Чёрная Книга Infinity Effect

Музыка. Не было какого-то места, откуда она шла, наоборот, словно каждая вещь тут излучала этот звук, вибрировала. Звук обволакивал всё вокруг, пропитывал, словно вода бумажный лист, и как незаметно для всех вокруг, заставлял двигаться в такт с собой, как будто ими движут как марионетками, даже не догадывающихся об этом. Этите нравилось это место, это чувство, это движение, в нём было что-то, заставлявшее всех не зажиматься, жить, параноик в голове не говорил, что тут что-то не так. — А где все? — рассеянным и слегка заплетающимся голосом спросила у неё асари, озираясь по сторонам. Скажем так, Этита никогда не могла бы сказать, что посетителей слишком много, — в конце концов, четверть она вышибала за то, что те глазели. Но даже так у неё вечером обычно было людно, — хотя учитывая, что публика тут была своеобразная и порой достававшая оружие, никто не отваживался набиваться. Сейчас тут остались только они двое. — Ушли, — подмигнула Этита, продолжая протирать стакан. — Ушли... — не до конца осознавая, повторила она, а затем её осенило. — Ушли из-за меня? Ну... после пяти бутылок сока илониса даже стоять на ногах — неплохо. Матриарх повидала многое, но Иолла просто вломилась сюда, бросила кредиты, просто залпом выпила первую и тут же углубилась в чтение. Встреч со следователями из Службы Безопасности большая часть её посетителей боялась чуть ли не до усрачки, но к Иолле и другим привыкли. Ха, как будто у них был выбор? Одно из её условий. Этот бар был нейтральным местом, где кто угодно может выпить, и при этом никто не наставит ствол, — кроме неё. Если хотят драки — пусть идут за угол. На губах матриарха всплывала улыбка от времен, когда кто-то всё пытался её «переубедить». По крайней мере, было хоть какое-то развлечение. — В точку, — усмехнулась Этита. — Ну что, видишь, ты распугала мне всех клиентов. Но они хотя бы заплатили. Колись, что там у тебя такое... Следователей посылал Совет Директоров, когда ему было нужно решить какую-то проблему, так что вставать у них на пути — никто тут не хотел. Да, но Иллиуме всё покупается и продаётся, но только по воле директоров. И если они заинтересовались вами... на этом мире вы труп. Но даже так, просто так от них все не убегали. — Я... я всё уже выпила? — Иолла удивлённо уставилась на пять бутылок, а затем бросила ещё кредиты на стол. — Возьми себе и садись. Этита только удивлённо заломила брось, и что же способно заставить так напиться следователя СБ? — но всё-таки достала себя ещё одну. — И что? В какое такое дерьмо тебя кинули, если одного твоего вида хватило целой толпы? — У нас... у нас тут убийца. Серийный, — она развернула уни-инструмент, пролистывая досье погибших. — Двадцать разумных, и это обнаружили только сегодня. Лица мелькали перед ней. Большинство — асари, но и не только они, Этита видела людей, какого-то дрелла, туриан. Но куда больше цепляла всего одна строчка: причина смерти. «Кровоизлияние в мозг». Ардат-якши... И тут же сама практически опустошила бутылку. О да, теперь она понимала, почему Иолла так напивается. Нет, серьёзно, она достаточно повидала, чтобы не лить слёз от трупов. В итоге всё сливает в одну полосу, и уже без разницы — кто следующий. Асари или пришельцы, взрослые или дети. Но ардат... во имя Богини, не существует грёбанного мудака, что достоин такой смерти. Серьёзно, она прекрасно понимала, что сейчас читает Иолла, и какие эмоции она испытывает. Просто одну за другой историю, слова кажутся какими-то незначительными, словно читаешь, но они проходят мимо. И уж тем более не хотелось продолжать. Видеть что-то из этого. Иметь к этому отношение. Можно привыкнуть к смерти и крови, но при