другом парне, когда ты на свидании с одним. — Скажи… Это свидание?.. — неслышно спрашивает Найлер, почти пересохшими губами. Язык абсолютно не слушается. — Будет… Если ты назовешь его так… — говорит Мендес, а его щеки вновь покрываются еле заметным румянцем. Он знает, что альфа не должен быть таким, но, почему-то рядом с Найлом ему хочется быть мягким. Хочется не стесняться и быть таким, какой он есть. — Наверное да… — задумчиво произносит Найлер, резко останавливаясь.

***

— Мне абсолютно не нравится эта Марта, — скривился в гримасе ирландец, — темная она какая-то… — Вау… Мой малыш Найлер ревну-ует, — выдает Гарри, следя за тем, как краснеет Ни и смеется. — ну же, Найл, признай хоть сейчас — ты чертов ревнивец.       Парень отрицательно машет головой, но знает, что это ложь. — Она такая… Такая… Не нравится она мне, вот и все. — пожимает плечами парень и молча усаживается в кресло, — а Блэк… Стоп! Гарри Эдвард Стайлс, вашу мать, это ты сказал, что я люблю лошадей?.. — он тут же нахмурился, глядя на кудрявого, которого здорово поймали с поличным. — Нет! Что ты! — быстро замотал головой бета, но тут же увернулся от какой-то ручки, что целилась прямо в лоб. — Не я это! Честно слово! — парень резко встал, прикрываясь стулом и уползая на корточках к двери, — я бы никогда… — Что никогда? Врун! — ирландец кинул в кудрявого какой-то стеркой и судя по возгласу все-таки попал. — иди с глаз моих долой, чтоб я не видел тебя… — Как ты можешь так плохо обо мне думать? — выкрикнул Хазз выглядывая из-под стула, — я между прочим сделал тебе идеальное свидание, а ты еще недоволен!.. — Что??? Идеально? Ты издеваешься? — разозлился Найлер, хватая теперь какую-то папку, — пошел отсюда! Я вообще не люблю свидания, и Зейна я тоже не люблю! Я вообще не люблю альф и бет! — резко открылась дверь, и в кабинет заглянул Малик, но тут рядом с ним об косяк стукнулась толстенная папочка с документами. — ай…. — Ни зажмурился, слыша, что Гарри перепало от папки также. — стучать надо… — он резко поправил пиджак и сел на место, сверля взглядом стул, из-под которого выглядывал Гарри. — Я стучал, но ты видимо был слишком занят… Я вещи принес… — Малик показал красивый пакет, — можно войти или, ты меня тоже захочешь убить, как Гарри за то, что я альфа?..       Сзади послышался смешок. — Кстати, Гарри, спасибо за идею… — ухмыльнулся Зейн, глядя на то, как сменяется лицо омежки. — Найлеру о-очень понравилось… Он даже мне кое-что пообещал…       Стайлс подошел к альфе и напутственно положил ладонь тому на плечо. — Если что — обращайся, всегда рад помочь! — он подмигнул злому Найлу и удалился, предварительно еще раз получив ручкой по затылку. — Спасибо, — промямлил Хоран, попутно доставая чужие вещи, — я ничего не обещал… — его голубые глаза излучали холод. — и все, теперь можешь быть свободен! — он осторожно положил пакет на стол, избегая зрительного контакта с парой и любого тактильного прикосновения.       Найл знал, что не выдержит.       Воздух в комнате накалился до предела и дышать стало абсолютно нечем. Чертов шоколад наполнял изнутри легкие, проникая глубже, чем воздух. Найл плавился сам, стоило лишь взглянуть на брюнета. — Не за что… — Зейн, как нарочно, подошел вплотную к столу и наклонился к Найлу, — большое не за что… — он прошептал это в открытые губы ирландца, заглядывая в его глаза, — просто огроменное, — Найл проскулил, ощущая, как снова возбудился.       Им определенно нельзя находиться одним в комнате. Маленькой комнате, где абсолютно все пахнет Зейном.       Малик втянул носом воздух, ощущая яркий запах смазки и горький привкус перца. Взрывное сочетание. — Найл… Джемс… Хоран… — ирландец громко простонал, стараясь поцеловать альфу, который ловко отстранился, услышав негромкий стук в дверь. — к тебе пришли, милый, — Малик провел пальцем по нижней губе парня, и отошел к двери, открывая ее и видя на пороге никого иного, как Шона.       Нотка неприязни, которая проскочила с самой первой встречи, теперь переросла в нечто большее.       Мендес знает, что этот парень не пара Найла.       Малик знает, что этот парень никогда не станет парой Найла.

***

— Ты очень милый, Шон, — начинает Найл, отпуская ладонь, — но…       Мендес застывает и опускает глаза в пол. Хоран ощущает колючую боль и разочарование, и он не хочет это ощущать от парня, который подарил ему незабываемый вечер.       Поэтому он решается лишь на один единственный шанс. — Давай никому не говорить о том, что мы… встречаемся?.. — Ни не хочет врать никому, включая Шона. Но он ничего не может поделать с собой и внутренним противоречием. — Мы встречаемся? — альфа поднимает голову и его лицо сияет. — черт Найл!.. — Он радостно поднял омегу на руки и прижал к себе. — Ты просто не представляешь, каким сделал меня счастливым…       Хоран обнял шатена в ответ и постарался перестать ненавидеть самого себя. — Пожалуйста… пойми одно… — продолжил Ни, после того, как обрадованный Мендес поставил его на землю, — это мои первые серьезные отношения, — ну ладно, тут он чуть приврал. Это его первые и единственные отношения, — и будет хорошо, если ты не будешь сильно давить… пожалуйста… — он постарался улыбнуться, чтоб хоть как-то облегчить свои слова. — Ты мне очень нравишься Найл… С самой нашей первой встречи… — еле слышно прошептал Шон, глядя в глаза Хорана, — я сделаю все, что ты хочешь, лишь бы быть с тобой…

***

      Найл старается не ненавидеть себя за то, что сделал. Ложь — ужасная штука, и он знает это, но ничего не мог с собой поделать.       Шон — сладкая патока, которую хочется еще и еще, в то время, как Зейн — ураган, который сбивает с толку.       Шон — нежность лепестков цветка, а Зейн — шершавая кора.       Шон — влечение, в то время как Зейн — запись в ДНК, что проходит по венам и всему организму.       И Хоран не знает, что делать.