С перерывами на Рождество и сны
6 января 2017 г., 22:47
Прождав отца до глубокой ночи, Карл, обычно бодрствующий уже ни свет ни заря, сегодня спал, как убитый. Ожидание и неизвестность всегда выматывали его. Отец, конечно, предупредил, что это его путешествие за вещами для «Спасителей» может продлиться гораздо дольше обычного, но Карл всё равно всю ночь не находил себе места. Уже засыпая, Карл не кстати вспомнил, что ко всему прочему сегодня сочельник.
Карл уже давно не питал никаких иллюзий относительно возобновления старых-добрых традиций, таких как отмечать праздники, ходить в гости и приглашать кого-либо к себе на обед или ужин, как это было в старой жизни. Сейчас всё это казалось глупостями. Но бывали моменты, когда он отчаянно и всей душой желал хотя бы на мгновение почувствовать, пережить вновь те забытые ощущения.
Засыпая с этими мыслями, Карл не сразу осознал, что его сон закончился, и наступило утро. Возможно, потому что иллюзию сна поддерживали стойкие запахи: непривычные, но в то же время такие родные и знакомые. Это были запах пиццы и, что самое странное, хвои.
Карлу даже захотелось ущипнуть себя, настолько ощущение было похоже на сон. Но делать этого Карлу не пришлось — донесшийся, по всей видимости, из кухни хрипловатый голос, словно ушат ледяной воды, заставил Карла резко сесть на кровати, окончательно убедившись, что он не спит.
Тогда Ниган ему ещё не снился.
Быстро одевшись, Карл поспешил на кухню, не глядя по сторонам и стараясь не думать о непонятном волнении. Волнении, которое было сродни ожиданию чего-то невообразимо приятного. Волнении, которое раз за разом вызывало у Карла появление в их общине Нигана.
Заспанный отец — первый, кого Карл увидел, но обрадоваться не успел — главный «спаситель» был тоже здесь.
— Какого чёрта тебе здесь нужно, Ниган? — не заботясь о своём тоне, произнёс Карл, глядя в лицо мужчине.
— И сколько же ненависти в этом голосе, подумать только! — наигранно-изумлённо воскликнул, улыбаясь Ниган. Казалось, он ничуть не удивился подобному приветствию. Хотя Карлу на мгновение почудилось, что за всеми этими гримасами промелькнуло что-то новое, что-то искреннее, то, чему Карл, не успев рассмотреть, пока не мог дать определения.
— Карл, пожалуйста, успокойся... Ниган, зачем ты вернулся? Я же ещё несколько часов назад... — начал было отец.
— Тш-ш-ш... Не груби, Рик! У нас тут разговор! — прервал его Ниган, при этом посмотрев взглядом, в котором читалось предупреждение.
— Зачем ты пришёл? — снова спросил Карл, только сейчас в его голосе уже слышалась некая усталость, которая странным образом подействовала на Нигана. И вот теперь Карлу удалось рассмотреть то настоящее, что мелькнуло на лице мужчины в первый раз: не то беспокойство, не то горечь. С лица Нигана исчезла издевательская ухмылка. Было видно, что пару секунд он обдумывал что-то, а потом произнёс:
— Парень, подойди-ка сюда, — с той же долей усталости с голосе Ниган подозвал Карла к себе.
Карл нахмурился, но беспрекословно подошёл к мужчине, на лице которого вновь успела появиться самодовольная ухмылка, но она словно была ненастоящей. Карл невольно задержал взгляд на лице Нигана дольше обычного, пытаясь понять, что не так. Но заметив это, Ниган тут же ответил Карлу своим фирменным пошловатым жестом: провёл языком по зубам, сопровождая это пронзительным взглядом. Чем неимоверно смутил Карла, заставив покраснеть.
— Я как раз говорил твоему отцу, какой он молодец. Ведь, несмотря на глубокую-глубокую-глубокую дыру, в которой вы все находитесь, он старается на благо семьи, — не обращая внимания на смущение Карла, начал свою речь Ниган, чем заслужил непонимающий взгляд не только Карла, но и самого Рика, — Хотя его поступок и весьма опрометчив...
— О чём ты вообще? — не выдержал Карл, дёрнув плечом, в надежде сбросить с него руку Нигана.
— Ты настолько быстро нёсся на кухню увидеть меня, что не заметил никаких изменений? — подтрунивал Ниган, подводя Карла к порогу гостиной.