виде подобного — просто хочется удалить всё это. Но вместо этого она продолжала читать. — И что хуже всего, она сама подбросила нам их, — словно убитая, произнесла Иолла. — Никто даже и не обратил на них внимания, пока она сама не сообщила. Ардат-якши это плохо, это очень плохо. Но есть огромная разница между запуганной ардат, что скрывает по углам и бежит от преследования, и уверенной, для которой это лишь начало игры. И об этом, похоже, уже как-то сумели прознать и все остальные. В конце концов, та ардат может начать убивать и всех, с кем Иолла разговаривает. — Я могу что-то сделать? — тут же спросила Этита. — Да, я стараюсь ни во что не лезть, но если тебе нужно убить отмороженную ардат — я всегда в деле. Да и я сама много чего слышу, — она огляделась. — В конце концов, сюда много кто приходит выпить, поговорить. Для них я словно невидимка. Идиоты. Я слышу намного больше, чем кажется большинству. Быть может, там будет что-то, способное помочь тебе. Следователь от такого положения тут же смутилась. Как там сказал один человек... если бы Иолла не была синекожей, то «покраснела» бы. Этита даже слегка улыбнулась от подобного. Так редко удаётся увидеть, как кто-то, вроде неё, смущается... — Нет, спасибо... Я пока что даже ничего толком и не знаю, а ты уже сразу — идти, убивать, — Этита вновь отпила. — Ох, Эт, объясни мне, как ты вообще справляешь со всем этим? Ну, содержать кантину для всякой швали... Тут явно ведь не самое спокойное место. — Это весело, — она пожала плечами. — Поверь, такой старухе, как я, очень трудно найти себе развлечение. К тому же всё ещё не переводятся идиоты, которые пытаются собрать с меня деньги. Матриарх даже усмехнулась. Она как-то сама просила сбэшников не слишком-то спешить к веселью. И раз в пару месяцев исправно появлялась команда идиотов, которая верит, что сможет запугать владелицу бара. Ха! И при этом кретины не думали — почему же от неё удирали все остальные. Редко удаётся возможность так выпустить пар. — Угу. Я слышала, что уже давно делают ставки — как быстро ты уложишь следующих и сколько будет трупов. Обе асари тут же звонко рассмеялись от это. Угу. А заодно ещё и берут с идиотов деньги, что не будут смотреть. Возвращать-то уже будет некому. — И как тебе вообще такое пришло в голову? Ну, завести подобное место. Этита снова осмотрело помещение. Ну, оно тут было не единственным. В любом достаточно активном месте всегда появляется что-то вроде этого, где всякие авантюрные личности обсуждают свои дела. Но всё-таки... почему она выбрала себе именно такое место? — Мне тут нравится, — Иолла от этого просто рассмеялась. — Серьёзно. Ты просто посмотри, кто ко мне приходит. Да, можешь называть отребьем, но они, в отличие от дев, не шлюхи, что стелются под каждым, у кого есть двадцать кредитов. Этита усмехнулась, говоря это. Драная Атамэ, а ведь она сама когда-то думала о таком, но не потому, что ей хотелось случайного секса, приключений на собственную хорошенькую задницу и наркотиков. Скорее просто убраться к чёрту от собственной семьи, что уже задрала, от этого общества — куда-то в Терминус. Ну или вступить в турианскую армию. Любой протест, до которого додумалась бы. — Ну и плюс, они готовы выслушать забытого всеми матриарха, а с кое-кем из них и сам матриарх вполне не прочь пообщаться. Но Иолла, ты даже сама не представляешь, насколько бывает трудно просто подойти и познакомиться с привлекательной асари. С другой стороны, разве это должно создавать проблемы ей? Пыталась ли она сейчас совратить её? Безусловно. Ну и что? Этита не видела в этом ничего плохого, в отличие от некоторых других видов. Секс и просто по своей природе жизнеутверждающий. Заставляет