Чёрная Книга Infinity Effect

Фридрих откинулся в своём кресле, обдумывая всё дерьмо, в котором он теперь оказался. Ладно, хорошо, что у него было прикрытие в виде агента Кечлу, оно позволило ему общаться лично, тем более что теперь у него уже не было безопасного Серого Трона. Но хотя бы избавился от тех двух агентов. Он был на грани истощения, ибо с момента приземления на станцию, расположенную на орбите Эринле, он так и не спал. Поначалу ему благоприятствовало, что биоритмы ягов были рассчитаны на 40 часов. Первое время это помогало удержаться на ногах, но сейчас он себя чувствовал так же, как и обычный человек, не спавший нескольких суток, — хреново то бишь. Чёрт, всё складывалось омерзительно. Притом чем дальше, тем хуже. Это был «Цербер», притом с самого начала; именно они взорвали ту станцию, чтобы развязать войну. Но что было куда хуже — они решили убить его. Он знает, что это не тот мир, что изображён в каноне. Но всё равно, ему были нужны какие-то причины, чтобы сделать это. Чем им мог так не угодить Посредник? Это всё из-за Хад’даха? По крайней мере, это объясняло, почему на него въелись остальные охотники за информацией, а те двое помогали Церберу… Нет, нет, они говорили об Иден Прайм и Бекенштейне ещё до этого. То есть это была ловушка ещё до того, как он тут оказался? Или он сделал что-то непреднамеренно? Чёрт, ему приходилось пользоваться лишь единичными крупицами информации, когда уже прошло больше месяца. А теперь на него ведётся охота, хотя, к счастью, никто всё ещё не знает, кто он такой на самом деле. Да, им удалось хорошенько потрепать его, очень хорошо. Серый Трон был прекрасным прибежищем, откуда он мог спокойно действовать. Теперь ему придётся искать новое безопасное место. Но важнее всего — выиграть первым ударом им не удалось, а он спасся, значит, ещё вполне может и победить или хотя бы выжить… Впрочем, ему не так уж и нужно вовсе выживать, хотя это и лучший вариант. На тот случай, если он погибнет, то у него было множество записанных копий со всей информацией о Жнецах и будущем сюжете игры. В случае необходимости они попадут на столы самых влиятельных лиц Галактики. Как это... «система Мёртвая Рука», да, вроде бы так. Он собирался выжить, но если не получится, то другие получат хоть какую-то надежду. С другой стороны, у него теперь есть эта капсула Явика. С другой стороны, он теперь знает, как её открыть. Но волновало другое, а стоит ли. Это уже более серьёзный вопрос, особенно учитывая всё происходящее. И стоит ли её открывать ему, ибо их способности с «чтению»… не самая приятная вещь для его прикрытия. Фридрих развернулся на пришедшую запись с одного из человеческих дредноутов. У него было по агенту на каждом корабле такого класса. Не слишком высокопоставленных, но хоть какие-то сведения он получал. И то, что он видел, ему не нравилось. Незадолго до входа флота Альянса... батарианский дредноут поднял в космос Жнеца. Того самого, Левиафана, который нашли батариане, и про который сам Фридрих забыл. А ведь это была ещё одна причина, по которой следовало сокрушить Гегемонию. Он уже и забыл, что большая часть её верхушки одурманена. В третьей части, благодаря этому, батарианский флот будет почти сразу же уничтожен. Однако действия батариан... были странными. Они просто сбросили его. В ближайшую звезду. Даже Жнецу не выдержать подобного. Никто не может выдержать этак семи тысяч градусов, Жнец не исключение, а этот был порядком повреждён. Но это было лучше, чем если бы он попал по Альянсу. Вот как бы они отреагировали, увидев Жнеца, но ещё не зная, что это именно Жнец? Записали бы как «протеанский дредноут» и увезли этот бесценный источник технологий к себе. А дальше мы получим одурманенное человеческое руководство, которое может сделать... да что угодно! Если то, что случилось с Гегемонией, произойдёт тут с Альянсом, это будет просто отвратительно. Хотя ему и вовсе всё происходящее не нравилось. Слишком много было Цербера, целенаправленно искавшим его, во всём произошедшем