Золотые цветы

— Смотри, это лес! — Азриэль с интересом осматривался: видимо, раньше он нечасто был в этих местах. За огромными воротами фиолетового — как неожиданно! — цвета, и правда, был лес, густой и снежный. Стоило бы и догадаться, что в месте с таким «говорящим» названием будет, минимум, снег. Перспектива идти вперед сквозь сугробы и снега казалась неприятной ровно до того момента, как оказалось, что через несколько шагов начинается тропинка с отпечатками слишком большой птицы и следами собачьих лап. Огромная курица выгуливала своих питомцев? Снег разительно отличался от снега с поверхности на вид: не переливался на искусственном, не особенно ярком, свету всеми цветами радуги. Пусть это и не было тем, на что стоило обращать особенное внимание. Дримурру больше нравились елки, но Чара не могла разделить этой симпатии, уткнувшись взглядом в снег под ногами. Поэтому было довольно неожиданно, когда по ее руке проскользил не очень метко кинутый снежок от Азриэля. Быстро посмотрев на него, девочка насколько могла резко запустила в ответ свой снежок, оставив не так много шансов на уворот. Принц наклонился в надежде, что от этого снежный комок пролетит над ним, но от этого последний попал только в голову. — Ничего, — он поднялся и, немного отряхнув шерсть, засмеялся. Чара поняла, почему, когда заметила два летящих в нее снежка и быстро, как козлик от волка, убегающего Азриэля. Пора перестать сравнивать Дримурров с козлами, несмотря на всю схожесть. Азриэль, а за ним и Чара, остановились у выхода к почему-то не заледеневшей реке, вдыхая холодный и тяжело выдыхая уже теплый воздух, когда начали уставать от бега, только тогда ощутился весь холод леса вокруг. Одетой в шорты и кофту поверх рубашки девочке пришлось намного хуже, нежели ее покрытому шерстью спутнику. — Что ты делаешь? — Дримурр посмотрел на дрожащую спутницу, растирающую ладонями ноги, явно не понимая, что она делает и зачем. — Мне х-холодно, — ответила Чара, не отрываясь от своего занятия. — Вообще… у реки н-не стоило останавливаться. — Прости, это я начал, — принц виновато улыбнулся, стряхивая невидимый снег с плеч девочки, чтобы хоть как-то помочь. — У тебя уши красные. — А то я не з-знаю. Подумав несколько секунд, Азриэль приложил снова теплые после снежков лапки к ушам девочки, надеясь, что это ей хоть сколько-нибудь поможет. Та замерла и подняла удивленный взгляд на принца, ожидая слов сочувствия и, может, предложения пойти дальше, но не этого. Мимо прохода важно протопала маленькая белая собачка, и если бы не ее гордый лай, она осталась бы незамеченной на фоне кристально чистого снега. — Наверное, его приняли в королевскую гвардию, — монстр проследил за собачкой взглядом, и они продолжили путь. Добравшись до Сноудина, они первым же делом зашли в магазин, чтобы согреться. Пока кончики пальцев приятно покалывало от резко сменившейся температуры оба осматривались, вдруг понимая, что у них нет ни монетки, чтобы купить себе, например, ароматный чай. Да, было бы неплохо обнять пальцами горячую кружку и сделать обжигающий язык и горло глоток. — Привет, — только сейчас девочка-кролик, сидящая за прилавком, обратила на себя внимание. Она тоже не выглядела враждебно, как могла бы предположить Чара. Такой же ребенок, но немного другой внешности, или они все только притворяются, преследуя какие-то свои цели. Улыбнувшись, девочка протянула Азриэлю с Чарой по печенюшке в виде зайцев. — Это коричные зайки, они очень вкусные. Мы с мамой сами сделали их. — У нас даже нет денег, — напомнила Чара, оставляя угощение у девочки, на что та протянула его снова со словами, что это просто так, чем снова вызвала удивление. Время поджимало, и пора было идти дальше, чтобы успеть вернуться вовремя, следовало поспешить. Почти бегом принц со своей подругой преодолели город, за его пределами снова стало холоднее, но вскоре они вышли в более теплое место. Вода заблестела сильнее и полилась активнее, кристаллы в стенах Ватерфолла засветили ярче, словно приветствуя их в новой части Подземелья. Разноцветные, но чаще белые и голубоватые, они притягивали к себе внимание, тормозя продвижение. Здесь они встретили нескольких монстров, дружелюбно помахавших им лапками и другими конечностями. Любезный господин Утка предложил перенести их над водой до противоположного берега, от чего пришлось отказаться — время поджимало. Азриэля здесь знали многие, он — почти никого, от этого он вставал не в самое удобное положение. Но Чара шагала слишком быстро — слава Богу, путь был один, а заблудиться сложно, — чтобы Дримурр смог извиниться перед каждым монстром. Кажется, ей это было слишком важно. Пару раз она чуть не поскользнулась на скользкой от влажности тропе, и едва не свалилась в реку, распугав уток и рыб. Азриэль был куда аккуратнее, пусть и медленнее, но утки не пугались его вида. Через десять минут они дошли до места, где, закрыв собой красивую стену с кристаллами, была серая дверь. Она сильно выделялась на фоне всего остального, и прямо говорила о том, что ее они и искали. Немного помедлив, девочка взялась за ручку двери, которая показалась слишком сухой и холодной для этого места, за ней оказалась пустая комната. — И? — Чара выжидающе посмотрела на неловко улыбающегося спутника. — Нужно нажать на какую-нибудь кнопку? Принц пожал плечами, проходя в комнату и проводя лапками по подозрительно гладким стенам. Девочка сделала то же самое по другой стороне. Когда они соединили руки на противоположной двери стене, их лица выглядели разочарованными. Вдруг в центре комнаты резко появилось странное черно-белое существо с дырками в руках и трещинами на лице. Как только они приблизились к нему, заметили, что с ним не так. — Это голограмма! — сообразила девочка, проведя рукой сквозь тело существа. То вскрикнуло и исчезло. — Мы все-таки нашли какую-то кнопку, — хором произнесли они и снова потянулись к стенам, увы, на этот раз ничего не вышло, или… Спустя несколько минут в попытках обнаружить кнопку или что-то такое, появился проход. Появился, порядком напугав обоих, резко и прямо на стене. Чара просунула в него руку, поверяя на реальность и только потом пошла вперед, Азриэль — за ней. Все было темно-серое и если бы не подсветка под потолком, было бы темно, как ночью. Затем был лифт, и, как бы человек не пыталась внушить принцу, что чрезвычайная доверчивость — это плохо, они спустились вниз. Оказывается, в Подземелье тоже может быть свое подземелье, приспособленное под библиотеку доктором Гастером.