почувствовать себя живым, заставляет желать жить. Прямо напротив неё сидит разумным, что ей симпатичен, им обоим надо бы выпустить пар, никто не против получить удовольствие, а спиртное уже бьёт по мозгам, погружая всё в дурман? Так что у неё не было ни единого повода против секса ради секса. — Трудности жизни, — пожала плечами она, принимая эту игру. — Ну ещё бы. В конце концов, кто поверит, что кто-то может подсесть к асари просто потому, что хочет пообщаться и ничего не замышляет. Этита любила эту часть. Словесная прелюдия, так сказать, удовольствие и для ума. Можно было бы просто предложить в лоб, но удовольствие можно получить и другими способами. — Да, но если подсела, то сказала бы своё имя, но в конце концов, что ей до этого, ведь она ждёт, когда же наконец уйдёт. Так что в итоге она сказала бы, что работает на директоров. Но какое это имеет уже значение, ведь единственное, о чём думаешь — как хочешь отыметь её, прямо на этом чёртовом столе. Количество выпитого уже начало играть своё, так что Иолла потупила взгляд, смущаясь. Асари. Ха! Следователь СБ. Трижды Ха! Матриарх расплывалась в улыбке, ничуть не скрывая злорадства. И заодно рассматривая узоры на фиолетовом лице. Красивые. Острые и словно хищные, но сейчас совершенно не сочетались с её смущением. — Богиня... Эт, — выдохнула Иолла, — ты пытаешься уложить меня в постель, а вокруг творится всякая дичь. По Иллиуму расхаживает ардат, люди получают себе Спектра, чтобы охотиться за Балаком и матриархом... Этита улыбаясь, заломила брось. О да, какая-то херня творится... Спектры у людей, ардаты, мятежные Спектры и... матриарх? Этита вообще редко интересовалась новостями, но что-то сейчас просто кричало внутри неё «что-то тут не так». Всё-таки из любопытства она раскрыла уни-инструмент и выбрала первую же новость, тем более что ими был завален Интернет. «На заседании Совета неожиданно был представлен первый Спектр человечества...» Нет, не то, не то... Как бешеная, они наискосок продиралась через иероглифы, в поисках хоть чего-то важного. А, вот! «...вместе с Ка'Хаиралом Балаком, обвинения представлены так же и матриарху Бенезии Т'Сони...» Агх... — Эт, что с тобой?! — тут же, едва ли не крича, вскочила Иолла и бросаясь к ней. Бутылка просто разлетелась на осколки. Этита не заметила, как раздавила её биотикой. Недопитый сок тут же плеснул во все стороны, а осколки стекла вонзились в руку, без сопротивления рассекая кожу. Ещё заторможено оглядываясь по сторонам, она уставилась на собственную руку, смотря на кровоточащие раны, попыталась двинуть рукой и тут же почувствовала боль от всех этих порезов. Твою же... — Прости, Иолла, — слабо и натянуто улыбнулась она. — Похоже... я... что-то меня крутит, думаю лучше мне пора закрываться. Не беспокойся, у меня тут есть всё для первой помощи. Асари недоверчиво покосилась на неё, явно понимая, как неумело Этита пыталась соврать. Она могла бы и сказать всё прямо, но у неё не было ни малейшего желания привлекать кого-то другого. За одну секунду в голове сменялись чуть ли не десятки вариантов: что делать дальше и как вообще всё обстоит. Нези... во имя Богини, в какое дерьмо вляпалась? Этот Иден Прайм, геты, тот Балак... На несколько секунд Этита даже почувствовала вину за всё то, что они друг другу наговорили. Потому что всё произошедшее... это была просто не Бенезия. По крайней мере, не та, которую она знала. Быть может, если бы она была рядом с ней, то... ну, этого не произошло бы. — Хорошо... — медленно произнесла Иолла, не скрывая недоверия в голосе, притом скорее не к ней, а ко всему творящемуся вокруг. — Я тогда пойду. А сама Этита тут же бросилась к аптечке, думая, что делать