за последние месяцы, как будто тот знал, что же именно происходит. А учитывая, что случится с каноничным Цербером, он не слишком-то горел желанием выходить с ними на контакт. Не надо никому давать знать о Жнецах, а тем более о тайне его личности. Тут на экране появился значок вызова. Притом он не мог отследить, откуда идёт вызов, однако он и так знал, кто это. Его вызывал его коллега с территории турианской Иерархии. Хм... Фридриха, мягко говоря, сейчас заинтересовало, почему же он хочет связаться. — Да? — Фридрих обратился к турианину. — Это Серый Посредник. — Я всё знаю, про Цербер и случившееся на Омеге, — турианин говорил слегка искажённым голосом, но явно был намерен не откладывать дело в дальний ящик. — Я хочу сообщить, что мои люди убираются из этого дела. Сам понимаешь, ничего личного. Но это... это уже слишком. Ха! Угу, так уж он и поверил в это. Никакой он не моралист, который шокирован жестокостью Цербера. Скорее, пытается умыть руки, чтобы не попасть под раздачу Арии, куда уже гарантированно попадёт Цербер. Ему не нужна война с ней. Если так и пойдёт дальше, если он останется один на один с Цербером, то у него, может быть, есть и надежда. — Хорошо, — Фридрих кивнул. — Прощай. И нажал на кнопку. Вот оно как... если туриане умыли свои руки, то наверняка то же самое вскоре сделают и салариане. Или, по крайней мере, ограничатся политикой враждебного нейтралитета. Его устроит и это. Превосходно. Это только что повысило шансы на выживание процентов так на тридцать. И едва Фридрих снова погрузился в размышления, как на комме появился значок — кто-то ему звонит. Он нажал на кнопку, и на экране появилось изображение Айзард, стоявшей перед дверью. — Агент Кечлу, разрешите войти? Он на секунду задумался, но… хм… посмотрим, что она хочет. Тем более что она считает его только агентом-ягом. Фридрих нажал на кнопку, а запертая дверь открылась, впуская Киру. — Да, что-то не так, почему вы так быстро вернулись? Та лишь кивнула и бодро пересекла комнату и, прежде чем он сумел о чём-то подумать, выхватила пистолет, а затем направила его ему между глаз. Просто взяла и наставила на него оружие. — Эм… Мисс Айзард, я не совсем уверен, что я понимаю ваши… От этого наставленный на лицо пистолет не дрогнул. Он прекрасно мог видеть направленное между глаз небольшое отверстие, откуда вылетали пули. «Чёрт, вот и попал же я...» — Кто вы такой? — голосом, в котором звенела сталь, спросила она. — Где Серый Посредник? Что тут происходит на самом деле? Он перевёл взгляд на пистолет, который держала Кира, затем посмотрел в её глаза. Чёрт, руки у неё не дрожали, а по глазам видел, она пристрелит его, если он попытается что-то сделать. Но… что не так? Где он допустил промашку, если Айзард раскрыла его через десять минут после их первой встречи? — Я… не совсем понимаю, о чём вы, — он попытался увернуться от ответа, пока не зная всего. — Но уверен, если вы меня убьёте, то у остальных к вам будет очень много вопросов. — Не прикидывайтесь, — тут же отрезала Кира. — Вы всё время говорили в моём присутствии только на английском. Притом с акцентом, которого я слышала только один раз. От одного невероятно древнего старика. И он сказал, что так никто не разговаривает уже полтора века. Вы яг, а не человек. И люди вышли в Большой Космос только двадцать лет назад, — говорила она медленнее, выговаривая каждую букву. — А теперь я повторю вам вопрос: кто вы такой на самом деле? Вот оно как… с другой стороны, она явно не дура. Это он идиот, если попался на этом. И ведь ещё сразу же после перемещения обратил на это внимание! А она просто сделала выводы из того, что ей удалось узнать: что тот, кто с ней говорит, очень, очень стар, и это человек. Но увидев яга... мягко говоря, удивилась. Но на самом деле, Кира не ожидала, что Серый Посредник был ягом. И ведь логично, что именно Кира и угадала его. Она же, в конце концов, человек. Один из немногих людей, с которыми Серый Посредник общался лично. Инопланетянин, не знающий английского, просто