— Ох... — только и смог выдохнуть Карл от увиденной им картины: посреди комнаты красовалась высокая ёлка, возле которой стояло несколько ящиков с украшениями. Но взгляд Карла привлекла одинокая, не до конца обвившая ёлку гирлянда. Она свисала с ветвей, переливаясь разноцветными огоньками.
Карл несколько раз моргнул, словно желая убедиться, что это не мираж. После чего, как завороженный, подошёл и дотронулся до одной из сверкающих лампочек. Это было настолько волшебно, что на несколько мгновений он и забыл, с кем находится в комнате, тихо отвечая на шёпот Нигана над своим ухом:
— Нравится?
— Это невероятно...
— О чём я и говорю! — вернул Карла в реальность уже более громкий голос Нигана.
— Вот ведь ты негодник, Рик! — Ниган повернулся к Рику, на лице которого всё ещё читалось непонимание происходящего, — И как тебе только удалось провернуть такое у меня за спиной! Ну ладно-ладно, я не сержусь. Я же разумный человек! Но, Рик... Я так понимаю, для меня ты не привёз ничего? Но-но, не оправдывайся. У меня есть решение этой возникшей проблемы. Я освобождаю вас в этом месяце от последнего сбора дани, раз ты настолько хотел устроить для своей семьи Рождество, что не побоялся меня разозлить. А ты... Ну скажем, одолжишь мне на день своего сына.
— Нет... — ошарашено глядя на Нигана, прошептал отец.
— Заметь, я сказал «на день», а не «на ночь», — произнёс Ниган, подмигнув, а потом уже более серьёзно добавил: — Послушай, ты ничего не привёз для меня, и я хочу получить что-то взамен за этот промах. Таковы правила, Рик.
— Я сказал «нет», — уже твёрже произнёс отец, собираясь сказать что-то ещё.
— Рик, можно тебя на минутку, — не давая тому больше вставить ни слова, сурово проговорил Ниган.
— Нет, это можно тебя на минутку, Ниган, — заявил Карл, кивая в сторону выхода.
— Если это будет не предложение остаться на ваш семейный ужин... то не знаю, пацан, мне надо подумать, — улыбаясь, произнёс Ниган, следуя за Карлом на широкое крыльцо-террасу. В который раз удивляя Карла своей способностью так резко менять гнев на милость.
Уж не думаешь ли, что причиной таких перемен являешься ты, Карл? Ты жалок, — раздался в сознании насмешливый внутренний голос, над заявлением которого Карл решил подумать позже.
— Ниган, я знаю, что тебе плевать, — начал Карл, поднимая на мужчину взгляд, — Но... просто уйди, не порть хотя бы этот день своим присутствием. Я поеду с тобой куда скажешь, только не сегодня, хорошо?
— Конечно, не сегодня! — воскликнул Ниган, но Карл снова уловил в его голосе едва различимые нотки грусти?.. Обиды?.. — Я же разумный человек! Сегодня Рождество, и все должны быть так или иначе с близкими!
Тогда какого чёрта ты делаешь здесь? — пронеслось у парня в голове, но озвучивать этот вопрос Карл не стал.
— К слову, — подходя непозволительно близко, Ниган склонился над затаившим дыхание Карлом, чьё сердце тут же бешено забилось, в свою очередь непозволительно быстро, — Говоря «так или иначе», я подразумевал, что, если я случайно кого-нибудь сегодня убью, то придётся тогда и укокошить всю его семью и друзей... Ну сам понимаешь — Рождество... — и уже более громко и излишне весело добавил, подмигнув не оценившему шутку Карлу: — Рождество же всех объединяет!
— А насчёт нашего совместного будущего приключения, парень... — отходя от Карла на шаг, задумчиво проговорил мужчина. — Я дам тебе знать.
— Я же сказал тебе «нет», Ниган, — произнёс Рик, тоже выйдя на крыльцо.
— Рик! Наши разговоры в твоё отсутствие — не твоё собачье дело! — широко улыбнулся Ниган, повторяя слова одной из своих жён.
— Всё нормально, пап, — спокойно проговорил Карл, посмотрев на отца, а затем повернулся к мужчине. — Ниган, пожалуйста, уйди.
— Без проблем, только перекинусь всё же парой слов с твоим отцом, если ты не против?
***
За неделю до Рождества.
