Me Before You

День сменяется ночью, ночь-днём. Чанёль скучает и не знает куда себя деть. Казалось бы, что может быть лучше, чем валяться в тёплой постели и кушать вкусную еду? Пак знает ответ на данный вопрос- ему срочно-обморочно нужно пощупать Бэка. Да, именно пощупать, как бы это ни звучало. Лично убедиться, что с коротышкой всё в порядке. А то верь этим врачам! "Вас никто не потревожит",- сказали они. И уже на следующее утро заявляется следователь из прокуратуры взять показания у потерпевшего. У незрячего, необоняющего потерпевшего, который только и может, что назвать приблизительное количество напавших на него громил. Но следователь попадается явно без царя в голове. Иначе нельзя назвать человека, который полтора часа кряду пытается чуть ли не выбить из Чана какую-нибудь архиважную информацию для расследования преступления. В итоге Чанёль не выдерживает и, вызвав с помощью специальной кнопки медсестру, просит её проводить господина (читать: "придурка") к выходу. С тех пор (что удивительно) альфу больше надоедливые личности не посещают. Тао, конечно же, не в счёт. Каждый раз, когда выпадает свободная минутка, он навещает "любимую парочку", как окрестил друга и спасшего его альфу. К сожалению, такие мини-праздники случаются не так часто, как хотелось бы. Поэтому в светлое время суток Пак, откровенно говоря, сходит с ума от скуки, а ночью предпринимает попытки добраться до брата по несчастью в соседнем корпусе. Но в первую же его вылазку оказывается пойманным на полпути к цели, а после за ручку препровождается до родимой койки. А после пятой попытки неугомонного альфу перед отбоем начинают запирать на ключ . Сказать, что Чанёля такой облом бесит, значит сильно приуменьшить. Так и тянутся паковы резиновые деньки, пока однажды не свершается чудо и до невозможности счастливый доктор не объявляет о выписке. Альфе помогают одеться, желают скатертью дорожку и отпускают на все четыре стороны. Чан мнётся на крыльце, будто чего-то выжидая. Но вот уже движется вдоль парковой изгороди, прикидывая в уме, сколько времени займёт дорога до заброшенной фабрики (а по совместительству и родимого дома). Занятый математическими расчётами, он не сразу улавливает звук стремительно приближающихся шагов и, пойманный в стальные объятья, вопит что есть сил. Хватка тут же ослабевает, а спустя секунды три раздаётся вполне себе уместный вопрос. -Ты чего так орёшь?- Пак едва узнаёт знакомые интонации в осипшем от испуга голосе. -Тао? Какими судьбами сюда? Часом не приболел? Ты в порядке?- сыплет вопросами обеспокоенный Чанёль. -Это я у тебя спросить хотел,- по-доброму усмехается уже оправившийся от шока Тао,-Я в норме. Пришёл вот навестить нашего всё ещё коматозного товарища, а заодно и встретить любовь его жизни. Альфа от услышанного роняет челюсть, а шутник напротив давится от смеха, прикрывая рот ладошкой. -Да расслабься ты,-Тао хлопает товарища по плечу и помогает вернуть челюсть на место,- Пойдём. Впереди нас ждёт уйма всего интересного. Но Пак по-прежнему шокировано таращится весельчаку куда-то в область грудной клетки и вроде как медленно, но верно превращается в статую. -Отомри! Ку-ку, приём!- Тао легонько постукивает костяшками по лбу альфы, чем выводит последнего из затяжного ступора,- Ты чего виснешь? -Куда мы пойдём?- непонимающе бормочет Чан, попинывая носком ботинка выступающий край асфальта. -На экскурсию в твои новые апартаменты! И не смей перечить. Отказы не принимаются и... -Но мне нужно вернуться на... -Никаких "но"! Я больше не позволю тебе влачить жалкое существование,-не дождаясь ответа, Тао хватает предпринимающего попытки упираться альфу и тащит в одном ему известном направлении. -Сейчас, сейчас, ещё немного и... готово! Проходите пожалуйста,-ёрничает в край развеселившееся чудо природы и проталкивает в который раз за день стушевавшегося Чанёля внутрь квартиры,- Курочки мои, я дома! На кухне (судя по звуку шипящего на сковороде масла) падает что-то тяжёлое. Следом за дребезжанием Пак различает ругань, шуршание (вроде бы фольгой) и шарканье тапочек о паркет. В следующую секунду обладатель шумной домашней обуви оказывается рядом с парнями и отвешивает смачную оплеуху заигравшемуся Тао. -Курочки?! Совсем страх потерял, мелочь пузатая? Щас докудахтаешься, наседка недоделанная! Давно в тык не получал?