дальше. Она... она, кажется, знала одного разумного, к которому ей действительно стоило обратиться и разобраться во всём происходящем. Кто будет искать голову Балака, и кого это затронуло. Оставалось лишь найти его самого, но... это уже меньшая проблема. Гаррус медленно ставил коробки, рассматривая опустевший стол. Пф... когда-то он ненавидел эту работу и уж тем более этот стол, где приходилось писать все отчёты, вести ненужную бюрократию, но теперь было неуютно от охватившей тоски. Вакариан, ты слишком сентиментален. Впрочем, от пустого места, за которым он провёл годы, многим было бы неприятно. В любом случае с квартирой он уже успел разобраться. Вряд ли им удастся найти Балака на ближайшей планете, так что это точно будет надолго. — О, привет Гаррус... — раздался тихий голос откуда-то сбоку. — Ну что, как я вижу, тебя наконец-то вышвырнули отсюда, как я и говорила. Ну что, когда будешь возвращать, сколько ты там мне должен? Турианин резко повернулся, увидев Уирку. Она озиралась по сторонам, словно тут её дом, и вообще непонятно, чего он сам тут забыл, а заодно держала в руке дат. Наверное, опять директор её за чем-то посылает, а она решила зайти. Ну и заодно затребовать с него — добрая традиция, каждый год они заключали пари, продержится ли он в СБЦ ещё один год. Каждый раз ставка росла втрое. На это раз уже он проиграл. — Лови, не стоило ставить против такой отмороженной, как ты. У тебя упорства хватить и стену головой пробить, — Гаррус нажал на уни-инструмент, пересылая несколько кредитов. — Прости, что не попрощался, просто слишком много всего навалилось сразу. Ну, знаешь, Совет, да ещё и этот Шепард прямо сегодня улетает с Цитадели, просто ни для чего не осталось времени. По крайней мере, после Сарена там сохранилась еда и медикаменты для туриан. Уирка дружелюбно развела мандибулы, а затем сразу же увяла, оглянув его стол. Да, ещё одно свидетельство, что он уезжал. И из всех, он, наверное, чуть ли не чаще всех общался с ней. Ну, не передавал что-то через неё Паллину, не по работе, а просто так, потому что приятно с хоть кем-то поговорить. — Ничего страшного. Я хотела пожелать тебе удачи во всём этом, всади Балаку пару пуль и за меня. Я только хотела попросить — не надо слишком сильно рисковать... А то, в конце концов, где я ещё на Цитадели найду такого олуха, что будет проигрывать мне. Гаррус развёл мандибулы, посмеиваясь. Вот за это он и любил её, всегда было приятно найти кого-то, с кем можно посмеяться и над собой. Наверное, это было вполне взаимным. Нет, он знал, что она засматривалась на него, нужно было быть слепым, чтобы не заметить этого. Но сам ничего не делал... Не потому, что Уирка не нравилась или что-то подобное. Скорее прямо наоборот. Просто, серьёзно, лучше бы ей найти кого-то, кто не пытается угробить себя по пять раз на декаде. — Да ладно тебе, у нас там в команде отмороженный кроган-биотик и целый корабль мягкотелых, что просто обожает геройствовать и бросаться на врага, — хмыкнул Гаррус. — Ничего страшного со мной не случится, разве что живой щит кончится. Беспокоюсь о том, что они скорее сами будут мешать мне стрелять. Уирка захохотала, попытавшись преставить в голове абсурдную картину того, как эти десантники будут с голыми руками бросать на врага. Угу, ну, у гетов, вероятно, просто процессоры перегорят от таких выделок. А затем протянула ему дат. — Ладно, мне надо идти, а тебе... Директор Паллин сказал передать это тебе, только чтобы никто не узнал. А затем развернулась и ушла, оставив Гарруса с выключенным датом. Паллин? В голове у турианина тут же крутились шестерёнки. Вот это уже точно не было похоже на директора — посылать кого-то, а не вызвать лично. Турианин