Моя прекрасная няня

Люди не умеют думать, прежде чем совершить какой-либо поступок. Они не задумываются и не размышляют о последствиях своего действия, не ждут чего-то плохого, потому что считают, что поступают правильно. Но правильно для кого? Для себя? А другие, другие что, не живые? Игрушки, которых можно выбросить на свалку? Нет-нет, но кого же это волнует? Люди, они как тряпичные куколки: легко порвать, сложно склеить, но возможно. Да, можно сшить откуда-то появившиеся дырочки на мягкой поверхности, но игрушка уже не будет такой, как прежде. Уже не возникнет желания положить ее на самое видное место в доме, чтобы все, кто посещает ваше место жительства, расплывались в легкой улыбке, удивляясь, какие же красивые игрушки сейчас умеют шить. Или дать эту куколку маленькому ребенку, чтобы он игрался целыми днями и не плакал, не мешал родителям наконец-то отдохнуть и позволить себе заняться своими делами. А теперь дайте куклу в несколько ином виде. Потрепанную, только что вернувшеюся с «операции» по восстановлению своих порванных ручек и ножек. Ребенок возьмет ее? Дайте-ка подумать, все взвесить – нет. Потому что она уже не такая интересная, не такая красивая и милая, она – старая, хоть и восстановленная в прошлый вид. Дети потребуют новую, а эту, которая точно была раньше любимой, и может даже другом, - выбросят, даже не вспомнив потом. Так же и с людьми. Мы все куклы, и судьба, словно маленький и глупенький ребеночек играется с нами совершенно не зная правил этой тяжелой игры в жизнь. Если человек сломается, раны зашьет время, но никогда уже не восстановит до конца и не вернет былое величие и жизнерадостность, изменит, может, не внешне, но внутренне кардинально. Подумайте, прежде чем сказать что-то не поразмыслив родному человеку, ведь одно слово, которое, быть может, ты и не хотел произносить – испортит всю оставшуюся жизнь другого. Хороший актер всегда произведет на публику хорошее впечатление, сможет влюбить зрителей в своего персонажа, но не в себя. Это ведь всего лишь игра. Играй ты положительного или отрицательного персонажа, в реальной жизни ты можешь быть совершенно точной противоположностью своего героя. Жаль, что таких «актеров» в нашем мире развелось не на шутку много. Даже слишком много. - Где эта истеричка? – безразлично спросил парень, все так же по-хозяйски развалившись в кресле, прижимая ватный тампон к царапине на щеке. Девушка, пожав плечами, громко всхлипнула и вытерла красные от слез глаза. Было стыдно, было страшно, что это конец. Она осознала, что поступила как последняя… Как последняя стерва, совершенно не подумав о последствиях своего поступка. Эмоции победили на этот раз, и доверие, которое очень часто подводило Кристину, даже к незнакомым людям. – Почему он ушел? - Из-за тебя, и из-за моей глупости, - ответила она равнодушно, поставив большую кружку с горячим напитком на стол перед парнем. Тот окинул девушку оценивающим взглядом, потом, посмотрев на напиток, вопросительно изогнул бровь, она, кивнув, дала понять, что это принесли ему. Леша прошептал «спасибо» и крепко обнял двумя ладонями кружку, принюхался к содержащей жидкости, и согласно кивнул, поняв, что крысиного яда туда не добавили. Он сделал глоток, и уставился на девушку в ожидании продления разговора, но она говорить не спешила. Думала, о чем-то размышляя, при этом вытирая правый глаз рукой. Плакала? Возможно. – Я неправильно поступила. Благодаря тебе он меня ненавидит теперь, потому что я стала на твою сторону. Я и сама не понимаю, какова причина моего поступка. Слишком впечатлила меня твоя история, и я успела забыть, какой ты на самом деле. Максиму испортил жизнь, пришел испортить мою. Скажи честно, это так? Не могу поверить, что в тебе проснулись братские чувства, - девушка достала из-под дивана маленькую аптечку и вытащила оттуда перекись