История одного отцовства

      Воскресенье выдалось сонным и ленивым: Нат читал комиксы, Эрика с утра мучало непреодолимое желание все переставить, и он творил беспредел в своей комнате, а потом и в комнате сына.       Я только не давал ему таскать тяжелого и напомнил про идею одеть Разрушителя.       — Может, новый свитер. Конструкторы нам нужные, — вещал я, пока Эрик перетаскивал с места на место Герберта. — Хочешь, торшер новый? В мебельный зайдем, детские тоже когда-то оформить придется. Не в ящик комода детей же класть.       — А хорошая идея с комодом, — рассмеялся Эрик. — Но давай пока ничего покупать не будем. Можно вначале детскую комнату выбрать.       — Давай, как у нас комнаты расположены, ты знаешь, сделаем из гостевой одну детскую, потом мелких расселим, а ты всегда можешь переехать ко мне, — улыбнулся я, пытаясь игриво приобнять омегу.       Тот ошарашено посмотрел на меня и спросил:       — Это почему я к тебе должен в комнату перебираться? Мне и в своей неплохо!       — Будешь всегда под присмотром. А я теплый и уютный, — увещевал его. — Буду тебе животик кремом мазать перед сном.       — Хм... Еще на тебя можно ногу закинуть, — мечтательно произнес Эрик. — Или послать тебя в полночь за бутербродом.       Я на все согласно кивал, тиская ладошку Эрика в своей.       — И попить, и мороженку, мяско приносить буду.       Омега кивнул, то ли соглашаясь перебраться ко мне в спальню, то ли думая о прочих выгодах.       — Я переношу твои вещи, да? Хотя бы часть, — уточнил я, гладя Эрика уже по спинке.       — Ладно, но часть. Посмотрим, где мне будет удобней, — решил омега. — Мало ли ты будешь меня смущать.       — Буду, обязательно буду, но чуть-чуть, — улыбнувшись, быстро поцеловал его куда-то в бровь.       Эрик фыркнул в ответ и умудрился поцеловать меня в щеку и выскользнуть из рук одновременно.       — Нужно еще мелкого покормить, — сообщил Эрик.       — Вот жук! — хмыкнул я. — Давай погуляем все вместе? А с меня обед в ресторане. Смотри, чем дольше откладываем поездку, тем дольше Разрушитель без конструктора. А ведь скоро закончатся комиксы.       — Ладно, пошли гулять, — согласился омега, впечатленный перспективами сборки мебели. — Купим Нату пару конструкторов! А то он действительно начнет разбирать все вокруг.       Так мы и провели остаток дня. Пока Эрик собирал Джонатана, я перетащил часть вещей Эрика к себе, пока омега не передумал, и освободил для него еще полок в шкафу и ванной.       Пообедав в ресторане итальянской кухни и съев по большому десерту, поехали в торговый центр.       Сначала была одежда для Ната, потом мы запустили его в магазин развивающих игрушек, и он радостно носился, высматривая самые затейливые конструкторы, где больше всего деталек.       Домой вернулись к ужину, поели и выдали ребенку небольшой конструктор, как раз чтобы перед сном хватило, заодно и сами в нем поковырялись, собирая. А потом настало время спать, и я ходил за Эриком чуть ли не след в след, смотря, в чью спальню он все-таки свернет.       Омега нервно обернулся.       — Ты ходишь за мной как привязанный. В душ я иду первым!       Он все же выбрал мою спальню и, взяв с собой майку и штаны, скрылся в ванной. Минут через тридцать Эрик вернулся и, зевая, прямиком направился в постель.       Убедившись, что он лег, я вымылся сам и так же пробрался к постели. Лег. Повернул голову к Эрику. Подумал.       — Спокойной ночи, Эрик, сладких снов, — решил я, поворачиваясь на бок, лицом к омеге.       Закрыв глаза, принюхался. Эрик ощущался как очень близкий и уютный обволакивающий аромат.       — Спокойной, Марк, — ответил омега и, повернувшись лицом, обнял за плечо, пристально смотря на меня.       Моргнув, я притянул его за талию, провел ладонью по пояснице.       — Ты близко, я счастлив, — отчего-то шепотом сказал ему. Внутри разливалось щемящее чувство нежности.       — А если так, — неспешно поцеловал меня он в губы, гладя по предплечью.       — Ну, я становлюсь счастливее, — улыбаюсь, — и это уже можно проверить.       — Даже так? — насмешливо уточнил омега, мягко провел ладонью до бедра и с нажимом провел по нему, а потом забрался ладонью под резинку трусов.       — Оу, привет, шаловливая ручонка, — я поцеловал кончик носа, щеку, уголок рта, скулы — неторопливо, нежно касаясь лица, гладя спину. И только потом потянулся к губам.       Эрик ответил на поцелуй, наваливаясь сверху, прижимаясь всем телом, добираясь ладонью до моего члена.       Я же не собирался оставаться в долгу, приспустил его штаны, одной рукой добираясь до члена, а второй слегка сжимая ягодицу. До чего же омега страстный, горячий, ласковый. Голова идет кругом.       Эрик принялся неспешно надрачивать, спускаясь губами к шее, к плечу. Он будто выскальзывал из моих рук, касаясь меня, но не даваясь сам. Постепенно омега спустился ниже, неспешно взял в рот, лаская руками мошонку.       Мне осталось только расслабиться, доверившись Эрику. Возбуждение жаркой волной спускалось к паху, а омега вкусно и призывно пах.       Эрик, словно получив одобрение или разрешение, задвигал головой быстрее, нагло трогая меня, гладя по животу, груди, бедрам. Всего.       Облизнувшись, я волевым усилием отстранил Эрика и потянул вверх. Поцеловав в губы, пояснил свои действия:       — Я тебя тоже хочу, поэтому давай перевернемся?       Мы завозились, устраиваясь в «69», и теперь уже и я мог взять у Эрика в рот. Да и легли мы удобно, я вбирал член почти до основания.       Омега гладил по бедрам, мял ягодицы, со страстью и увлеченностью доводя меня до оргазма.       Я столь же напористо двигал головой, ласкал яички, посасывал головку, помогая себе рукой , теряясь в ощущениях ответной ласки, пока свернувшаяся в тугую пружину страсть не выплеснулась наружу.       Эрик кончил следом и отдышавшись, несильно прикусил за бедро.       — Кусака? Так мы не договаривались, — я перевернулся и, поцеловав Эрика, лег к нему лицом, облизнулся. — М, поздний ужин. Неожиданный, но приятный.       — Ты действительно меня слушаешь? — утомленно ответил Эрик. — Если завтра будешь утверждать, что ничего не было, я тебя побью.       — Нет, я в сознании, весь твой и очень рад сегодняшнему окончанию дня, — приобняв Эрика, поцеловал. — Ты вкусный и пахнешь сейчас так же приятно, как в течку. А еще немного мной. У нас есть Джонатан, и мы ждем пополнения. Спасибо тебе огромное, что ты снова есть в моей жизни.       — Смотри мне, третий шанс я тебе не дам, — улыбнулся Эрик. — Не знал, что омеги могут пахнуть как в течку просто так.       — Поверь мне, я ценю все то, на что ты решился, — я неторопливо водил пальцами по плечу и боку Эрика, наслаждаясь его нежной кожей. — Запах не одинаковый, но настолько же приятный. Мы по-разному реагируем на запах одного и того же омеги в столь щепетильный период. Например, в первую течку есть некоторая горечь, которую чувствуют все альфы. Возможно, она связана с сопровождающим омегу дискомфортом и иногда болью, так считают ученые. Еще меняется запах у беременных, он приятен, но не притягивает постороннего альфу, а только того, с кем омега делит кров и постель. В общем, из-за меня ты не так привлекателен для других альф. Я читал спорную статью в общеобразовательном журнале, что на самом деле все омеги пахнут одинаково и ваш запах не уникален для каждого, но всем альфам он кажется разным. Так природа заставляет нас и вас искать наиболее подходящего партнера для продолжения рода. Подтверждений теории нет. Но и опровергнуть ее тоже не смогли.       — Хм... Альфы все пахнут по-разному. И ваш запах меняется только от эмоций и наличия омеги в жизни... Ну или секса в жизни, — поделился Эрик.       — Я не чувствую, занимался ли другой альфа сексом, но иногда понимаю, правда, скорее, по поведению. А как я пахну для тебя? — мне стало интересно, даже сонливость ушла, и я вспомнил, как в студенческие годы забалтывался с тем далеким Эриком из прошлого. Я столь высоко ценил его общество, а забыл так легко и быстро... Да и отказался от него. Стесняясь, перебарывая смущение, страх и нервозность, он нашел в себе мужество спросить, встречаемся ли мы. Тогда я разозлился, хотел задеть... Но еще мне не хватило уверенности, чтобы пригласить на свидание Эрика. Болтать с ним — да, другим, казалось, я просто снизошел до самого непопулярного омеги из жалости. Выгляди он тогда, как большинство из тех, с кем я спал, и я бы в лепешку разбился, ухаживая за ним.       — Ты пахнешь резче, чем час назад. Смесью чего-то мускусного, пряного и свежего, — поделился омега. — Запах приятный.       — Ну, раз приятный, то сойдет, — я поцеловал Эрика в переносицу. — Ладно, давай спать, спокойной ночи.       — Спокойной, — эхом откликнулся Эрик.       Заснули мы быстро — вымотались.       Утром разбудил будильник, сообщая, что пора вставать.       Омега спал, уютно уткнувшись мне носом в плечо, закинув на меня руку и ногу, спал крепко и просыпаться не собирался.       Найдя будильник, кое-как «обезвредил» и крепко обнял Эрика, прижал к себе. Он завозился, и я мягко откатился с ним на свободную часть кровати, а потом вернулся на свою половину, выбираясь. Потянувшись, вернулся к омеге, погладил его по маленькому холмику живота и, целуя в шею, добрался ладонью до сосков.       — Доброе утро, — сонно пробормотал омега. — Нужно вставать. Ната еще в школу собирать.       Я поцеловал его в уголок губ.       — Доброе. Хочешь блинчики на завтрак? Может, стоит о декрете подумать? Будешь спокойно высыпаться.       — Не хочу в декрет. У меня интересная работа, я бы до самых родов ходил, но меня отправят силой, как только живот станет сильно заметным, — лениво сказал Эрик. — И Разрушителя нужно в школу возить.       — Как хочешь, но если будешь слишком уставать или врач скажет, то декрет оформляем тут же. Договорились?       — Хорошо, но пока я не устаю. Просто не люблю рано вставать, — зевнул Эрик. — Да и долго живот скрывать не получится.       — Я быстро в душ схожу и пойду блинчики готовить, а ты тогда раскачивайся потихоньку, совенок, — улыбнувшись и поцеловав в щеку, я скатился с кровати и потопал одеваться.       Когда Эрик спустился вниз с Джонатаном, у меня уже первая порция блинов испеклась.       — Доброе утро! — вспомнил о приличии Нат, уже жуя первый.       — Спасибо, Марк. Не думал, что ты будешь так часто готовить, — признал Эрик.       — Доброе, — хохотнув, я подложил Нату еще блинов. — Нормально, мне даже нравится, это на себя лениво, а так две довольные моськи мне в радость.       — Технически, почти четырем ты готовишь, — улыбнулся омега. — Эти двое, что внутри, тоже питаются тем, что я ем. Так что ты готовишь на четверых! Гордись.       Рассмеявшись, я согласно покивал и положил блинчиков Эрику, поясняя:       — Еще на двоих.       — Вот на это я и рассчитывал, — обрадовался омега.       — То есть, когда я буду беременным, Жак будет готовить мне блинчики? — спросил Джонатан.       У меня дрогнула рука, и я чуть сковороду не опрокинул.       — Пока тебе блинчики готовлю я и папа, молодой человек, — смотря на сына, говорю твердо и уверенно.       — Пока да, а вот в восемнадцать я выйду замуж за Жака, — уверенно сообщил Нат.       — Давай, ты закончишь колледж, а потом замуж? — предложил Эрик.       — Это долго, — пробурчал Разрушитель.       — Кстати, да, — поддержал я Ната. — Разрушитель у нас омега, он может развестись в любой момент в одностороннем порядке. Почему он должен сожительствовать? Если Жак настроен серьезно, то пусть зовет на прогулку к алтарю, если нет, то проваливает. Нечего занимать место, сам не «ам» и другим не дам. Освободит место для другого решительно настроенного альфы.       Джонатан тяжело вздохнул.       — Но колледж тебе, Нат, все равно придется закончить. Кем ты бы хотел быть в будущем?       — Пожарным! Или суперменом! — весело сообщил сын.       — Хороший план, но альфы у нас идут в пожарные. Работа рисковая, а омеги очень ценны. Но, ты можешь пойти в медицинский, в тех же пожарных командах есть медик. Будешь уметь то, что не мог супермен — лечить, — предложил я.       — Я хочу спасать, а не лечить! — горячо заспорил Джонатан. — Пожарные герои, а медики — нет!       Эрик поднялся и тихо сказал, на ухо, делая вид, что берет из холодильника сок:       — Не спорь, месяц назад он хотел быть акваменом или маляром.       — У пожарных лучше реклама, — улыбнулся я. — Джонатан, работа некоторых не всегда на виду, но она очень важная.       — Знаю, но я хочу быть на виду. Хочу быть важным и незаменимым, — заверил Разрушитель.       — О, поверь, без медиков даже царапина на пальце может стать опасной. А ты и так важен и незаменим. Для меня и папы, для Жака, понимаешь?       — Да, — кивнул Нат. — Но я хочу работать кем-то важным, — и глухо добавил: — И вида крови я боюсь.       Я улыбнулся.       — Ну что ж, в любом случае хорошая физическая подготовка очень важна. Как на счет гантель и пробежек со мной?       — Хорошо! А еще бассейн с па, — радостно отозвался Джонатан, улыбаясь мне.       — Попробуем, — кивнул я. — А пока ешь, ты — растущий организм.       Эрик дождался, пока сын доест, и послал его за рюкзаком и только потом сказал:       — Учти, что он омега, ему сильно качаться нельзя, а то может произойти сбой в организме.       — Хорошо, я посмотрю тренировки для него, да и не думаю, что его хватит на слишком долгий срок. В спортзале есть группа для детей с родителями. Это уж скорее мне с ним будет весело, — улыбнулся я, наливая себе сока.       — Кто-нибудь знает, что он твой сын? Ему не хватает дядь, кузенов, прадедушки. У него только я был, — вдруг сказал омега. — Я не хочу на тебя давить, просто подумай об этом.       — Нет, я не говорил никому. Думаешь, пора? А ты сам готов знакомиться с моими родственниками? Они не пристают, не звонят и не ходят под окнами только потому, что я запретил. Они как вороны слетятся на твой живот, а Ната вообще из рук в руки будут передавать. К тому же, я совсем не уверен, что смогу вас отбить, — улыбаясь, пояснил я.       — Я сам могу отбиться, — заверил Эрик. — Да и Разрушителю будет полезно узнать родню. Твой брат скоро рожает, ему будет не до нас.       — Хорошо, я позвоню им и подготовлю, а в выходные устроим ужин, — поймав ладонь Эрика, я притянул его к себе, усадил на колени. — А как на счет нас? Я тоже не хочу давить, но настроен решительно. Я хочу стать твоей семьей и на бумаге.       — Ты хочешь стать моим мужем? — удивленно отозвался омега. — Я...       Договорить он не успел, к нам вбежал Джонатан и посмотрев на нас спросил:       — А я могу на коленях Жака сидеть?       — После восемнадцати, — глянув на него строго, я не выдержал и рассмеялся. — Я тут предлагаю твоему папе пожениться. Что думаешь? Хочешь быть моим шафером, нести кольца и помочь все устроить?       — Да! — радостно отозвался он. — Очень!       — А меня спросить?       — Па, скажи да! Ну пожалуйста! Я хочу нести кольца, я хочу свадьбу! — начал уговаривать сын, и омега махнул рукой, соглашаясь.       Рассмеявшись, я обнял Эрика и горячо зашептал ему на ухо.       — Спасибо, что нашел меня. Я тебя очень люблю. Ты особенный, — я поцеловал Эрика в уголок губ.       — Будешь плохо себя вести, разведусь и заберу себе этот дом, — шутливо заверил омега.       — Договорились, — я притянул к себе Джонатана и крепко обнял своих дорогих омег.       Мы разъехались: я — на работу, Эрик повез сына в школу и потом уехал на свою фирму.       После работы до выходных я колесил по ювелирным, разыскивая подходящие кольца. Пока не нашел потрясающую пару в престижном ювелирном доме в центре.       Желтое золото, византийский стиль, достаточно толстые, благородные. А кольцо альфы чуть более темное, красноватое. Они сразу же мне понравились.       С родней вышло не так уж и сложно. Первым объяснил Адаму, затем позвонил дедушке, а после Питеру, приглашая их всех приехать к нам. Только к дедушке обещался заехать сам на зимних каникулах Джонатана, покажу ему внука, а о двойне деда и так знал.       