аккуратно нажал на кнопку, выводя письмо. «Вакариан, после всего, что ты вытворил, я просто не могу появляться рядом с тобой, так что попросил Уирку передать это тебе. Хотел бы я знать, что за духи вселились в тебя и чем ты думал, вытворяя подобное. Больше ты не под моим началом, так что буду говорить прямо. Вопреки всему, я всё же рад, что безумный балаган, в который ты влез, удался. Хотя бы потому, что тебя больше нет в моей СБЦ, одного тебя и так слишком много для многомиллионной станции. Может быть, ты всё-таки станешь Спектром и отправишься куда-то в Терминус по делам Совета. Там твои способности всаживать палки в колёса всем подряд пригодятся. Главное, чтобы не было никаких расследований на Цитадели. Знаю, не слишком вежливо, но у меня нет желаний расшаркиваться и соблюдать этикет, а ты это и так знаешь. Единственное, с чем могу пожелать удачи — убийство Балака. Хотя моё дело — только распоряжения Совета, тут я могу лишь пожелать удачи. Этого ублюдка действительно нужно убить. И желательно как можно медленнее, чтобы, видели духи, каждый запомнил, что бывает, если сговариваться с гетами». Гаррус уставился в дат, пару раз снова пробегая по строчкам от директора. Как-то с трудом верилось во всё это, в то, что написал ему... С другой стороны, сам Гаррус мог и не уважать безоговорочное доверие закону и власти, его идеалы. Но... мог сказать, что уважал его самого за то, как он держался за них. За то, что он, по крайней мере, был честен с самим собой и действовал всегда, как считал нужным. Хотя их мнения на эту тему и расходились слишком сильно. Похоже, это было взаимным. — Гаррус, — дверь снова открылась, и турианин тут же встрепенулся, смотря на зашедшего внутрь Адгербала, — так тебе всё же удалось уговорить Совет. Мои поздравления вам и Шепарду. От одного вида этого салара у Вакариана тут же сжались мандибулы. Он ни в коем случае не был ксенофобом, но вот после всего этого ему просто хотелось врезать ему в лицо. Конечно, он им помог с Советом, но что-то ему подсказывало, что сделал он это отнюдь не по его просьбе. Или не только из-за неё. — Да. Спасибо. А ты мне ответь на вопрос, — турианин прислонился спиной к столу. — Совет сам тебя нашёл, когда я позвонил и сделал предложение, от которого ты не отказался? Или... ты сам тут же побежал к ним, сдавая меня? Угу, и пусть даже не отнекивается. Слишком уж красноречиво он, тихо беседуя с Валерном, вышел, оставив его со Спаратусом и Тевос. А учитывая, что он жив и даже всё ещё был в СБЦ, Валерн явно одобрял это. Салар же в ответ на это лишь вытаращился своими и без того огромными глазами. Да ладно, во имя духов, он тут будет ещё и невинность разыгрывать? Ему просто было интересно — в чём дело. — Гаррус, мне кажется, ты меня неправильно понял... — угу, а как же ещё? — Я никогда не сдавал никого из коллег и даже не работал на СБЦ. Ты немного ошибся с порядком лояльности, — тут уже голос стал чуть насмешливее. — Я всегда работал на Союз и ГОР. У ГОР для СБЦ есть целый отдел. Ну, как агенты под прикрытием у преступников. Да не идиот он, знает, что разведка будет не только в кабинетах сидеть и читать отчёты. Вот оно как... Значит, то есть уже за ним следят, как за преступником. А он сам идиот, выбирая таких знакомых. — Ничего личного, просто я был одним из тех, кого приставили к тебе, — продолжал Адгербал. — В конце концов, сын Кастиса Вакариана, срыватель покровов и заноза в заднице у всех на Цитадели со скелетами в шкафах... То есть, всех. Думаю, понятно. Гаррус тут же вспомнил, с кем ему приходилось работать в СБЦ. Да уж, даже без Адгербала, салариан было уж как-то слишком много, учитывая, что половина СБЦ — туриане... — И зачем, во имя