— Принимай спец заказ, Рик, — вальяжно подходя и протягивая листок бумаги, произнёс Ниган. — Это тебе ещё зачем? — Рик непонимающе уставился на некоторые пункты, указанные в списке. — Ты не забыл, что я возвращаю миру цивилизацию! А без возобновления старых добрых традиций этого делать никак нельзя! — И где, по-твоему, я должен это найти в такой короткий срок, учитывая, что в последних числах месяца ты опять явишься, чтобы требовать дань, — Рик судорожно думал, кого можно отправить на поиски основных вещей для «Спасителей» и, где можно найти перечисленные в списке атрибуты Рождества, о котором он сам давно позабыл. — Мне не нравится твой тон, Рик, но я сегодня в хорошем расположении духа и, поэтому объясню тебе кое-что без лишних жертв. В этом месяце мне нужны только эти вещи. И мне наплевать, каким образом ты их для меня раздобудешь. И ещё, Рик. Тс-с-с... — Ниган приложил указательный палец к своим губам, заслужив недоуменный взгляд Граймса. — Ты же не хочешь испортить, чёрт возьми, мой сюрприз! Так что, никому ни слова. И, думаю, мне не нужно уточнять, что, если я не получу эти вещи до грёбанного Рождества, то буду очень зол?***
— Он тогда велел никому ничего не рассказывать. Если честно, я не понял тогда его действий... И до сих пор не совсем понимаю. Я хотел, придя домой, всё рассказать, но увидел, как ты с Мишон, Джудит стоите возле ёлки, как ты улыбаешься, украшая её... Я так давно не видел счастья и радости в твоих глазах, Карл, что не стал портить этот момент. Я видел, как ты на меня тогда посмотрел... И эта благодарность... Не за спасение, не за помощь в стрельбе, чистке оружия или ещё чего-то подобного... В твоём взгляде была благодарность такая, как раньше: за подарки на День рождения, за купленную игрушку... Я и не знал, насколько соскучился по такому вот твоему отношению к себе, Карл... Вот, что Карл услышал от отца в качестве ответа на свой вопрос. — Это он тебе рассказал?.. И, Карл, нам нужно поговорить о твоём общении с Ниганом... Но отца прервал немного запыхавшийся голос вошедшей Мэгги: — Рик, возникли кое-какие проблемы, нужно твоё присутствие. — Моя помощь нужна? — спросил Карл, видя, что Мэгги, кажется, старается его игнорировать. — Пока нет, Карл, но, думаю, скоро понадобится, — не глядя на Карла, произнесла девушка, — Тебе, возможно, кое с кем надо будет поговорить. — И не заставляй меня пожалеть, что не посадил тебя под замок, например, в соседний подвал, — негромко сказал Рик, выходя на улицу вслед за Мэгги, — Будь здесь, договорим, когда я приду, — добавил он напоследок. Подтвердив свою догадку о причастности Нигана к тому зимнему и волшебному дню, Карл не знал что и думать. Вместо того, чтоб пойти с ними, по-настоящему дорогими тебе людьми, узнать что случилось, нужна ли твоя помощь... И узнать это не таким тоном, каким ты спросил только что. Все поняли, что тебе плевать, Карл. Вместо этого ты остаёшься перебирать свои чувства к сидящему в подвале психопату и его чувства к тебе. Его чувства ко мне? Думаешь, он что-то ко мне чувствует? Боже, ты настолько жалок сейчас. Ты меня вообще слушаешь? Ты видел взгляд Мэгги? Нет? Так это потому, что она на тебя и не смотрела. Думаю, после вчерашнего инцидента, о котором уже все, несомненно, знают, ты упал в её глазах окончательно. Карл закусил губу. Всякий раз ясно осознавая, что он жаждет общения с человеком, который убил стольких его друзей, разрушил семьи... Карлу становилось от этих мыслей невыносимо тошно. Но, как бы он ни старался, размышления о Нигане стали неотъемлемой частью его жизни. И вот, снова отгородившись от голоса разума и здравого смысла, Карл продолжил свои попытки разобраться в мотивах, чувствах Нигана. Оставалось получить одну деталь: узнать у Нигана, какого чёрта он тогда всё это затеял с Рождеством. Конечно, отец уже высказал свою, как ему казалось, единственно верную версию-мотив Нигана: он псих, любящий и умеющий всеми манипулировать. Карла же такая версия не устраивала. Он знал, чувствовал, что есть что-то ещё. Он хотел верить, что должно быть что-то ещё, стараясь при этом не думать, почему ему так этого хочется. Пока мысли текли, выстраиваясь