В общем-то, больше у нас родни и не было, разве что у мужа Адама есть забавный кузен-омега. Душа любой компании, а поскольку он у них в гостях, тоже обещался прийти. Сам я нанял повара, что будет для нас готовить. Только мясо запеку сам.       Утро субботы началось с грохота и вскрика где-то внизу. Эрика уже в постели не было, я вскочил и бросился вниз. В прихожей лежал шкаф, вернее, его части.       — Разрушитель постарался.       Эрик стоял возле бывшего шкафа и ошарашенно на него смотрел.       — Ты в порядке? Не задело? — я осмотрел ступни и руки омеги, а потом громко крикнул: — Джонатан!       — Я только испугался, — тихо выдал омега. — Он выглядел надежным. Просто я прошел мимо, хотел завтрак приготовить.       В этот момент пришел Разрушитель, сонный и в пижаме.       — Нат, твоя работа? — я указал на шкаф.       — Да... Но я его потом собрал, — признался омежик.       — И все же шкаф развалился. Нат, ты понимаешь, что, упади он на твоего беременного папу, могло случиться ужасное? — я подошел к сыну и присел перед ним на корточки. — На поздних сроках даже испуг может спровоцировать преждевременные роды. Все это очень серьезно, Джонатан. Я не против твоего увлечения, но давай договоримся, что ты ограничишься своей комнатой и конструкторами, а остальное мы будем собирать вместе. Все это очень серьезно, нам нужно присматривать за папой и заботиться о нем. Хорошо, Нат?       — Хорошо, я больше не буду! — испуганно отозвался сын.       — Со мной все хорошо, — тут же присел рядом Эрик. — Давай просто будем осторожнее.       — Да, Нат, немного внимательности и осторожности, — я обнял сына и поднял на руки. — Эх, мелкий, не расти слишком быстро, а то не смогу таскать тебя вот так. Ну что, делать зарядку, умываться и завтракать? Гости приедут к двум.       Я поцеловал Эрика в щеку и понес в гостиную Ната, там мы обычно занимались с гантелями, а потом еще немного растяжки. И для сына полезно, и мне не повредит.       Когда я вернулся из душа, на столе стыл завтрак: омлет, бекон, сок, булочки с маслом. Эрик себе положил только фруктовый салат и залил его йогуртом.       — Тошнит от запаха еды, а есть хочется, — сообщил он обиженно.       — Бывает, — я погладил его по голове. — Если почувствуешь, чего хочется, то привезу.       Мы с Натом взялись за омлет, прожевали булочки и прибрались. В целом, времени до обеда еще много, повар прибудет позже и делать особо нечего. Шкаф-то мы собрали в рекордные сроки. Да и уроки Нат сделал еще вчера. В итоге мы сели играть в видеоигры, Эрик предпочитал наблюдать, лишь иногда забирая у меня джойстик.       — Нат, как у тебя с Жаком? — спросил я.       — Отлично! Только па не разрешил мне летом с ним и его семьей слетать в Италию. А еще Жак носит мой рюкзак, — похвастался Нат.       Я глянул на Эрика.       — А почему папа отказал? — уточняю. — С рюкзаком он молодец. С учебой помогаешь Жаку?       — На две недели отпустить его в Европу? Ему девять лет, а не восемнадцать! — возмутился мой зеленоглазый.       — Так не одиночное же паломничество. Со взрослыми и Жаком.       — Нет, Марк. Давай поговорим с тобой вечером, — примирительно сказал омега. — Нат, кто через два дня из лагеря домой запросился?       Разрушитель насупился, я же решил подождать, Эрику видней.       — Ну вот — я главный монстр в семье. Давайте так — этим летом Нат едет в лагерь и, если сможет пробыть там две недели, то в следующем мы поговорим об отдыхе с родителями Жака, — предложил омега, и Разрушитель кивнул, радостно соглашаясь.       Улучив момент, когда сын увлекся игрой, Эрик пояснил:       — Помнишь сеть отелей Роял? Они отчасти собственность семьи Жака. Первый отель построил прадед жениха нашего сына. Его отец работает веб-дизайнером, но отдыхают они в этих отелях по всему миру бесплатно. Но Нату еще рано путешествовать без родителей.       — Меня часто тянуло из дома, но на новом месте я не понимал, что творю, пугался и просился обратно. Или сбегал. Но в целом, мне нравится весь тот опыт и все те воспоминания, что мне удалось получить. Нат тоже может жаловаться или, скорее, бояться, но когда еще он может быть безумным? Новые знакомые, места, города, страны, люди — пусть смотрит на мир, раскрыв глаза, когда-нибудь это будет весьма ценно. На некоторые безумства нужна молодость, здоровье и юношеский максимализм.       — Он еще ребенок! — горячо зашептал Эрик. — Ему девять лет, Марк. Он еще маленький! Ему нужна сказка на ночь и я рядом. Когда я буду в роддоме, ты это поймешь. И вообще, такие важные вещи мы в будущем будем обсуждать и принимать решение вдвоем. А не спорить при детях.       — Ты, кстати, мне даже не сказал и решение принял один. А я не спорил, я задавал вопросы. И Италия — не лагерь, к тому же условия другие: рядом Жак, а не кучка надоедливых незнакомых ребят. Я думаю, что он должен ехать, но мы можем продолжить разговор вечером, — я взял Эрика за руку, не хочу, чтобы он думал, будто мы ссоримся. Зачастую я слишком порывист в высказываниях.       — Я... не прав, прости. Просто привык подобные решения принимать в одиночестве, — сжал мою руку Эрик. — И у Жака пять братьев-альф.       Я обнял Эрика за плечи, поцеловал в уголок губ.       — Понимаю, и я не ссорюсь. Ну, попросится он домой, так в этом нет ничего страшного, слетаю за ним и привезу. Или родители Жака посадят Ната на самолет, а мы встретим. Давняя практика, бортпроводник приглядывает за ребенком на борту и передает родителям после подтверждения их личности. Что-то еще тебя беспокоит? — прижимаюсь губами к виску.       — Я сам не привык к его отсутствию, — смущаясь, сказал Эрик. — Он со мной уже девять лет. Я даже в сад его не смог отдать. А тут на две недели отпустить...       — Я примерно так и подумал, — глажу по голове своего омегу. — Мы бы поехали, но мелкие ведь не дадут. Хотя, все может быть, время-то еще есть.       — Не стоит совсем маленьких везти в Европу, а вот через год... — мечтательно улыбнулся зеленоглазый. — Нат, дай мне джойстик, я твоего отца обыграю.       — Это еще кто кого! — я охотно принял вызов, и мы играли до самого прихода повара.       Тот подготовил продукты, я занялся мясом, получив парочку дельных советов, а, отправив окорок в духовку, почистил яблоко Эрику. Тот таскал листья салата и овощи, и повар пообещал приготовить для него несколько блюд и десерт отдельно, на случай, если обычное меню не подойдет.       Гости стали подъезжать к закускам. Сначала Адам с мужем и его братом, потом Питер. Мелкие быстро расползлись по дому.       Мой брат, огромный, круглый, сразу занял собой все пространство. Дата его родов была назначена на послезавтра, и его муж не спускал с него взгляда.       — Так, у меня уже есть племянник, — задумчиво сказал Адам. — Марк, твой старший чуть младше моего старшего. Только у тебя омега. Поменяемся?       — Он уже на все готов пойти, омегу хочет, на живот медитирует, как только тот заметен стал, — выдал Гейб, подавая моему братишке стакан сока. Я только хмыкнул на это.       Питер ухаживал за своим Сайто, мы потихоньку перемещались по гостиной, пробуя закуски и ведя разговоры.       — Я его понимаю, сам хочу омег. Уговариваю живот, — сообщил Эрик.       — А первый как получился? Боюсь, опять альфа родится, — спросил Адам.       Пока они разговаривали, Питер подошел ко мне и тихо поинтересовался:       — Джонатану девять, значит, с Эриком ты был в колледже. Почему ты сразу его не узнал?       — Мы виделись мало, провели вместе одну ночь, в которую я был пьяным и под кайфом от каких-то таблеток, что мне подмешали. Сам Эрик носил другую фамилию, а представлялся первым именем. Ну и весил он килограмм сто-сто десять. Ты же знаешь мою память на лица, а тут еще такие перемены во внешности, — повинился я. — Если бы он не откликнулся на анкету, не заговорил... У меня столько лет сын, а я половину его детства пропустил. Не видел мелким, не кормил, не купал, не учил говорить... Даже вот это пропустил.       Я достал телефон и показал одну из выданных Эриком фотографий, там четырехлетний Нат держал в руках букет из осенних листьев и выглядел жутко довольным.       — Красивый у тебя сын растет. Сейчас что планируешь делать? А фотографии Эрика времен колледжа у тебя нет? Очень уж любопытно. Знаешь, Нат похож на тебя, я думал, что ты во вкусе омеги, а отец Джонатана похож на тебя был. С Сайто поспорил, что вы поженитесь. Я же не проиграю свои пять баксов? — спросил Питер.       — Нет, я уже купил кольца, а Эрик согласился, — шепнул я, листая фото на телефоне и показывая Эрика из прошлого. — Хочу сегодня надеть ему на палец колечко и объявить. Церемонию можно провести дома, но мы не обсуждали еще.       — Ты главное не дави сильно, пусть сам решит со свадьбой. С животиком он будет мечтой всех альф — красивый омега в положении, — вздохнул Питер. — А вот моя свадьба будет с соблюдением всех традиций. Я уже и костюм заказал. В кимоно буду смешон и нелеп, но что делать...       — Да уж, но главное они тебе Сайто отдадут, а из тряпок его вытряхнешь позже, — хохотнул я.       — Это да! Заберу и увезу в свой дом. Наконец Сайто не будет никуда спешить, — заверил Питер. — Правда, от его родителей я полностью не избавлюсь. Все равно будут в гости приходить.       — Ничего, я в тебя верю, ты справишься. А там и мелкого сделаете, еще веселее станет.       Настало время салата, и мы постепенно подтянулись к столу.       Адам умудрился сесть рядом с Эриком, мило с ним беседуя и не давая шанса ни мне, ни своему мужу вмешаться в разговор. К моему удивлению, Разрушитель пришел вместе с Анжелом, похоже, несмотря на ситуацию с Жаком, они подружатся.       Да, мы так и не выясняли, что там с причинами. Возможно, Анжел хотел убедиться, что нравится альфам из-за ситуации с танцами и нехваткой партнеров.       Когда первый голод был утолен, подали горячие, я резал мясо, но Эрик пока ел фрукты и овощи. Перед десертом полагался перерыв, и я утащил своего омегу в другую комнату.       — Ну как ты?       — Все хорошо, только подташнивает, — улыбнулся мне Эрик. — Твой брат очень много говорит! Просто бесконечно много. Как ты? Дети еще не надоели?       — Я их пересчитываю иногда, но они все равно разбредаются, — жалуюсь, улыбаясь. Притянув к себе Эрика, поцеловал в висок, мы немного постояли в тишине. — Я хотел бы сделать все по правилам, — опустившись на одно колено, достал кольцо омеги. — Эрик, я очень тебя люблю и рад, что у нас есть Джонатан и вскоре будут еще дети. Выходи за меня, пожалуйста.       Омега замялся, чуть смущаясь.       — Так и хочется сказать: «я подумаю». Но, если честно, конечно, я согласен.       Он забрал у меня кольцо и надел на палец.       — Спасибо! Жук ты мелкий, — я протянул ему свое и подставил палец.       Эрик улыбнулся и надел мне.       — Какой есть.       — И отлично, — я поцеловал пальчики и обнял Эрика. — Хороший мой, замечательный омега, как скажешь, так вернемся к остальным. Как они тебе? Ты их видел, конечно, но раньше они знали меньше. Вообще, они удивительно дружелюбны, обычно спасу от них нет. Разве что Адам, он всегда такой. Если он болтает, то болтает.       — Питер славный. Его жених очень застенчив и молчалив, за последнее ему спасибо. А вот муж Адама для меня непонятен, я бы с твоим братом через пару дней с ума сошел, — весело сказал Эрик. — Пойдем, Нат точно будет рад!       — Вообще, я не хотел делиться Адамом и даже дрался с Гейбом, но отогнать его не удалось, так что сам удивляюсь, — мы вернулись к столу держась за руки, и я поднял сцепленные ладони вверх, показывая кольца.       Первым кольца заметил Адам и тут же принялся нас поздравлять. Следом присоединились остальные. Эрик заметно напрягся, оказавшись в центре внимания.       — Не съедят, но поднадкусывают, — шепнул я Эрику, а своим пригрозил кулаком. Они немного присмирели, но только немного. И уж точно не Адам. Он вновь заграбастал Эрика себе.       Омега тяжело вздохнул, слушая про то, какую красивую свадьбу сделал им Гейб.       До конца вечера Адам пытал Эрика по поводу нашей церемонии. Когда гости разошлись, мой жених настолько устал, что заснул мгновенно, едва голова коснулась подушки.