духов, ты говоришь мне это? — глубоко вздохнув, спросил Вакариан. — Вряд ли тебя беспокоят муки совести. Я имею не только за это, а вообще. — Нет, просто хотел попрощаться. Мне всё-таки понравилось это время, — он пожал плечами. — Несколько лет приятной жизни, а не операций где-то в самых дебрях Терминуса. Тем более что меня, похоже, отправят куда-то туда. Гм... Ясно. Не то, чтобы Гаррус всё ещё не хотел бы хорошенько врезать ему в лицо, но всё-таки он мог его понять. — И зачем это нужно вам? Зачем ГОР послала тебя помочь мне с этим делом? Во имя духов, что вы такого накопали, что Союз поддержал Шепарда? Ладно бы они просто поставили голос за людей, чисто для формы, Союз и так всегда был главным союзником Альянса, но зачем тогда сам Адгербал помогал им подкрепить улики и взять Совет за шкирку? — Издеваешься? — скрестил ладони на груди. — Даже если бы знал, то не сказал. А я и так почти ничего не знаю. Раскопали что-то такое, что решили, будет лучше, если Шепард станет Спектром, а не будет дальше вытворять. Наверное. В отличие от тебя, Вакариан, я просто выполняю приказы. А затем просто взмахнул рукой, выходят из комнаты. Хм... Кто-то ещё зайдёт драматически попрощаться? Нет? Ну вот и хорошо, а то это слегка уже начало утомлять. Так... Точно, ему надо бы забрать ещё модули для оружия. А то кто его знает, есть ли у людей нужные рукояти. Юсукэ забросил сумку на плечо, осматриваясь по сторонам. Мда... на кораблях он уже давно так не бывал, всё Цитадель да Цитадель. Кто-то сказал бы, что Цитадель всё такая же космическая станция, но такие станции, как Арктур или Цитадель — особенные. В таких местах, как президиум, даже кажется, что ты на Земле — или любом другом мире — пока не посмотришь вверх, а так — мало отличается от родного ему Аомори. Такие корабли... совсем другое дело. Слишком мало место, из-за чего никогда не покидает ощущение, что от космоса тебя отделяет только небольшая защита из брони, которая не такая крепкая. С подобным она никогда не бывает достаточно прочна. Те, кто привыкли служить во флоте, как он слышал, просто уже успели привыкнуть к этому и даже забыть, но ему сейчас было не по себе. Даже не от идеи гоняться за гетами и батарианским уродом, а от того, что достаточно одного попадания, и они трупы. И всё зависит только от пилота... — Хей, так это ты тот посольский, который напрашивается в нашу команду самоубийц? — послышался голос за спиной. — Ну что же, добро пожаловать на галерку. Если что, то жилой блок ниже, старикан не очень любит, когда здесь шатаются... Это был пилот. Вроде бы. Он сидел в кресле пилота. И никто на него не глядел странно. Но это был... крошечный человечек, что доходил ему едва ли до плеча, а сам был так худощав, словно обзавёлся атрофией мышц. Это... точно пилот? На военном корабле? Сакамото надеялся, что это какая-то ошибка, но... увы, похоже, он действительно пилот тут. И это от него теперь зависит его жизнь... Как там говорили? Что нужно бояться собственных желаний? — Так, а вы что тут вообще делаете? — тут же раздался ещё один голос, на этот раз куда более старый и сухой. — Вы вообще кто такой и что делаете на корабле, вас нет в списке. Сакамото повернулся и увидел какого-то офицера. Помимо лысины, в лицо тут же бросался чёрный мундир, что он носил. Так, либо какой-то педантичный любитель правил, либо самовлюблённый идиот, что бахваляется мундиром. Просто офицерам требовалось во время стоянок всегда носить костюмы, но все на это забивали, выбирая обычную рабочую форму. Ну, будем верить, что первое, учитывая, что экипаж тут подбирали для работы со Спектром... — Юсукэ Сакамото, почётная рота караула у посольства, — он закинул сумку на