Бал у Сатаны

*** Через несколько дней ***

Ребята всё ещё не вернулись с своего дела. Они часто пропадают на неделю, а то и две. Чем они занимаются? Тэ И так и не знает. Юнги не хочет, чтобы она знала что он делает. За это время, Тэ И успела смирится с тем, что её родители уже мертвы. Её это уже мало волновало. Она всё никак не могла забыть чёрные слёзы Хосока. Она хотела бы узнать, почему у него чёрные слёзы.

***

— Я здесь уже довольно давно, — начала девушка, — но я так и не знаю всех ваших особенностей. — О чём это ты? — посмотрев на свою возлюбленную и, не понимая к чему она ведёт, спросил Юнги. — Перед тем как вы ушли на свое дело, я увидела как у Хосока текли чёрные слёзы. Мне интересно, почему чёрные? — Ну, что? Поведаем свои тайны смертной? — с некой насмешкой спросил ребят Юнги. — Ой, давай только без дискриминации! — Ладно-ладно. — Так, почему у Хосока чёрные слёзы? — Да, потому что он вечно ревёт, — начал Чимин. — Что? Где это я реву?! — начал возмущаться Хосок. — Да? А к кому ты вечно прибегал весь в слезах из-за издевательств? — фыркнул Юнги. — Так сколько мне тогда было?! Я совсем мал был! — Тихо все! — вмешался Нам Джун, — Я расскажу. — Давай, а то я не смогу… — немного успокоившись, ответил Хосок. — С самого начала Хосок не хотел становится вампиром. Когда он узнал, что Юнги вампир, — Нам Джун не успел договорить как его перебил Юнги. — Он со мной несколько лет не разговаривал, — с ухмылкой произнёс Юнги. — Ты на такое способен? — Тэ И была удивлена. — Не перебивайте меня! — Нам Джун разозлился, он не любит, когда его перебивают. — Но! Когда его сестра начала встречаться с вампиром, а после и сама превратилась, бедняжке Хоупу не оставалось выбора, как ответить Юнги взаимностью. — Да. — вмешался Хоуп. — Мне было необходимо, чтобы хоть один вампир был на моей стороне и смог защитить мою сестру в случае опасности. — Ты дальше продолжишь сам? — недовольно спросил Джун. — Да, — спокойно ответил Хоуп. — Когда ситуация в нашем мире начала накаляться. — То есть, накаляться? — сделав глоток обжигающего напитка, спросила Тэ И. — Начинала трястись земля, существа теряли над собой контроль. Они начинали убивать всех людей под ряд. Раньше, нам отдавали специальных людей, то есть, осуждённых, убийц, психов и т.д. Но, я тянул слишком долго со своим решением. Я превратился в вампира после смерти своей матери. Я тогда как раз оплакивал её потерю. — И из-за этого у тебя чёрные слёзы? — осторожно спросила Тэ И. — Да. А у Давон кровавые. — А почему так? — Мать умерла на руках у Давон. Она смогла с ней попрощаться, а я — нет, — и Хосок не сдержался. На его лице появились чёрные струйки слёз. Тогда он покинул гостиную и вышел на улицу. — Бедняжка. Я понимаю его, — прикрывая рот рукой, тихо пробормотала девушка. — С ним всё будет в порядке, — Юнги нежно обняв Тэ И. — Продолжайте. — У меня, — начал Нам Джун, — каждую ночь раскалывается голова. Это из-за того, что я много знаю. Перед тем, как я стал вампиром — я был учёным. Любая информация, попавшая мне на глаза или я что-то услышал, остается у меня. Я как ходячая флешка. — А как ты с этим справляешься? — сев поудобней, спросила Тэ И. — Я просто изолирую себя от всего. Иногда приходиться пить зелья. Я уже привык. — Пусть о мне расскажет Юнги, — обозвался Чимин, — я схожу за Хоупом. — Хорошо, — сделав глоток виски, откликнулся Юнги. — Чимина превратил я. Я его спас, когда Хосок не хотел со мной дружить. Тогда как раз была война. Какая по счету я не знаю, не спрашивай. Тогда он работал на два фронта. Когда его поймали на лжи — его четвертовали. Потом его останки отдали псам. Я его по частям сшил. — Твою мать! — Это Тэ И повергло в шок. — Как такое возможно? — Ну как? Я его сначала сшил, потом при помощи ангела Джина, мы его оживили потом я его превратил в вампира. Всё логично. — А какие у него последствия? — Сейчас увидишь. В гостиной погас свет. По центру комнаты стал Чимин. Он снял с себя сорочку, после чего вся гостиная залилась синим светом. Шрамы Чимина