не заметит подвоха. — Хорошо… думаю, в мой ответ вы не поверите, — он позволил себе податься вперёд, чтобы поставить руки домиком и положить голову на ладони. — Дело в том, что я из другого мира. Айзард на несколько секунд замолчала, уставившись на него. Пару раз моргнула, не веря в сказанное им. — Другого мира? Как в каком-то дешёвом бульварном романе, — она не опускала наставленного между глаз пистолета. — Вы серьёзно принимаете меня за дуру? А, точно, одна из неприятных вещей, связанных с его специальностью — скептики. Они всё время отказываются признать тот очевидный факт, что мир может отличаться слишком сильно от привычного. В человеческой истории через такую травлю прошёл Коперник. Хотя практика показала, что Земля действительно вращается вокруг Солнца. Но в её же мыслях тоже была логика. Нет, даже если допустить существование других миров — которые почему-то за пару тысячелетий не отрыла ни одна из рас Галактики, — то почему из многих миллиардов обитателей Галактики именно она встретилась с ним? Вероятность этого стремится к нулю. — А кто я такой, по-вашему? — спросил Фридрих. — Не имею ни малейшего понятия. Вы... говорите, как будто... не знаю. Может быть, это какая-то машина времени, переселение в кого-то ещё... Британка, кажется, не верила в то, что говорила. Да и её объяснение того как-то не тянуло на хоть сколько-то разумное. Хотя, следует признать, теория относительности признавала теоретически нечто подобное. Яг посмотрел на неё так, чтобы во взгляде буквально читалось «ты что, серьёзно»? — Эй! Этот нулевой элемент и так имеет теорию относительности, притом с БДСМ. Вдруг кто-то сумел придумать как сделать ССД не на основе Алькубьерре и отправить в прошлое... Не знаю, но не всякая же хрень связана с параллельными мирами. Да, похоже, она всерьёз не могла придумать никакого другого оправдания тому, что инопланетянин говорит на английском с акцентом полуторавековой давности. По крайней мере, машина времени казалось ей хоть сколько-то разумнее. — Нет, это правда. Мир куда больше, чем вы можете в себе представить. А слова фантастов о мультивселенной — отнюдь не фантастика. Я из мира, где это давно принятый факт, а вы… ваш мир похож на нашу старую видеоигру. Она заломила бровь, смотря прямо на него и, кажется, определённо не понимая, издевается ли он или серьёзен. Но всё-таки молчала, а значит, она слушает его. И пока Айзард слушает, вряд ли будет стрелять. — Я вам говорю правду. Я побывал во многих мирах. Кое-где людей нет вовсе, где-то правят динозавры. А где-то машины давно покорили людей, сжигая человеческие тела для получения энергии, а живых держа в виртуальной реальности. Фридрих понимал, что это не приближает его к объяснению, однако он знал одно — ему нужно говорить, притом не останавливаясь. — Что за чушь вы несёте? — подала голос она. — Человеческое тело — самый неэффективный источник энергии, любую еду проще сжигать сразу, чем кормить людей, чтобы потом сжигать их тела. Вы слышали про законы термодинамики? Это знает любой, учившийся в школе. — То же самое сказал один из заключённых там. Но законы разных реальностей отличаются. И если та реальность виртуальная, похожа на наш, то мир машин… не всегда Вселенную можно описать математически. Айзард на секунду замолчала, пытаясь понять сказанное им. Сам Фридрих пожалел, что у него нет ничего забранного из Альфы. Чёрт, все возможные доказательства у него только в голове, нет ничего вещественного, чем он мог бы подтвердить свои слова. — По-вашему, почему я здесь? Вы знаете, кто такие Жнецы? Почему вымерли протеане? — Это знает любой школьник, — она пожала плечами. — Протеане развязали гражданскую войну, обменялись кучей генетического оружия. Оно истребило в течение пары веков всю расу. А Жнецы... всего лишь часть их мифологии. В период своей гибели протеане считали, что началось пришествие Жнецов. Что-то вроде их версии Апокалипсиса. Да, население этого мира прекрасно знало про Жнецов. Просто они не видели в них ничего большего, чем