в нужном порядке, ноги уже сами несли Карла вниз по ступеням злополучного подвала. Ты хочешь потребовать от Нигана ответов, но не соизволишь ли сперва себе лично ответить хотя бы на один единственный вопрос: почему для тебя так много значит то, что скажет этот убийца? Хочу знать, что творится у него в голове. Ты даже не знаешь, что происходит в твоей, Карл. Но, если уж так хочешь увидеть содержимое его — размолоти эту самую голову битой, ответы после найдёшь прямо у своих ног. Обычно уже не реагировавший на внутренний голос Карл сейчас от этого заявления резко остановился и тряхнул головой. «Не удивительно, что ты — будущий серийный убийца», — мелькнула где-то на задворках сознания некогда брошенная Ниганом фраза. — Карл, разве ты не под домашним арестом? — А ты разве не должен быть где-то ещё? — раздраженно парировал Карл возникшему на лестнице Спенсеру. — Привет, Карл, твой отец просил подменить Дэрила, пока они решают кое-какие проблемы, возникшие в Хилтопе, — раздался за спиной Монро голос Аарона. Карлу нравился этот человек, но сейчас он бы хотел, чтоб ни его, ни Спенсера Монро здесь не было. — Я видел Мэгги, но она сказала, что объяснит всё позже. Не в курсе, что конкретно случилось? — А случилось то, что бывает постоянно: твой дорогой отец вновь обсуждает важные вопросы лишь с избранными, а потом потребует подчинения или исполнения того, на что ни я, ни кто-то другой из непосвященных не подписывался, — наигранно спокойным, елейным голосом произнёс Спенсер. — Скорее всего, это касается лишь людей Рика, — вступился Аарон. — Вот об этом я и говорю: все здесь делятся на людей Рика и на тех, на кого людям Рика глубоко наплевать. — Не знаю, что с тобой происходит, — произнёс Карл, зло глядя на мужчину, — но можешь идти, я за тебя додежурю. — Ох, вот уж нет, парень. Можешь, кстати, идти обратно, к Нигану тебе спускаться запрещено, — преграждая Карлу путь вниз, сказал Монро. — Мне нужно у него кое-что спросить, это быстро, — обращаясь больше к Аарону, нежели к Спенсеру, как можно спокойнее сказал Карл. — При всем желании, Карл, это наказ твоего отца. Но, если хочешь, мы спустимся с тобой и подождём, пока ты не узнаешь, что тебе нужно. Карл понимал, что это, возможно, его единственный шанс узнать всё сейчас, а не после долгих уговоров и без того занятого отца. Поэтому, подумав, Карл решил, что вопрос сам по себе безобидный, и узнать всё необходимое можно и при Спенсере с Аароном. Это говорил в Карле разум. Но сердце. Было ведь ещё и сердце. В котором имелось стойкое нежелание разговаривать с Ниганом при посторонних. Неважно о чём. Карлу даже просто молчать с Ниганом при них не хотелось. Но эти чувства Карл даже не хотел анализировать. И решился на этот разговор при свидетелях больше ради того, чтоб доказать самому себе, что он спокойно может говорить с мужчиной при ком угодно. Иначе, желание остаться с Ниганом наедине выглядит уж слишком странно, слишком... Чёрт, да с этим человеком абсолютно всё — слишком. — Да, я погляжу, ты без меня жить не можешь, — начал Ниган, увидев Карла и заставив его мгновенно смутиться от этих слов, сказанных при двух людях, — Я смотрю, отец приставил к тебе охрану... Не поздновато ли, как думаешь? — О чём это ты? — непонимающе произнёс Карл, интуитивно чувствуя, что не стоило этого спрашивать. — Ну, раньше такой опеки я за ним не замечал... — устраиваясь на своём подобии постели поудобнее, Ниган изучающе начал разглядывать Карла. — Слушай, мне нужно, чтоб ты ответил на один вопрос... — перебил его Карл, желая перевести разговор в нужное русло. Карл уже начал жалеть, что решился разговаривать с Ниганом при свидетелях — этот человек слишком часто своими словами заставляет Карла смущаться и краснеть на пустом месте. — И ты туда же! Я начинаю чувствовать себя всезнающим мудрецом, от которого все хотят слышать ответы. Но при этом потом ещё и обижаются, что в итоге ответы их не устраивают! — воскликнул Ниган и, придав голосу заговорщический тон, продолжил: — Представляешь, твой отец вчера хотел у меня узнать подробности той нашей совместной ночи... Если ты понимаешь, о чём я, — напоследок подмигнув Карлу, Ниган с