светились ночью. Когда включили свет — на нём не было ни единого шрама, даже следа не было. — Как такое возможно? — еле сказала девушка. — Став вампиром, — начал Чимин, — у меня всё зажило как на собаке. Следов не осталось. — Офигеть просто! — О Джине ты всё знаешь, — начал Нам Джун. — А Джин тоже вампир? — поинтересовалась девушка. — А с чего ты взяла, что он не вампир? — прищурив глаза, спросил Нам Джун. — От него не веет холодом как от остальных, к тому же, я ни разу не видела чтобы он пил кровь. Он постоянно ходит в одиночестве, как будто он не ваш. Хоть он и разговаривает с нами — ему не комфортно. — Давай продолжим дальше, — не выдержав, Нам Джун решил перевести разговор в другую сторону. — Следующий у нас Юнги. — Хорошо. А вот о Юнги интересно послушать! — сделав вид, что не интересно слушать о Джине, воскликнула Тэ И. — Что тут интересного? Ничего уникального у меня нету. — Ошибаешься, — возразила девушка, — У тебя глаза — жёлтые, волосы не меняют цвет, а тело… оно не холодное, ты очень тёплый, к тому же, у тебя бьется сердце. — Оууу! — ребята в один голос начали выкрикивать. — Заткнитесь все! — прошипел Юнги. — Ладно-ладно, продолжаем, — успокоив всех, начал Нам Джун. — Когда Юнги стал вампиром, тогда не было ещё ни одного… — парень не договорил, как его перебили. — Не торопись с этим, — сделал замечание Юнги. — Ах, да. Понял, прости. Так, вот… — и тут его опять перебили. — Что вы не договариваете? — возмутилась девушка. — Ничего. Хочешь узнать обо мне — слушай как есть, — напряжённо ответил Юнги. — Поскольку Юнги был первым вампиром, которого я сделал, так сказать, у него не было особенностей, кроме тех, что ты перечислила. Но, когда начался великий переворот, и все люди понесли потери. Все мы потеряли кого-то из близких. Юнги потерял себя. — Как это понимать? — Тэ И немного испугалась. — Он потерял настоящего себя. Он изменился. Стал кровожадным воином. При том, у него начали светиться кости. Если он обезумеет — он начинает светиться. Примерно так же как и Чимин, только из дали его плоти не будет видно. Будут одни кости. — Мдааа… Юнги, я тебя не узнаю, — смотря на Юнги, с маленькой ноткой сарказма, сказала Тэ И. — Ночью меня узнаешь. — Но есть один плюс, — продолжил Джун. — Юнги постепенно приобретает себя прежнего. — Как? — Детка, не тупи, — взъерошив волосы на голове Тэ И, возмутился Юнги. — У него появилась ты, — вмешался Хосок, — та, кого он любит. Та, ради которой он готов на всё. — Любовь творит чудеса! — хлопая в ладоши, радостно вскрикнул Чимин. — Ой, да вы мне льстите! — пряча своё лицо, ответила девушка. — Ребят! — обозвался Джун. — Я тут подумал, а что, если нам сделать небольшой творческий вечер, где мы, выступая, расскажем немного о себе? Пригласим несколько гостей. Как вам? — Неплохо. — поднявшись с места, ответил Юнги. — Только нужно узнать как обстоят дела с Люци. Не очень хочется, чтобы он испортил нам праздник. — Я всё узнаю, — вызвался Хоуп. Тогда все ребята разошлись по своим комнатам. Усадьба снова затихла. Все уснули. Только Юнги с Тэ И тихо перешёптывались в кровати. — А почему ты начал играть на рояле? — Сначала я играл только на фортепиано. — Почему? — Меня мать заставляла… — про себя сказал Юнги, после чего более громче начал свой рассказ. — Мы были самой богатой семьей среди всех местных аристократов. И, для поддержания имиджа, меня учили игре на фортепиано. Точнее заставляли. Я тогда увлекался совсем другим. Я любил писать стихи, поэмы, а у родителей были совсем другие планы на меня. Когда я в девятнадцать лет пошёл на дуэль, ради защиты чести своей семьи, меня убили. Так я и стал вампиром. После моего превращения прошла неделя. За эту неделю нашу усадьбу сожгли вместе с моими родителями. Когда я вернулся домой, я застал гору пепла, а по середине стояло старое фортепиано. Оно чудом не сгорело. После этого я его храню как зеницу ока. Оно мне очень дорого. — Мне так жаль, прости, что спросила про это, — обнимая парня, Тэ И начала извиняться. — Ты в этом не виновата…