водорода, намочив раствором новый ватный тампон. Она присела на корточки перед парнем, и принялась обрабатывать раны на ногах, не обращая внимания на его удивленный взгляд. - Добро пожаловать на сторону зла! – с насмешкой сказал он, раскинув руки в разные стороны. – На самом деле, я и не понимаю, зачем пришел. Я действительно твой брат и я тебе это докажу, клянусь. Но сказать, что во мне проснулись какие-то чувства – нет. Я, наверное, пришел, чтобы… - он замялся. - Чтобы что? – переспросила она, все не поднимая глаза на «гостя». Рана, видимо, самая большая, сильно защипала, когда девушка положила ватку туда. Леша заскулил, но потом замолчал, поймав на себе кровожадный взгляд няни. - Чтобы извиниться перед тобой… - Не ври! – резко выкрикнула она, дьявольски сверкнув глазами в его сторону. – Сейчас ты немного отдохнешь, и когда раны не будут причинять столько боли, уйдешь, и пока не принесешь доказательство того, что я твоя сестра, забудь дорогу сюда! Понял?! – она кричала, кричала так, что становилось не по себе. Он, вскочив с кресла и опрокинув всю содержимое кружки на пол, подошел к девушке вплотную и обнял ее, крепко-крепко. Она вырывалась, слезы почему-то срывались, да и хотелось просто закричать, долго, до потери голоса. Парень виновато улыбнулся и отпустил ее, нехотя отходя подальше, и прошептал что-то вроде «извини», двинувшись к выходу. Няня послушно побрела за ним на ватных ногах, чтобы закрыть дверь, все еще не веря в происходящее. - И знай, - произнес он, стоя около двери, держа правой рукой холодную железную ручку. – Я забросил с наркотиками и неправильной жизнью, потому что хочу начать все с чистого листа, - парень отпустил ручку, и, спустившись на лестницу на одну ступеньку, повернулся к девушке, которая уже собиралась захлопнуть дверь. – С тобою и Максимом, - и он ушел, больше не осмелившись оглянуться. А она, еще несколько минут постояв так в ступоре, захлопнула дверь, но, не успев удалится в комнату, желая взвесить все «за» и «против» Леши, настойчиво позвонили в звонок. Писклявый звук неприятно резанул уши, и она, выругавшись про себя, открыла дверь и картинка, стоящая перед ней заставила улыбнуться с тоской и одновременно с чуточкой радости. Максим, облокотившись спиной о стену, держал в руках пустую бутылку воды с газом и пытался открыть крышку с задумчивым выражением лица. Не получалось. Волосы были в не лучшем состоянии, полностью растрепавшись, и каждый черный как смола волос смотрел в разные стороны. Глаза пустые и какие-то прозрачные не выражали никаких эмоций, кроме безразличия. Футболка разорвана, оголяя область где-то в области пупка, открывая взор на очень заметный шрам, тянувшийся по всей ширине. Он был белый, только в некоторых местах еле-еле виднелась запекшаяся кровь. Кристина уставилась на рану, положила аккуратно подушечки пальцев на это место, ювелирно проделав дорожку по всей длине шрама. Максим огрызнулся, и, выбросив уже не интересовавшую его пустую бутылку с водой куда-то в сторону, оттолкнул девушку в сторону и прошел в дом, покачиваясь в разные стороны. - Макс, где ты был? – осведомилась девушка, закрывая дверь. Ответа не последовало. Быстрым шагом он пошел в свою комнату, при этом напевая какую-то ненавязчивую песенку всем известной нам Российской «Примадонны». Она смело двинулась за ним, на ходу придумывая, как будет извиняться. А это было крайне необходимо. Все-таки Леша был очень искренним, особенно его последняя фраза заставила стадо мурашек пробежать по коже девушки, и она поверила, немного поверила ему. Но Максим был прав. Какое она имеет право в его доме держать главного врага своего воспитанника? Никакого, верно. Тем более, учитывая прошлое «Лехача» можно смело заявить, что он не заслуживает прощения, а уж хоть какого-то человеческого уважения, как со стороны Кристины, так и со стороны бывшего