История одного отцовства

      К дедушке мы слетали успешно. Он был в восторге от внука, от Эрика, от еще двух мелких на подходе. Мне же достался подзатыльник, правда, наедине. Деда поругал, что я упустил Эрика раньше, и обещал перекинуть через колено и высечь, если я сглуплю еще хоть раз. Даже если подумаю об этом.       В общем, выходные удались на славу. Дальше дни летели за днями. Врач, зарядка с Натом, постепенно создающаяся детская. А потом пришел день встречи выпускников.       Эрик угадал со своим костюмом: живот был небольшим, но скрыть его уже невозможно. Омега и сам чуть поправился, стали не так заметны скулы, он весь округлился. Да и запах его стал другим — мягче, уютнее, скорее побуждая альф защищать и заботиться, а не возбуждая.       У университета мне повесили бейдж с именем и фото времен учебы, а Эрика пропустили как моего спутника. В зале уже собралась половина моего курса. Ко мне почти сразу подошел Майкл, тот, что разболтал об Эрике в свое время.       — Привет, дружище! Как вижу, ты остепенился, — рассматривая Эрика, сказал Майкл.       И хотя подмывало выдать ему пару нелестных эпитетов, но я пришел сюда не ссориться, к тому же это дела давно минувших дней. Майкл выглядел таким же беззаботным весельчаком, вполне симпатичный альфа, разве что волос на голове чуть меньше, да и был он уже не столь угловатым.       — Привет, Майкл, — мы пожали друг другу руки. — Да, остепенился. Это Эрик, дорогой моему сердцу омега.       — Приятно познакомиться, — протянул он руку моему жениху.       — Взаимно, — отозвался Эрик. Альфа не спешил отпускать руку омеги, осторожно сжимая, мягко, но настойчиво, не отпуская.       — А вы очень красивы, — сообщил Майкл.       — Спасибо, я в курсе, — ответил омега и высвободил руку.       — Не клейся к моему жениху, а то начну ревновать, — шутливо одернул я друга, впрочем, мой тон ласковым не назовешь. — Ты один?       — Да, мне не с кем было прийти, — устало ответил Майкл. — Завидую тебе, если честно. Скоро ты станешь отцом.       — Я уже, — нахмурился я, не понимая, к чему такая фраза. — Ничего, встретишь еще, да и программа у центра есть. Из наших уже видел кого?       — Да, Дага, Риса и Кена с Верном, последние двое вместе, как оказалось. Забавная пара из двух альф вышла. А программа центра мне не поможет, — отмахнулся Майкл, смотря на Эрика и его живот. — Так если ты уже отец, почему этот красавчик тебе еще не муж? Эрик, Марк не решается на брак, бросай его и уходи ко мне. Я живу в Майами у воды.       Последнее он сказал почти шутливо.       — А может, это я свадьбу перенес, не думал об этом? — спросил омега, мой друг лишь пожал плечами.       — Кен с Верном соревновались и дрались друг с другом, сколько мы учились, — попробовал я сменить тему. — Бывает же. Недавно читал статью, что количество пар альфа и альфа растет, тогда как омеги предпочитают все чаще оставаться одни, даже детей растят сами для себя, уходя от обязательного участия в программе центра. Не слишком утешительные прогнозы.       — Центр запустит новую программу, она проще и ни к чему не обязывает. Так что, надеюсь, одиноких омег станет меньше, — рассказал Эрик, и Майкл тут же начал выведывать подробности, вовлекая моего жениха в разговор.       Постепенно мне удалось сместить этих двоих в сторону стола с закусками, на который Эрик украдкой бросал взгляды.       Сам я поздоровался еще с несколькими знакомыми, отмечая, что большая часть пришла в одиночестве.       Добравшись до закусок, Эрик полностью отвлекся на них, и Майкл отстал, уходя к Габриэлю — омеге с нашего курса. Тот был с мужем-альфой младше его лет на десять.       Пользуясь тем, что у Эрика руки заняты, я обнял его со спины и поцеловал за ухом.       — Ну, как ты тут? Не устал?       — Нет, тут столько еще не съедено! — весело заявил омега. — Это Майкл про меня слух пустил?       — Думаю, да, я только ему рассказал, — я стащил тарталетку с тарелки Эрика.       — Верни, — строго приказал омега. — Она моя, я ее первым взял! Ты ему одному сказал, а он всем. Так и хочется ему отомстить и испортить всю жизнь. Я даже знаю как. Пригласи его покататься после вечера. Подсуну ему омегу: очень красивого, беременного и с сыном, и о-о-очень вредного.       Я посмотрел на Майкла, поднес тарталетку к губам, но под суровым прищуром Эрика вернул ее на тарелку.       — Давай, вдруг, ему еще и понравится. Ты же видел, как он на твой живот смотрел.       Я подошел к столу и взял себе закусок, выбирая именно те, что Эрик попробовать не успел, и принялся их уминать.       Омега фыркнул и нагло перекинул содержимое моей тарелки на свою, а потом отошел и кому-то позвонил.       — Отлично, Шелдон согласился встретиться, — сообщил Эрик, вернувшись. — Как тебе?       Он показал мне фотографию блондина с карими глазами, полными губами и веснушками на носу.       — Майкл купится? Шелдон на седьмом месяце.       — Есть же падкие как раз на беременных, попробовать можно. У Шелдона с его альфой точно все кончено? — я стал следить глазами за Майклом, вдруг, еще улизнет.       — Бывший избил его четыре месяца назад, сломал четыре ребра и обе руки, едва не спровоцировав выкидыш. Альфу уже посадили, — сообщил Эрик.       Я тяжело сглотнул. Внутри все на миг заледенело.       — Ужас какой... Если с Майклом у них не получится, Шелдон справится? Конечно, сегодня они увидят друг друга в первый раз, но не думать о дальнейшем ведь нельзя.       — Шелдон — тот еще фрукт, он справится, — заверил мой жених. — Он сильнее, чем кажется.       — Бывают же уроды среди альф, — я покосился на тарелку Эрика, потом на танцпол. — Может, перерыв? Немного потопчемся.       — Можно, только договорись с Майклом, — попросил Эрик.       Я кивнул.       — Через сколько и где?       — Через два часа, место тут в пятнадцати минутах езды, — инструктировал Эрик.       — Тогда доедай, я хочу потанцевать с моим женихом, — подмигнув Эрику, отошел к Майклу.       Убедить альфу труда не составило. Он оказался совсем не против нашей компании и беременного одинокого омеги. Про сводничество Майкл догадался, наверняка, но не уточнял, а я не спешил подтверждать его соображения.       А потом я танцевал с Эриком, кормил его, всячески тискал и ухаживал.       Мы оставались чаще вдвоем, время от времени прилипая к какой-нибудь компании, но не надолго. Эрика так никто и не узнал, но он, вроде, не расстроился. Зато нас поздравляли и желали всех благ.       Вскоре мы уже ехали за Шелдоном. Тот бесстрашно ждал нас на улице, обнимая свой живот и пытаясь отвязаться от двух альф-копов.       Припарковавшись, я вышел первым и открыл дверь Эрику. Майкл с любопытством глянул на Шелдона и, подойдя, кивнул ему, взяв знакомство на себя.       — Добрый вечер, господа, наш знакомый набедокурил? — улыбаясь, спросил Майкл полицейских, а тут и мы подошли.       Эрик тут же заграбастал Шелдона и выпятил живот, хотя его и так было заметно. Но все же Адам моего омегу трюкам обучил.       — Нет, что вы! Просто ему в его положении не стоит бродить так поздно по улице одному, — ответил один из офицеров.       — Спасибо, я учту, — мило ответил Шелдон и обворожительно улыбнулся полицейским. — И буду вызывать полицию, если захочу в полночь мороженого.       Эрик хмыкнул, а альфы замялись и отошли.       — Приятно познакомиться, меня зовут Майкл, — альфа протянул ладонь. — Вы прекрасно выглядите, не удивительно, что полицейские забеспокоились.       — Я? Прекрасно? Ну, если не считать проглоченный арбуз, то — да, — омега пожал протянутую руку. — Шелдон.       — Мороженого? — с улыбкой предложил Майкл, перейдя в активное наступление.       — Можно и мороженое, — кивнул блондин и подмигнул Майку. — Но лучше поесть и сыграть в боулинг!       — О! Поехали в боулинг! Мы вас обыграем! — согласился Эрик, и омеги с хитрым видом переглянулись.       — Шар тяжелый, — Майкл в ужасе уставился на Шелдона. Я лишь согласно закивал и с погрозил пальцем Эрику. — Бильярд, караоке, кино...       — Пейнтбол, хоккей, боулинг, — предложил блондин. — В бильярд с животом играть не удобно. Караоке с Эриком... Мне пить нельзя. А в кино сейчас ничего интересного.       Эрик промолчал, но явно о чем-то задумался.       — Пейнтбол с беременными омегами? Да я скорее сам себя застрелю, — удивился я такому выбору.       — Настольный хоккей? — мы с Майклом переглянулись, я кивнул, и он продолжил: — Что получают победители?       — Все, что со столом, отпадает! Ты попробуй с таким животом через стол перегнись, — весело отмахнулся Шелдон и строго сказал животу. — Не пинайся! Спи уже! Ладно, давайте тогда ко мне и в знаменитостей играть?       — А, может, в «Иф»? — тихо спросил Эрик.       — Что за «Иф»? — не понял я, и Майкл выглядел озадаченным, умудряясь еще глупо улыбаться, пялясь на живот Шелдона.       Мне вот Эрик не разрешает столько за раз смотреть.       — «Иф» — игровой клуб. Там играют в убийства, монополию и множество других вещей, — рассказал Эрик с улыбкой.       — Найдем что-нибудь интересное! — заверил блондин.       — Заманчиво, идем, — Майкл предложил руку Шелдону. — Вы часто в него ходите?       — Давно не были. В последний раз с Эриком еще месяцев пять назад, — взял альфу под локоток блондин.       — Я объясню, как доехать. Так что нам будет, когда мы победим? — спросил Эрик у меня.       — М-м-м, — я задумался, открывая дверь машины, — лично ты меня поцелуешь, дашь живот потрогать и три фото Разрушителя.       — Угу! Тогда с тебя массаж, завтрак в постель и еще кое-что, о чем скажу наедине, — хитро прищурился Эрик.       — А ты что хочешь в случае победы? — спросил Шелдон у Майкла.       — Свидание с вами, — выдал Майкл.       То ли он так влюбчив, то ли ловит любой шанс. Хотя и в универе Майкл был обходителен и галантен, для него любой омега — существо возвышенное и эфемерное. Не был бы он еще так болтлив... И все равно, неприятности исходили из меня тогда, надо жить дальше.       — Можно на «ты». И давай так, выиграешь ты, будет свидание со мной, выиграю я — со мной и моим сыном, — весело сказал блондин, с любопытством смотря на альфу и ожидая его реакции.       — О, у тебя есть еще ребенок? А сколько ему? А фотографии есть? — тут же закидал вопросами Майкл, и они оживленно принялись болтать на заднем сиденье.       Я лишь порадовался, что Шелдона чем-то заинтересовал мой друг. Не маленькие — разберутся. Эрик указал поворот.       — У меня в вещах есть наручники, — прошептал мне на ухо Эрик. — Проиграешь — я на тебя их надену.       — Да ты ж маленький извращенец, — удивленно выдохнул я, едва не проехав еще один поворот. И откуда у Эрика вообще подобные «игрушки»?!       Клуб оказался недалеко, так что добрались мы быстро.       Небольшой многоквартирный дом. На первом этаже магазин цветов. Игровой клуб с кафе расположился на втором. Плата шла за вход или за игровые сутки. После можно брать кофе и крекеры в неограниченном количестве, а сок нашим омегам пришлось купить.       В комнате во множестве стояли диваны, кресла, стулья, полки с книгами и коробки с играми, а посетители здесь — омеги и альфы всех возрастов. Играть можно самостоятельно или объединившись с другими группами.       — И так, что берем? — деловым тоном спросил Эрик и потянулся к коробке с эрудитом, и вдруг вскрикнул, обхватил руками живот и выдал. — Толкнулся!       — Не подерутся? — обрадованно спросил я, кладя ладонь рядом с ладошками Эрика, но толчка больше не было. Я обнял омегу и поцеловал в висок. — Люблю тебя.       — И я тебя, — он накрыл мою ладонь своей, а пальцами второй не сильно постучал по животу. В ответ изнутри пнули мою ладонь. — Чувствуешь? Пинается, не нравится ему.       Я улыбнулся.       — Забавно так, я и раньше понимал, что там человечки, но получить доказательство жизни вот так... странно. Интересно, кто из них боевой такой? А они ведь точно не подерутся?       — Конечно не подерутся! Они же маленькие совсем. Но меня попинают знатно... С ними уже можно говорить, они могут узнать твой голос, им может нравиться музыка, они будут волноваться, если мы будем ссориться. Они живые и уже многое чувствуют, — рассказал омега.       — Мой вот проснулся и постоянно пинается, — сообщил Шелдон. — Он или спит, или играет внутри в футбол. Леон был не таким, почти не пинался.       — А Нат меня будил в три утра всегда. А днем спал, — сообщил Эрик.       — Ничего себе, такие маленькие, а уже со своим режимом, — заметил Майкл. — Давайте присядем в стороне ото всех, может, тогда детям станет спокойней? Так у тебя двойня, Марк? Редкий случай.       Я кивнул, забирая «Эрудит». Мы заняли угловой диван со столиком, взяли крекеров и крендельков. Омеги еще попросили бананов, мороженого и чая.       — У меня в семье каждое поколение двойни, а один раз была тройня, — сообщил Эрик. — Так что о таком риске я знал. Хорошо, что все же не тройня. Меня бы сразу на сохранение положили.       — Да, Эрик до сих пор ходит на работу, не могу его отговорить. С тройней точно пришлось бы к кровати его привязывать, — пожаловался я, пока мы раскладывали игру.       — С тройней он бы лежал в больнице всю беременность. А ходить на работу не вредно. Вот начнет уставать — уйдет в декрет. Альфы и закон слегка перестраховываются с нашей беременностью, — заверил блондин.       — Омег так мало, а нас так много, что лучше уж пусть перестраховываются, — сказал Майкл.       — Но не до такой же степени! Я работаю врачом, и меня не то что на смены суточные не ставили, мне выделяли лишь три часа в день. Еще и пациентов давали легких, тех кто вменяем и точно будет жить, — пожаловался Шелдон.       — Угу! А мне уменьшили объем работы, и секретарь шефа ланч приносит, — пожаловался Эрик.       — Но ты туда все равно ходишь, разыгрывай бедняжечку как Адам, тебе дадут, что попросишь, — предложил я. — Это у меня иммунитет, помогает только вымогательство.       — Шелдон, а работа врача не опасна? Контактируешь с больными пациентами, — спросил Майкл.       — Я хирург, а не инфекционист. А аппендицит не заразен, да и нет его у меня, — хмыкнул Шелдон.       Мы взяли буквы и начали играть, составляя слова. Эрик и Шелдон быстро вышли вперед, обмениваясь странными взглядами.       — А живот не мешает? — прямолинейно спросил Майкл. — У вас красивые руки, длинные изящные пальцы. Я решил, вы увлекаетесь живописью.       — Майкл играет на пианино, хотя об этом мало кто знает, — сдал его я. — Не разучился?       — Нет, практикую в своем домике на пляже Майями. Я бы тебе сыграл, Шелдон.       — О! На берегу — романтичнее не придумать, — признал блондин, улыбаясь. — Я уже месяц в декрете. С таким животом оперировать сложно. Хотя мой ординатор оперировал до родов и продолжил через неделю после. Его альфа сидит с детьми в декрете. А чем вы занимаетесь, Майкл?       — В основном дизайном этикеток для бутылок вина, так же эмблем компаний, школ и прочих, кто заинтересует. У моей семьи слишком много денег, чтобы работать ради них, но ничего не делать скучно, а рисовать и придумывать мне нравится, — рассказал Майкл.       — А еще он написал два графических романа под псевдонимом, это на момент учебы, сейчас, полагаю, их больше? — встрял я.       — Да, выходят примерно три-четыре в год, сейчас их тридцать два, но это хобби. Не бестселлеры, но я получил массу удовольствия, их придумывая.       — Графические романы? А какого жанра? — заинтересовался Эрик.       — Меня это тоже интересует, — подтвердил Шелдон.       — Любовные, в основном вперемешку с фантастикой и фэнтези, — пожал плечами Майкл, выкладывая новое слово. У меня же было меньше всех очков, и другу я совсем не помогал.       