Лезвие Розы

Мое сердце бешено стучит и выдаёт меня с головой. Мои глаза тонут в чёрном омуте глаз Саске. Моя рука впервые дрожит и не может крепко держать катану. Моя любовь, моя жизнь стоит передо мной и смотрит, просто смотрит. — Что ты тут делаешь? — Грубо интересуется младший брат Учихи. Он удивлён, но никак этого не показывает. Лишь в глазах ярким огнём горит ненависть. И она направлена на меня и на Итачи. — О, юная леди… — Заткнись! — Резко обрывает его Саске и уже своей катаной пересекает ему горло. Струйка крови начинает течь обильнее и я удивляюсь железной выдержке киллера. Хотя, на самом деле это пустяки. — А ты, — Он указывает на меня пальцем, — проваливай, если не хочешь тоже здохнуть. — Я пришла первее. Итачи-моя добыча! — Упрямо говорю я ему. — Я не уйду! Саске никогда не имел хладнокровия и железной выдержки. Он всегда шёл на поводу у своих эмоций и, мне кажется, Учиха старший со мной согласен, когда я думаю, что именно в этом и заключается его ошибка. Я успеваю отпрыгнуть, когда он с нечеловеческим оскалом бросается в мою сторону. Меч слегка задевает мое плечо и режет сиреневую куртку. Слава богу, не задел кожу. — Наслышан я о тебе, мерзавка! — Его слова бьют мне набатом по ушам. — Ты ничем от них не отличаешься! Ничем! Такая же сука! — Прекрати себя так вести. — Отчеканивает старший брат. В его голосе нет ничего: ни заботы, ни ненависти. Словно кукла произнесла эти слова на автомате, не беспокоясь об их смысле. — Хочешь выиграть, сражайся. Другого выбора нет. Я смотрю на братьев и не шевелюсь. Ко мне только сейчас приходит осознание того, что Итачи и своему братику задолжал огромный долг. Долг, который он должен отплатить коровью. Дилемма в моей душе не покидает меня: уступить или стоять на своём? Хотя, зная импульсивность Саске… — Он убил наших родителей. Собственными руками. — Я во все глаза смотрю на своего возлюбленного. Его чёрные зрачки смотрят в пустоту, а голос убийственно тих. — Я видел. Он специально сделал это в моем присутствии, чтобы я почувствовал всю боль… Я перевожу взгляд на блядского Итачи. Он точно психопат. Как и его красноголовая подружка. — Что ты чувствовал? Саске яростным взглядом смотрит на Итачи. Мы все прекрасно видим, как тяжело ему даётся самообладание своим телом. Он жаждал крови старшего брата, но по неожиданным и неизвестным причинам продолжал стоять, воткнув конец меча в мягкий ламинат на полу. — Ненависть. Короткий и ясный ответ. Я не успеваю среагировать, как братья резко сходятся в смертельном танце на мечах. Итачи встал резко и быстро, но Саске оказался ничуть не хуже, раз смог отразить «бросок кобры»-коронный приём черноволосого киллера. Только сейчас, я успеваю заметить, что у Учихи старшего тот же меч, что был у Карин. Меч Мурамасы. Такой же красивый и до безумия опасный. Одно касание и порез обеспечен. А может и смерть, кто знает? Но если следовать истории, то именно его меч якобы являлся старшим братом того, которым владела Карин. Может и в бою он намного ее превосходит? Хотя, «отряд Босса» были одинаковы в своём мастерстве боя, имея лишь другие преимущества. Звуки лезвий, которые сходятся при ударах. И больше ничего. Я словно со стороны наблюдаю за тем, как Саске достаёт из кармана сюрикены и отточеным движением кидает их в брата. Очевидно. Итачи с легкостью берет какую-то папку с тумбочки и ею отмахивается. Довольно неплохо. Мне пришлось прижаться к стене, дабы не мешать братьям сражаться. Пускай Саске удовлетворит свои желания. Уступлю ему. Мне труп Итачи все равно поднимет настроение. — Сдаешься? — Саске повалил мужчину и теперь злорадно улыбаясь, навёл катану в голову брата. — Ты! Ничтожество! — И с безумным лицом, парень нанёс решающий удар прямо в голову. Я прикрыла глаза, ожидая брызги крови и предсмертный хрип. Но ничего не последовало. Лишь тишина и возобновившийся звук лезвий, которые бьются друг об друга. Да бля. Видимо братья равны по силе. Этот бой может продолжаться вечно. А если мне сейчас достать пистолет и просто выбить мозги из красивой головушки Итачи? Мои размышления прерывает победа