друга Максима. – Максим, ответь! – повысила голос она, едва ли успев вбежать в комнату до того, как дверь грубо захлопнется. Парень, словно не видел девушку, плюхнулся на кровать, и, засунув в уши наушники, энергично задрыгал ногами, подпевая слова песни. Девушка присела рядом, бросив на возлюбленного робкий взгляд. О Боже, как же ей не хотелось его терять! Но видя безразличие, которое переполняло его взгляд, сердце сжималось в какой-то маленький комочек и прыгало по всей грудной клетке, заставляя хоть что-то предпринять. - Я выгнала Лешу. Ты был прав. Точнее, не до конца, - произнесла она, все равно понимая, что он не слышит. – Он сказал, что хочет начать жизнь с чистого листа, вместе со мной и тобой, - дрожащая рука потянулась к его длинной челке, убирая растрепанные волоски в сторону, открывая глаза. Парень не стал убирать ее руку, только с презрением и холодностью уставился на Кристину, которая продолжала говорить. – Я не хотела так с тобой поступить, прости меня. - Кристина, ты чего? – неожиданно засмеялся он, вытащив наушники из ушей и откинув плеер на другую сторону большой двухместной кровати. – Я не должен обижаться на тебя, потому что не собираюсь трепать свои нервы из-за поступка глупенькой няньки, которая еще при этом младше меня, - смех не прекращался, постепенно перерастая в дикий лошадиный ржач. Девушка не понимала, как реагировать на это действие со стороны Максима. Она подумала, что он ее простил, поэтому улыбнулась невинно, заключив парня в объятия. Уткнувшись носом в его плечо, она почувствовала неприятный запах алкоголя – кажется, это был коньяк. Она поморщилась, но ничего не сказала. Все-таки он совершеннолетний, да и сильно пьяным не был, тем более ситуация позволяла немножко перебрать, чтобы разобраться в своих мыслях. Кристина только недовольно поморщилась, но промолчала. Парень в ответ прижал ее еще крепче к себе, потом поняв, что достаточно обниматься, отпрянул и с серьезным лицом посмотрел на девушку. Почему-то сейчас, когда лучше этого делать не нужно, хотелось прикоснуться к его губам легким и ненавязчивым поцелуем в знак примирения, так сказать. Что она и сделала. Но Максим отстранился тут же, как ее губы дотронулись до его щеки, и с недоумением уставился на няню. Она, честно говоря, тоже была удивлена. - Что ты делаешь? – флегматично спросил он, дожидаясь ответа. – Тянет на детей? – парень усмехнулся, тонкие губы расплылись в легкой улыбке. - Максим, я думала, ты простил меня и нашим отношениям ничего не угрожает. - Каким отношениям? – пожал он плечами. Максим снова плюхнулся на кровать и испепеляющим взглядом уставился на девушку, дожидаясь ответа. Решил забыть? Или издевается, заставляя извиняться, пока ему не наскучит слышать это из ее уст? Или что тогда? Обида, еще не прошедшая? Немного времени для того, чтобы отдохнуть друг от друга? Что? Что, черт возьми?! - Максим, пожалуйста, ты же не такой… - Я тоже думал, что ты не такая, - резко изменился он в поведении, поднявшись на ноги. Парень дерзостно бросил ей эти слова, потом, медленным шагом направился к выходу. – Я не могу больше тебе доверять. Предала один раз, предашь и другой. И не надо оправдываться, я считаю твой поступок именно предательством. Забудь, что между нами было как с парнем и девушкой, и вспомни, что было между нами, когда ты была няней, а я твоим подопечным, - он передернул плечами, опуская голову вниз, но не поворачивался. Так он простоял на одном месте, а она просидела на кровати неподвижно около пяти минут в угнетающей тишине, потом Максим повернулся и грубо договорил незаконченную фразу: - Война так и не закончилась, нянька, - и с довольной ухмылкой удалился. Как вам глава? Простите, если огорчаю тем, что отношения подпортились, но так нужно. Отношение к Леше хоть чуть-чуть изменилось? А к Максиму? К Кристине? Я жду отзывов, друзья.