интересом стал наблюдать за реакцией Карла. — Что?.. — Не при посторонних будет сказано, но, как оказалось, он тогда всё видел, но решил узнать подробнее только сейчас! — Но ничего же не было! — отчаянно воскликнул Карл, чувствуя, как те воспоминания вот-вот накроют его с головой. — Для этого определённо нужен характер! Какая выдержка должна быть у человека, который видел как его сына трахает взрослый мужик... — не закончив фразу, Ниган хрипловато засмеялся. — Ничего не было... — несчастным голосом повторил Карл. Он даже не мог заставить себя злиться на провоцирующего его Нигана из-за стыда, что всё это сейчас слышат Монро и Аарон. При этом, Карл, щёки которого пылали, не решался смотреть на мужчин. — Прости пацан, но он видел именно тот момент, когда даже ты, грешным делом, подумал, что я собираюсь тебя изнасиловать. А со стороны, полагаю, это выглядело ещё более неоднозначно. Ух, представляю выражение лица Рика! — широкая улыбка не сходила с губ Нигана. — Прекрати... — Блин, да это же отвратительно! — не унимался Ниган. — Я и ты — вместе... Я вот сейчас взглянул на ту ситуацию его глазами — до чёртиков противно! Парень, сам-то как считаешь? Но Карл уже его не слышал, поднимаясь наверх, перепрыгивая сразу через несколько ступеней, прочь из подвала, чувствуя, как предательски к единственному глазу подступают слёзы. «Блин, да это же отвратительно! Я и ты — вместе... до чёртиков противно!», — крутились в сознании слова Нигана. И, что странно, это были не слёзы унижения или стыда. Это были слёзы обиды и разочарования.***
Отец вернулся спустя несколько часов, которые Карл провёл за нетипичным для себя делом — уборкой по дому. Карлу просто необходимо было побыть одному и поделать нечто рутинное, обычное, чтобы хоть как-то успокоиться. Он чувствовал себя настолько странно уязвлённым, а в душе творилось что-то немыслимое. Ниган при Спенсере и Ароне говорил впервые так открыто о том, о чём Карл не хотел бы вспоминать никогда. До сегодня, к слову, у него получалось об этом не думать, закопав эту страшную ночь глубоко внутри. И за всё время те события ни разу не были упомянуты Ниганом. Что, несомненно, было странным, учитывая, как этот человек любит вести психологические игры, и насколько он любит унижать, изводить людей. Об этом раньше Карл не задумывался, но сейчас слова мужчины, словно сорвали некий мысленный блок у Карла в голове. И мысли, воспоминания хаотично закружились в сознании, не давая подумать о чём-либо другом, не давая запереть, похоронить себя снова. — Ну и что от тебя хотела Мэгги? — желая поскорее заполнить голову чем-то иным, быстро спросил Карл у вошедшего в дом отца. — Несколько наших людей пострадали от рук неизвестной группы выживших. Мы ещё не знаем, насколько их много и, насколько они опасны. — Мэгги сказала, что, возможно, я могу помочь?.. — Да, наши люди захватили в плен кое-кого из их группы. Они называют себя «Шепчущиеся». А пленённую девушку зовут Лидия, она твоего возраста, и Мэгги считает, что с тобой она пойдёт на контакт в большей степени, нежели с нами. — Хорошо, я поговорю с ней. — Отлично, завтра Мэгги тебя отведёт. А насчёт нашего утреннего разговора, Карл... — Ты правда всё это время думал, что Ниган меня изнасиловал?***
От всех этих разговоров, воспоминаний Карл полночи не мог уснуть, ворочаясь, перебирая, словно пазлы, различные моменты, при этом стараясь не затрагивать и не анализировать собственные чувства и поступки. Надеясь, что истинные мотивы собственного поведения ему не откроются никогда. Не одного Карла в эту ночь мучили разного рода мысли. Уснуть после разговора с сыном не мог и Рик. Уже в полудрёме он услышал слабые стоны из детской. Зайдя в комнату, Рик увидел, как Карл тихо стонет, вгрызаясь зубами в подушку, сжимая руками одеяло. Подойдя ближе, Рик осторожно прикоснулся к плечу сына, стараясь его разбудить от кошмаров. — Карл... — позвал Граймс. И тот резко проснулся и сел на кровати, не замечая отца, чувствуя, как весь покрылся потом, чувствуя, как пылают щёки и бешено бьётся сердце. И что самое ужасное и немыслимое — отчаянно ноет в паху. Это был первый раз, когда Карлу Граймсу снился Ниган.