сказки давно вымершего народа. — Вы не правы. Вы будете смеяться, однако этот мир был давно известен нам. Как мир видеоигры, — он взял паузу, чтобы она могла осознать этот факт. — И там протеане вымерли отнюдь не сами, а Жнецы отнюдь не миф. Это раса машин, что каждые пятьдесят тысяч лет на протяжении миллиарда лет приходит в нашу Галактику, дабы уничтожать всю разумную жизнь. Она снова посмотрела на него как на безумного. Не без причин, кстати. Её объяснение не требовала ввода такого фактора, как раса машин, на протяжении миллиарда лет каждый раз уничтожающих разумные расы. Бритва Оккама безжалостна. — Вы сказали, что это мир… является основой для видеоигры, — эти слова явно ей выдавались трудно, слишком уж сложно в это поверить. — Даже если допустить, что это хрень, то... Значит, вы знаете, что произойдёт? Тогда почему же вы тут, почему напали на ваш корабль? Айзард задавала вопросы в точку, как раз так, чтобы он был вынужден развести руками. — Всё не так просто, — осторожно сказал Фридрих, пытаясь держать голос спокойным. — Я не знал ни про это, ни про эту войну. Тот мир был похож на этот, но не такой. Тут не было этой войны, даже в Первом Контакте не было настоящей войны, а лишь короткая схватка с турианами. Этот мир отличается от того, да и ещё эффект бабочки. Моё появление на таком важном месте меняет историю. Она снова не секунду замерла, сощурившись и буравя его взглядом. Он понимал, что чем дальше, тем хуже его положение. И она тоже это понимала. — Прекрасно. То есть у вас нет никаких доказательств? Может быть, хватит уже нести бред? Вы наконец-то скажете мне правду? И слегка дёрнула рукой с направленным прямо на него пистолетом, явно давая понять — её терпение не вечно. — Подождите, — в голову Фридриху пришла одна мысль, — есть одна… идея… Этот протеанин. Я знаю кое-что о нём. Его имя Явик, он когда-то был офицером армии Протеанской Империи. Кира на секунду замолчала, обдумывая это, но, увы, настроена она была скептически: — Эти данные… они могли быть записаны на капсуле. — Но я знаю кое-чего, что вам неизвестно. Протеане когда-то воевали с рахни, и им пришлось уничтожить двести планет в ходе войны; они верили, что жуки были уничтожены. А также именно они научили асари биотике. И ещё, конкретно он называет обитателей этого времени «примитивами». Фридрих обдумывал то, чтобы объяснить ещё и про Жнецов, но лучше всё-таки не давить на неё слишком сильно. По крайней мере, пока она не будет верить ему. Сказанное о асари и так… сильно отличалось от официальной версии. — То есть ваше единственное доказательство — слова протеанина, лежащего в заморозке пятьдесят тысяч лет? — спросила она, чуть ли не усмехаясь. — Да. Это одна из немногих вещей, на которые я не имел абсолютно никакой возможности повлиять, — он старался выглядеть максимально серьёзно. — И узнать о его словах-паразитах тоже. Кира задумалась, смотря прямо ему в глаза, но затем вздохнула и опустила пистолет. Ей явно было слишком интересно всё это. — И что вы мне предлагаете? — спросила она. — Достать из криокапсулы этого протеанина? — Вот именно, — Фридрих кивнул. — Капсулу протеанина, теоретически, можно открыть когда угодно, однако из-за... всего этого не было времени. Она медленно покачала головой. Да, теперь он чувствовал, что побеждает в этой борьбе. Что называется, любопытство явно перевешивало желание держать свой зад в безопасности. — Ладно, — она на секунду замолкла. — Но вы пойдёте вместе со мной, ибо не хочу, чтобы меня расстреляли, едва я выйду из этой комнаты. И засунула пистолет в кобуру на поясе, но в то же время держала руку как раз на нём, давая знать, что малейшая опасность, и кому-то не поздоровится. Фридрих покачал головой, но всё-таки поднялся с места. Это... прошло, мягко говоря, интереснее, чем предполагал. Он-то надеялся, что если дойдёт до рассказа о Мультиверсуме, то на него не будет наставлен пистолет. Однако даже так выходило... что-то. Сложно назвать это чем-то годным, но его хотя бы не просто изрешетили.