плечо. — Меня по запросу перевели на Нормандию, в десантники. Офицер бросил на него ещё один взгляд, а затем мотнул головой, указывая идти за собой. Все вокруг ходили по своим делам, готовя корабль к быстрому отлёту, но одного его присутствия было достаточно, чтобы все на БИЦ просто расходились в стороны, расчищая им путь. Сакамото просто двигался за ним в фарватере. — Так, вам вон та лестница, — он указал на дальний конец. — Ниже жилой отсек, а затем и трюм, куда должны доставить ваше снаряжение. Разберитесь там сами, у нас тут нет времени, чтобы устраивать экскурсию всем новичкам. И да, я Прессли, Чарльз Прессли, местный штурман и теперь старпом. Сакомото хмыкнул и отправился дальше. Хм... нравилось ему это место — если забыть про пилота — нет никакой суеты, по которой видно, что ты в беде. Тот же старпом, нет, ни капли не был приветлив, но спокоен как удав. — Ну я вот и говорю тебе... — услышал он знакомый голос. — Ни к чему вопросов у меня нет, но всё вместе... вагх... О да, он узнал этот голос, Уильямс. Да, точно, он сейчас видел, как она с Аленко сидела за столом, и они что-то обсуждали за обедом, а рядом с ними сидела... та самая кварианка. Не ела, но что-то записывала. — О, Юсукэ, давай к нам, — Аленко заметил его. — Наконец-то ты добрался, а то мы уж думали, что улетим без тебя. — Как я погляжу, весело у вас тут, — присел. — Так что не так-то? — Ну... меня поставили на смену Дженкинсу, отвечать за оружие, — прямо выложила Уильямс. — Нет, всё оружие на месте, и нет ворующих интендантов. Даже работы нет, разве что немного подлатать броню. Но... чёрт, у нас просто нет ничего против техники, нас чудом не убил тот огромный гет... Сакомото тут же двинул плечом. Что за такой огромный гет? — Чёрт, там на Иден Прайм был трёхметровый гет, мы назвали его Праймом, смотри, — Аленко развернул уни-инструмент, запуская видео. — Вот, и как нам прибить, если встретим ещё одного? Изображение тряслось, как в бою, везде летели снаряды, но на фоне всего этого была видна практически непоколебимая фигура огромного гета с каким-то пулемётом, что запускал буквально непрерывный, сверкающий поток стали. И на фоне этого был практически незаметен Шепард. Он казался крошечным, ничтожным против такой махины. Но в руках у него была снайперская винтовка. И он стрелял. На бегу. Не целясь. И попадал в сочленения, не давая гету двигаться. Чёрт... он даже не знал, что так вообще могут в жизни, а не только в каких-то аниме. В Спектры берут явно не слабаков. — Противотанковая винтовка? — выдал первую же идею Сакамото. Ну, это была первая идея, что у него появилась. Ракетные установки и тому подобное фрегатам не полагались. В обычных условиях, по крайней мере. — Только одна, и её тут же оприходовал этот шипастый, Вакариан, — Уильямс махнул в сторону лифта. — Сказал, что никто лучше него не стреляет. — Вы делаете всё неправильно... — тихо раздался голос со стороны, обработанный переводчиком. Все тут же посмотрели на кварианку, которая исподлобья? — из-за стекла это было не видно всё-таки, — та медленно отодвинула уни-инструмент с попытками что-то написать. — То есть? — тут же спросила Уильямс. — Какие-то программные трюки, чтобы бить гетов? — Эм... Ну, я уже нашла два старых кварианских бага в ядре кода, но... Нет. Всё куда проще. У вас есть... дуговые излучатели? Хотя бы электронный резак? — все удивлённо уставились на молодую кварианку, она уже как будто отчаялась. — Да ладно, у вас военный корабль, у вас же хоть что-то есть? — Дезинтегрирующие патроны, — медленно протянула Уильямс. — Но это спецбоеприпасы, и их редко используют... — Пойдёт, — быстро и уже с азартом в голосе произнесла она. — Глядите, я попросила инженера