-негодует суровый шеф сией обители, а по совместительству и главная домохозяйка. -Кёнсу-я! Ну ты чего сразу поварёшкой по голове?-потирая ушибленное место, обиженно тянет ещё недавно излучавший сплошной позитив смельчак. -Да тебя чугунной сковородой не ушибёшь!-недовольно ворчит "Кёнсу-я" и поворачивается в сторону "совершенно незаметного" Чанёля,-А это что за вторая Эйфелева башня? -Это Пак Чанёль, новый член семьи,-лыбится Тао, но, поймав на себе мечущий искры взгляд "мамки", добавляет с каменной миной,- Он спас Бэка от тех уродов, которым задолжал. Настаёт очередь альфы повышать тон. -Задолжал?!-срывается на крик ошарашенный услышанным Пак. -Ну да, задолжал. Проигрался в картишки одной крупной шишке. А ведь я предупреждал, что это ничем хорошим не закончится,- поразительно спокойно говорит Кёнсу,- Но мы же самые умные. "Не парься, До-До, всё будет пучком". А теперь нате вам. Лежит баклажанчиком и...- Су принюхивается и срывается в сторону кухни,-Баклажаны подгорают!!! Рассказ Кёнсу вгоняет Чанёля в тоску-печаль. Он прислоняется спиной к дверному косяку и тяжело вздыхает. -Долго ему ещё лежать?-ровным от усталости голосом спрашивает альфа. -Не думаю. Недельку-другую, не больше,- тихо отвечает Тао,- Да ты не грузись, друг. На Бэкки всё как на собаке заживает. Вот увидишь, вернётся ещё краше, чем... -Я что-то не понял,- незнакомый голос заставляет Пака отлипнуть от косяка и на всякий случай отойти на пару метров от источника постороннего звука,-Это что ещё за вторая башня Намсан? -О, Лу-Лу вернулся!-Тао тут же растягивает губы в чеширской улыбке и тянет ручонки к новоприбывшему,- Чанёль, знакомься. Это Лухан, мой старший брат. Хён, это бэков спаситель. Можете обменяться рукопожатиями. -Ах вот оно как! В таком случае, очень приятно,-интонации Лу заметно теплеют,- Я так понимаю, ты теперь с нами жить будешь? Альфа удивлённо изгибает бровь, поражаясь догадливости старшего. Реакция Пака не укрывается от наблюдательного Лухана. -Ты не удивляйся. Это уже отработанная схема. Тао никогда никого просто так домой не приводит. Так ещё с детства повелось,- полуулыбается хён,- Но это неплохо. У нас есть свободная кровать, лишнюю порцию вкусняшек найдём. Правда, Кёнсу? Из-за двери святая святых высовывается до ужаса печальная мордашка и устало кивает. Лухан одаривает шефа лучезарной улыбкой и возвращается взглядом к Чану. -Добро пожаловать в семью! За разговорами проходит не один час и Пак успевает полюбить всей душой обитателей уютной квартирки. И ворчливого, но такого заботливого До-До, и забавного, иногда выходящего за рамки в своём поведении Тао, и его спокойного рассудительного старшего брата, который обладает поразительной способностью мгновенно располагать к себе любого. Увлечённые очередной потрясающей историей неугомонного Тао, парни не сразу слышат звука поворачивающегося в замочной скважине ключа. Точнее, один всё-таки замечает характерный скрежет. Альфа поворачивает голову в нужном направлении и... застывает на месте, не в силах прервать вошедшего во вкус весельчака. -Что за херня тут творится?!- громыхает на всю квартиру новоприбывший и, не получив ответа, повышает и без того запредельный тон,- Я спрашиваю, какого чёрта этот недоносок забыл в нашем доме?! Кёнсу, обеспокоенный непонятно откуда взявшимся ором, повторно высовывается из-за двери и от увиденного роняет ложку. -Бэк?