старшего брата. Он прижал младшего к стене и был хозяином ситуации. Саске терпел. Смирился, но не сдался. Его попытки освободится, честно говоря, были обречены на провал. Я не могла допустить смерти Саске. Нет! Поэтому я тихонечко подошла сзади и приставила дуло пистолета в затылок Итачи. — Что тобою движет? — Прошептал мужчина, адресуя вопрос мне. — Месть или любовь? — Что ты несёшь? — Грубо бросаю я, прижав пистолет сильнее. Я знаю, что это нечестно. Но на кону была жизнь Саске, пришлось играть так. Итачи улыбнулся холодной улыбкой. Саске не артачился, поскольку знал, что хоть одно движение и последует цепочка взаимосвязанных действий. Итачи проткнет ему шею серебряным ножом, а я выстрелю в старшего. Да, этот исход определено его не устраивал. — Месть за отца или любовь к моему никчемному брату? — Уточнил мужчина. Меня аж передернуло. Мои глаза встретились с глазами Саске. Он знал о моей любви, знал и отвергал её. — И то и другое. — Вот как… — Словно задумавшись о чём-то Учиха сказал: — Саске проиграл. Теперь твоя очередь. Если хочешь. Тоже мне. Я могла и не спрашивать твоего разрешения. Тот, отпустив Саске, повернулся ко мне лицом. Я же отошла и показушно положила пистолет на ближайшую поверхность. Интересно, что сделала бы Сакура, зайди она в этот момент в квартиру? Испугалась или присоединилась к мужу? Я медленно достала катану из-за спины и встала в боевую стойку. Саске, как и я, отошёл, чтобы не мешать. Пустота. То же, что было в глазах Карин. Я первой начинаю атаку. Ублюдок мастерски владел мечом. Он даже заставил меня отступить и применять приемы лишь для защиты. У меня даже не было момента, чтобы атаковать, не говоря уже о реальном уроне. Наконец, он задел меня в правую лопатку. Порез был достаточно серьезным, но не смертельным. Карин ведь тоже сначала порезала мою спину, может это подсказка, что я выйду победителем? Мы кружились в огненном танце смерти. Диван был опрокинут, столики сломаны, да и вообще вся гостиная напоминала место падения бомбы. Саске с отсутвующим выражением лица сидел на подлокотнике кресла и ничего не говорил. Наконец, Итачи начал биться намного опаснее и серьезнее. Что, надоело? Но на самом деле мне было не до насмешки. Хоть я и прикончила лучшую киллершу, это не могло считаться моей победой. Она поддалась, это было ясно. А сейчас, понятно, что Учиха не намерен быть такой как она. Я убежала от него на кухню. Надеясь достать хотя бы кухонные ножи, я не успела до конца увернуться от очередного удара. Вскрикнув, я почувствовала жгучую боль в левом бедре. Но я не сломалась. Повернувшись, я отбила атаку и уже достала было вееры, как мужчина с легкостью выбил их из моих рук. — Ты боишься. И тебе меня не победить. — Констатировал факт мужчина. — Но хотя бы умрешь с честью. Что? Я ведь не ослышалась? Перед моими глазами тут же возникла иллюзия. Белая комната, труп девушки, длинные волосы которой ранее были собраны в пучки, разметались на кафельном полу. А передо мной Она. Её белоснежное лицо словно сокрыто в тени, но красные, как и её волосы, губы отчетливо произносят эти самые слова. Бля. Видать они точно два сапога пара. Я смеюсь. Я смотрю ему в глаза и насмехаюсь. — Попробуй убить меня. Эти слова словно красная тряпка для мужчины. Наконец, в его чёрных глазах проявилась какая-то эмоция. Огонёк безумия зажегся в них, и Итачи пнув стол, за которым я стояла, приблизился ко мне вплотную. Я придерживала бедро из которого сочилась кровь, но отпор постаралась дать. Не знаю, что было дальше. Я думала, что он выиграл, что сейчас моя душа встретиться с отцом в аду. А то, что он там, в этом сомневаться не приходилось. Минуты шли, казалось, что время остановилось. Настолько все было тихо и так непривычно. Вдруг я почувствовала, что на мое лицо что-то капает. Тёплое и его становится все больше. Открыв глаза, я вижу, что Саске бесшумно появился позади своего брата и всё-таки вонзил свою катану ему в сердце. А его алая кровь, сочилась по моему лицу. Я смотрела в его потухающие глаза и видела в них своё отражение. — Счёт закрыт. Пора двигаться дальше.