Взаимность

- И что же сказал лорд Вейдер? - Что я остаюсь на своем посту, а мое имя будет включено в рапорт, направленный Императору, - не оборачиваясь, удовлетворенно произносит Орсон. Он совершенно не аристократично сидит на столе, зная, что это бесит обладателя каюты, но тот слишком вежлив, чтобы согнать прочь. Из-за спины раздаются приглушенные шаги, и Таркин появляется в поле его зрения. - Неужели? - Гранд-мофф настолько владеет собственным голосом, что ему даже не нужно поднимать брови, чтобы Кренника перекосило от дозы сарказма. - Мне кажется, ваша встреча прошла не так... гладко. Он протягивает руку, и сначала пальцы, а затем и вся ладонь в черной перчатке ложится на открытое горло директора, закрывая два темнеющих синяка, которые тот еще не успел повторно замазать. Орсон издает низкий довольный звук и роняет голову назад, опираясь на руки. Таркин скользит кончиками пальцев по рельефу гортани так задумчиво, но в то же время внимательно, как будто выбирает музыкальный инструмент в элитном корусантском магазине. - Это был ваш первый опыт более... интимного общения с лордом Вейдером? - как будто невзначай задерживая большой и указательный пальцы поверх синяков, интересуется Таркин, и Орсон молча пару раз мелко кивает, а потом хрипло выдыхает: - Уилхафф... - В таком случае поздравляю вас, не всякий переживает это, - Гранд-мофф невесомо гладит следы, и Кренник вздрагивает и тихо стонет, когда жесткая кожа перчатки столь мучительно слабо дразнит всё еще саднящее горло. Он хочет податься вперед, усилить контакт и прижаться плотнее, но тогда он проиграет очередной раунд. Нет, ни за что, слишком много он уже проигрывал. И Таркин тоже это прекрасно знает. Гранд-мофф довольно улыбается, нажимает еще чуточку сильнее - и опускает руку. - Время продолжить путь, директор. Вы и так достаточно долго задержались у меня на борту. - Я ненавижу вас, - искренне выдыхает Кренник. - Ненавижу в вас аристократа, ненавижу вашу холодность и ваше менторство, и я надеюсь, настанет день, когда вы за это поплатитесь. Таркин изображает грустную улыбку, которая не доходит до глаз: - И это мое спасибо за то, что я защищаю вас от нетерпения Вейдера и безжалостности Императора. Впрочем, директор Кренник, вы знаете мой ответ на ваши слова. У нас с вами полная взаимность.