Адамса дать отчёт о вскрытии гета. В общем, у них лажа с миомерами. Вернее, они сделали это специально, но... Вот, при повреждении они отключаются, — она указала на схему. — Но если их очень много, то это намертво блокирует. Сакамото смутно понимал, к чему она ведёт. Ну, пока что всё звучало легче, не отключать же ногу от кучи порезов или мелких осколков там... А кварианка так переводила на них взгляд... почему-то Сакамото казалось, что она улыбается, смотря на их непонимающие лица. — Но ваши при попадании начинают посылать ток, так ведь? По миомерам, — одна из конечностей сильно так покраснела. — Вот, а чтобы сразу всё порезать, вам нужны дробовики. У нас, на Флоте, есть дуговое, я бы переделала что-то из него, если бы было. — То есть, мы должны просто палить в Прайма из дробовиков? И мы вызовет судорогу у гета? — не веря самой себе, спросила Уильямс. — Спасибо. Юсукэ тоже попытался себе представить эту картину, как огромны гигант падает на землю в судороге. А Тали явна удивилась от того, что кто-то её поблагодарил. — Э... О, да. Эмм... да, если что-то хотите, спрашивайте. Ничего сложного, — она вернулась к своему уни-инструменту. — Ох... мне бы ваши проблемы. — А в чём дело? — тут же спросил сам Сакомото. — Ну... пытаюсь придумать, как написать на Флот, чтобы там узнали, куда отправилась, — тихо произнесла Зора. — Ох, Кила... Просто не знаю, как сказать всё отцу. Почему нельзя просто решить всё, копаясь в гетах?.. Последние слова она произнесла почти неслышно, явно самой себе, но он всё же усмехнулся от этого. Значит, разобраться в гетах куда проще, чем с отцом? — А почему просто не попросить дать КМК к Флоту и не передать всё? — чуть опередил его Аленко. — Нет! — даже не дослушала ответ. — Ну... я не знаю, как это написать даже тёте Раан, а говорить это отцу... Ох, это... это же всё не ваши проблемы, я, пожалуй, пойду. Сакомото проводил взглядом эту Тали'Зору. Ммм... Скажем так, сзади вид открывался прямо превосходный, было на что тут посмотреть. Он не знал, каково ей всё время в костюме, но... Он не был ксенофилом, не замечал за собой такого, но задница у неё была, определённо, то, что надо. Хотя тут, наверное, половина мужского экипажа взглянула и... Аучх... — Да хватит тебе, — фыркнула Уильямс, отвесив затрещину. — Меня больше беспокоят вообще эти пришельцы. Ну... то есть, не то что они пришельцы... просто, да, нам явно не помешает помощь, но они ведь не из Альянса, не давали присяги и всё подобное. А они тут — на корабле... и я слышала, что Зора уже просила у Адамса спецификации по реактору. — Уильямс, ты же сама там была, — вздохнул Аленко, потирая переносицу. — Сама понимаешь, что у капитана просто не было выбора, кроме как взять их всех. Да и они все нам уже помогли с Балаком. — Ну и, по крайней мере, все мы, так или иначе, выбрались! — поддержал Сакамото, это звучало как тост, но этот корабль был слишком новым, чтобы у кого-то тут на корабле появились запасы. — Я из посольства и с Цитадели, а ты, Уильямс, с Иден Прайм. — О, да, прощай гарнизонная служба, унылые равнины и тому подобное, — она улыбнулась. — Я точно не буду скучать по тамошним речёвкам с «некрофилия», «мы все в говнодавах» и «все десантники скрытые гомики». Все трое рассмеялись от этого. Да, своеобразный юмор десантных войск. Сам Сакомото не встречал вариации с такими фразами, но в его случае вряд ли было лучше. — Точно. Мы трое теперь тут, — Аленко отодвинул поднос. — Нами командует Шепард, от которого даже у гетов паника. У нас превосходный корабль, а ещё с нами турианский снайпер и кроган-биотик. Мне кажется, или теперь идея охотиться за больным четырёхглазым и его армией роботов звучит уже не так тупо?