Эрик выложил длинное «квинтэссенция» и кивнул:       — Ясно, не про супергероев, значит, мы с Разрушителем не читали.       — Угу! Вот если бы про них, — сказал Шелдон, выкладывая «энергетический», — то Эрик бы точно смог пересказать сюжет.       Я невольно заметил, как блондин зажал одну из букв в руке.       Майкл приуныл, я же стал наблюдать за омегами, увлекшись больше ими, чем игрой. Какое-то время мы разговаривали ни о чем, потом кулак Шелдона нырнул под стол, а затем и Эрик невзначай убрал руку, делая вид, что колено чешется. Я показал на них глазами Майклу, тот нахмурился, раздумывая.       — Помните, что получают победители? — неожиданно спросил он. — Так вот, все полагающееся нам умножается на десять, а теперь давайте играть в «монополию».       — Как на десять? — возмутился Эрик.       — С какой стати? — изобразил невинно-возвышенное выражения лица блондин. — Мы же вас обыгрываем! У нас очков в разы больше!       — Вы два маленьких беременных жулика, — выдал Майкл.       — Эм... Мы не жульничали, — тихо и глухо сказал Шелдон, обнимая себя за живот. — С чего вы взяли?       — Не сработает, моего брата Адама никто не переплюнет, — сказал я. — Вы передаете буквы под столом.       — Нам волноваться нельзя, — печально сказал блондин, — а вы тут доказываете, что мы мухлюем!       — Вы не волнуйтесь, мы не доказываем. Мы знаем, — твердо сказал я и уставился на Эрика. — Ая-яй, Эрик.       — Ты не хочешь со мной на свидание? — спросил о самом главном для него Майкл. — Вы бы и так выиграли. Судя по всему, Марк так и не научился играть.       — Хочу, но не уверен, что хочу на все десять! Давайте за мухлеж в тройном размере выигрыш, — предложил Шелдон.       — Это девять фоток Разрушителя! А как я потом буду склонять Марка к нужному мне торту? — возмутился мой омега.       — В пять раз больше, штраф за отрицание в начале, — решил я. Майкл закивал.       — Я не буду принуждать даже на второе свидание, если не понравлюсь, то зачем мучить кого-то и вынуждать меня терпеть, — несколько расстроено вздохнул Майкл.       — Хорошо, тогда я согласен в пять раз больше за мухлеж, — решил блондин и улыбнулся альфе. — Майкл, пока мне твое общество нравится.       А вот Эрик надулся и обиженно засопел.       Я погладил его по голове.       — Сам виноват, но я тебя все равно люблю. И массаж сделаю.       Он тяжело вздохнул и заявил:       — Мы отыграемся в монополию!       Уверенность омеги в победе навела меня на мысль, что они будут опять мухлевать.       — А там другие ставки, полученные не подлежат реформам. И предлагаю пересесть за стеклянный стол, — я указал на один из таких у противоположной стены.       — Хорошо, стеклянный, так стеклянный, — прищурился мой жених. — Что хочешь в случае победы?       — Профессиональное портфолио с тобой и Натом. Фотографируемся все трое, — предложил я. — Зимняя тематика и рождественская.       — Я выиграю и сам выберу торт, — ответил Эрик.       — Хм... А мне на что сыграть? — задумался Шелдон на минуту. — О! Если я выиграю, Майкл, ты мне расскажешь о своем самом отвратительном поступке.       — Хорошо, — легко согласился я, — но тогда за мной цветы.       — Ой, я не был тихим альфой, боюсь, так сразу и не припомнить... Придется не проигрывать, — улыбнулся Майкл.       Мы убрали «Эрудит» и разложили «Монополию» на другом столе.       То ли удача была на стороне омег, то ли они опять хитрили, но постепенно стало понятно, что они выиграют. Но в этот раз виноват Майкл, точно говорю. После предложения Шелдона о постыдном поступке, друг ушел в себя. Видимо, вспоминая, анализируя, а оттого становясь все более рассеянным.       — Так не честно, вы в большинстве, — хмыкнул я, взглядом указывая на животы и улыбаясь.       Эрик рассмеялся, а Шелдон заспорил:       — Ладно, мой точно за меня. А вот двое Эрика вполне могут играть за отца. Итого трое за нас и четверо за вас.       — Вот ведь... отбрил. Я в «Монополию» хорошо играю. В этот раз точно Майкл виноват. Надо играть в «твистер», — серьезным тоном предложил я безумную идею.       — Издеваешься? — спросил Эрик. — Мы же проиграем и будем падать!       — Угу! А если я удачно упаду, то рожать начну прямо сейчас, — заверил блондин.       — Тогда будем считать, что мы уже победили, ваша капитуляция принимается, — не сдавался я, пока Майкл что-то там раскладывал из карточек.       Мы быстро переговорили по улицам и обменялись, только теперь, как назло, на купленный мной уголок перестали попадать остальные.       — Хорошо, тогда мы принимаем вашу сдачу в пейнтболе, — ехидно сказал Эрик, выкупая последний участок на одной из сторон, теперь весь квартал принадлежал омегам. — Или все же сыграем? Попробуешь в меня попасть?       — Нет, — тяжело вздохнул я, — никто в здравом уме не выстрелит в беременного омегу.       Майкл кивнул.       — Ага, вы можете хоть через всю территорию пройти. Главное на животы чего прикрепить, чтоб видно было.       Майкл встал на поле Шелдона и кое-как расплатился с омегой. Сам Майкл поставил дома, и теперь денег у него не густо. У меня больше, но ко мне никто не попадает.       — Тогда вы нам в пейнтбол проиграли, как мы вам в твистер, — ухмыльнулся мой жених, и все же попал на мою собственность.       — О, отлично, раскошеливайся, — я радостно потер ладошки, уже подсчитывая, сколько он мне должен.       — Сколько радости в голосе, — ухмылялся Эрик. — Держи свои деньги. Смотри, я тебя на своей территории словлю и все причитающееся возьму с радостью!       — Обойдешься, несите все мне и побольше-побольше! — я изобразил злобный смешок.       — Шелдон, а откуда ты знаешь Эрика? Давно знакомы? — поинтересовался Майкл.       — Мы? Эм... Жили вместе одно время, — расплывчато ответил Шелдон. — Лет восемь назад.       Мой жених ухмыльнулся и кивнул, ничего не поясняя.       Майкл это заметил, но не стал допытываться. Хотели бы — сказали бы сразу. Тут друг опять попал к Шелдону, и ему пришлось продать предприятие, чтобы расплатиться с омегой.       — Отлично! Еще немного, и я скуплю все строения в округе, — обрадовался блондин и тут же попал в мой уголок.       — Так, а вот и денежки, — я озвучил сумму и прикупил себе отель.       Еще немного удачи, и тогда обыграю Эрика. Значит, быть съемке у фотографа! А вот Майкл сильно отстает, вряд ли он превзойдет Шелдона, так что быть откровению.       Игра шла своим чередом, и первым разорился Эрик, затем Майкл, и потом я. Шелдон оказался победителем и довольный и радостный, заказал себе какао.       — У тебя я выиграл — фото, — сказав, взял Эрика за руку. — И дедушке отправим копию альбома, он просил.       Майкл грустил, подпирая ладонью щеку.       — Ну! Жду историю о самом постыдном поступке! — напомнил Шелдон.       Майкл глянул на меня и уставился в стол, плечи опустились, руки сложены на коленях.       — Когда я учился в ВУЗе, — он вздохнул, — то совершил глупость. Не первую в моей жизни, но постыдную, потому что она коснулась моего друга. Единственного, кого я действительно им считал. Я подсыпал ему в пиво порошок, «коктейль» из двух таблеток, чтобы он раскрепостился. Так и случилось. На следующий день он рассказал мне, что не помнит ночь, проснулся в спальне с каким-то омегой, а совсем другой спросил: «встречаются ли они теперь». И друг думал, что переспал с тем омегой... С самым непопулярным омегой ВУЗа. Тот не был страшным, просто странным, несуразным и тучным. Я знал, что они общаются, разболтал парочке знакомым, те — другим. Вскоре все потешались над омегой. После выпуска, где-то через год, вспоминая о той истории, я понял, что друг и тот омега симпатизировали друг другу. И кто знает, не помешай я им, они могли быть вместе, пусть со стороны и выглядели бы нелепо. Прости, Марк, мне очень стыдно, — вдруг выдал Майкл, а я и не знал что ему ответить. Единственное...       — Пусть прошлое останется в прошлом, чего уж там ворошить, — я посмотрел на Эрика и сжал его ладонь в своей.       — Скажем так, помешал, даже очень, — безжалостно сказал жених. — Из-за тебя два последних курса над ним издевались. И он ребенка родил, один, без поддержки родных, ведь те были слишком верующими.       — Откуда ты... — Майкл поднял голову, вгляделся в лицо Эрика. — Ты... — он тряхнул головой. — Он твой друг? Брат? Или все же ты... Но как? Имя другое...       Майкл посмотрел на меня, я лишь кивнул.       — Он — тот самый непопулярный омега, что стал для меня дорогим и нужным.       — Родители потребовали, чтобы я поменял фамилию, не позорил их. Заодно я и первое имя со вторым поменял местами, — спокойно пояснил Эрик.       Шелдон молчал, наблюдая со стороны.       — Пожалуйста, прости меня, Эрик. Я очень виноват. Понимаю, извинений недостаточно, но все же...       — Все равно от меня исходила вся эта глупость, ошибка. Я пришел к Эрику. Я оттолкнул его, не разобравшись. Я не был с ним и Натом все эти годы. Кругом только «я» и виноват, — подавшись вперед, ткнулся лбом в плечо Эрика и обнял его за талию.       — Да ладно, — отозвался мой омега и погладил меня по щеке. — В конце концов, я еще долго смогу тебе портить нервы. И тебя, Майкл, я прощаю.       — Эм... — вмешался блондин. — То есть ты, Эрик, решил ему отомстить, познакомив со мной?       — Глупости, Шелдон, — ответил ему Майкл. — Как такой омега как ты может быть в наказание?       — В общем, да, — признал Эрик.       — Я вполне могу быть наказанием. Начнем с того, что у меня есть ребенок и скоро будет второй и оба — не твои, — задумчиво сказал блондин.       Майкл замялся, отводя взгляд.       — Это даже хорошо, что есть. От меня их быть... не может.       — Ну... Это скорее «плюс». По мне — двое уже много, — тепло улыбнулся альфе Шелдон.       Майкл неуверенно, но все же ответил на улыбку своей, не отводя взгляда от Шелдона.       — Я хорошо разбираюсь в людях, — сказал друг, — жизнь научила. И ты мне нравишься, Шелдон, ты очень хороший омега. Тебе смешно, когда я говорю о доме на пляже Майами и восьмизначной сумме на банковском счете, так что я очень надеюсь на второе и остальные свидания. И буду рад знакомству с твоими детьми.       Я хмыкнул и поцеловал Эрика.       — Ну, с первым я могу познакомить, а второй то еще внутри. Два месяца его ждать, — весело сообщил блондин. — У меня есть деньги, если ты про это.       — Нет, я к тому, что фразе о деньгах и доме достаточно для многих омег, чтобы пойти со мной. Они реагируют иначе, чем ты. В общем, не бери в голову, а то я иногда кошмарно выражаю свои мысли, — тут же отмахнулся Майкл.       — Я хирург, хороший хирург — это великолепно оплачиваемый труд, но он требует упорства. Так что не искал я легких путей, — весело сказал Шелдон. — Но у меня полно других недостатков.       — Двенадцать лет учебы, весьма серьезное достижение, я бы еще послушал о твоей практике. Не устал? — Майкл посмотрел на омег. — Может, переместимся на первый этаж? Я что-то проголодался.       — Я бы и сам перекусил. Что думаешь? Мелкие не пинают? — вновь кладу ладонь на холмик живота.       — Я бы поел, — признал блондин.       — Я бы тоже! Один все еще пинается, — я и сам это чувствовал. — А второй спокойнее. Может, один альфа, а другой омега?       — Да, возможно, хотя, ученые так и не нашли связи между поведением малыша в утробе и его статусом, — я вздрогнул от особо сильного толчка. — Тебе не больно? Он так возится там внутри.       — Нет, мне не больно. Иногда будить будут, — пожал плечами Эрик. — Пошли есть! А вообще меня тревожит, что второй не двигается. Вдруг что-то не так?       — Шелдон, Майкл, — я повернулся к ним, — нам пора, походы в больницу лишними не бывают. До свидания, еще созвонимся.