Беовульф

Чтобы попасть в Руму, нужно было идти от озера Хасал через аномальные поля. От гор Локхид до столицы можно было добрать лишь так. Но Беовульф знал, как быстро и безопасно достигнуть своей цели; для начала нужно было по подземному тоннелю пройти к озеру, оттуда, минуя опасный поля прямо в Руму. Охотник закинул сумку на спину, оглядел родную хижину в последний раз и спустился в подвал, где было довольно прохладно; с потолка свисали сталактиты, а вход зарос льдом. Беовульф, не растерявшись, быстро разбил преграду и пошел далее. Из тоннеля тянуло сыростью и промозглым ветром, охотник зажег факел, но тот постоянно чадил заставляя глаза слезиться. Ход под мертвым городом Хасалин и озером Хасал был очень старым, каменные сваи держали своды, но тут и там были видны протечки, в стенах – трещины. Вдруг внимание охотника привлёк проем в стене хода, которого в прошлом году он не видел, хотя, он точно и не помнил, ходил ли он именно этим ходом. Так или иначе, Беовульф не мог пройти мимо. В проеме была деревянная дверь, наполовину сгнившая, но все-таки достаточно крепкая. Беовульфу не составило труда выломать ее ногой и заглянуть во внутрь. Слева от двери была земля и камни, судя по всему, заваленный когда вход. А прямо перед охотником стоял сундук. «Окованный железом сундук?» - удивился Беовульф, - «Как странно. Может не стоит открывать? Там может оказаться что-нибудь опасное...» - посетила его голову мимолётная мысль, но разумеется, через мгновение охотник нагнулся и открыл сундук. Там лежали развалившиеся и полусгнившие от времени и сырости книги, написанные на непонятном языке, а под ними, лежал лук с колчаном. Лук был эльфийской работы, поэтому не почернел от сырости, и все также сиял, начищенный до блеска. Стрелы были не обыкновенные, а с магической наводкой. Только выстрелив, стрела попадала в ближайшее живое существо. Правда, стрелы давно устарели – помимо цены у них был большой недостаток – единственным живым существо вблизи стрела могла посчитать стреляющего человека. И с любовью вонзиться в сердце неудачливому стрелку. Тем не менее, это можно было продать в антикварный магазин, поэтому Беовульф положил лук и стрелы в сумку на поясе. Сумка досталась ему от деда, внутри она была намного больше, чем снаружи в силу своих магических свойств. Гладь замерзшего озера Хасал сверкала на солнце как мифриловая кольчуга, было больно смотреть на его поверхность. Беовульф шел по льду, еле перебираясь через сугробы, но он вскоре был у ворот столицы. Величественные врата Румы. Гигантский каменный массив с системами решеток и дверей, в Рождество украшенный факелами и магическими огнями. Как только Беовульф вступил в город, его сразу захлестнуло что-то теплое и волнующее – огни города и толпы народу помогли Рождественскому настроению завладеть охотником. Он развеселился и быстро слепив снежок кинул его в стражника, что стоял у ворот. Тот покачнулся, удивленно посмотрел на Беовульфа, и улыбаясь, запустил снежок в ответ. Так у них завязался маленький бой в большом городе. Вскоре успокоившийся охотник, похлопав стражника по плечу, веселый и раскрасневшийся отправился в ближайшую таверну. Там он планировал снять комнату, а Рождество справить в городе на площади. На глаза попалась таверна «Северный олень» - Беовульф зашел туда и попал в приятного вида коридор, за стойкой которого стояла симпатичная барменша. - Сколько стоит комната на три ночи? – спросил Беовульф её, подходя к стойке. - 300 золотых, - улыбаясь, ответила барменша. - А еда входит в стоимость? - Чуть смутившись спросил охотник. - Нет, - Помотав головой ответила девушка, - только если еще 100 золотых. И золотых десяток на чай... - захлопала ресницами процедила та. - Нет, спасибо, слишком дорого, – после этих слов девица фыркнула, положила ключ на стойку, отвернулась и продолжила заниматься своими делами. «И почему деньги так важны?» - с грустью подумал Беовульф отходя от стойки. Забрав ключ Беовульф отправился гулять по городу. Люди на площади были в масках, посреди ее стояла огромная горящая огнями елка, на улицах царила сказочная красота. Везде горели свечи и разноцветные огни. Мимо него проносились вереницы кричащих детей, то там, то здесь слышался смех и веселые новогодние песни. Что за счастье царило в тот момент в душе Беовульфа! «Не то, если бы я справлял дома...один, или, еще того хуже, с камином» - думал Беовульф. Он купил маску и примкнул к хороводам на улицах. У лавки булочных изделий стояла девушка с длинной косой, украшенной яркими лентами. Беовульф схватил ее и затянул в хороводы, они целый вечер бегали вместе, смеялись, а перед расставанием даже поцеловались. Эта ночь запомнилась Беовульфу-Де-Ко, как самая веселая и теплая, когда он был свободен от одиночества. Запомнилось и неистовые хороводы, и девушка, чье имя он так и не успел узнать, мелодии бардов и менестрелей на улицах.