Жить - значит повелевать

В этот день в Лондоне была сырая и не особо приятная погода. В принципе, для «города туманов», это было неудивительно, и прожившему в этом мокром городе Шерлоку Холмсу было вполне комфортно даже в густом тумане. На часах было уже довольно таки поздно, и мужчина торопился домой, где Миссис Хадсон уже наверняка поджидала его на лестнице чтобы отчитать за очередное позднее возвращение. Шаги и стук каблуков туфель гулко раздавались по тихой улице. Мужчина все ускорял шаг, все больше и больше погрязая в своих мыслях. Он думал об очередном серийном убийце, которых он так сильно любил раскрывать. Буквально час назад он узнал, что убийца носит сорок третий размер армейских ботинок, любит пончики с корицей и красивых девушек, которые в последствии становились его жертвами. Слишком банально, но все таки убийца имел смелость заманивать их к себе домой, жестоко убивать и развешивать части тела по всему Лондону. И еще большую смелость, чтобы тщательно скрываться даже от Шерлока уже два месяца. В принципе, жизнь в Лондоне в наши дни ничем не отличалась от прежней. Все те же вымощенные улочки, все те же ничем не обремененные по мнению Холмса люди, которые бегают от дома до работы и обратно, не задумываясь ни о чем, кроме того, где купить дешевле индейку на Рождество. А вот Шерлок думал. Он думал всегда. Его мозг за всю жизнь не останавливался ни на секунду. Всю жизнь его обременяли мысли о несовершенстве его самого и мира в целом. Его обременяли мысли о Джоне, особенно из-за того, что мысли о нем уже как три года не выходили из головы. И эти мысли, на удивление Шерлока, никак не могли уйти. В мгновение мужчина в длинном пальто остановился. На небольшой улочке был только он и густой ледяной туман. Фонарь, горевший отвратительным желтым цветом, предательски замелькал. Он глубоко выдохнул и длинными костлявыми пальцами поправил шарф. Ему нравилась городская тишина среди ночи. Нет никого, кто вытянул бы его из раздумий. Холмс снова двинулся в путь, только на этот раз немного медленнее. Ему резко стало не по себе, будто какая то посторонняя сила давила ему на вески. Буквально секунду назад все было отлично с его состоянием, но в данную секунду земля будто уходила из под ног. Голова Шерлока сильно кружилась. Не успел он опереться на фонарный столб, как земля под ногами немного содрогнулась и он упал без сознания на вымощенную Лондонскую дорогу.

***

Джон беспокойно сидел в кресле на втором этаже. В новостях сообщили срочную новость о том, что в небольшом американском городе взорвалась непонятная для разума Ватсона штуковина. Но он понял лишь то, что она может быть опасна и то, что даже Лондон задела ударная волна. Мужчина не скрывал то, что он волновался за своего друга. На часах было уже два часа ночи, и зная Холмса, неудивительно, что он еще не вернулся. Но дело в том, что он обещал вернуться еще час назад. И, судя по разговору и звукам каблуков, когда они разговаривали по телефону, он уже направлялся домой. В голову Джона шли скверные мысли о том, что с Шерлоком могло что-то случиться. Даже несмотря на то, что он отлично знал, что его сосед по квартире отлично умеет постоять за себя. Зазвонил мобильный телефон. Джон взял трубку: - Да? - Это Лестрейд, - прозвучал очень знакомый голос на той стороне провода. И голос его был с нотками грусти. - Чем могу помочь в столь поздний час? - голос Ватсона звучал тихо и устало. Ожидания Шерлока очень утомляет. - Мы нашли Холмса, когда патрулировали улицы. Надеялись, что последствий небольшого землетрясения нет. Но, увы, несколько людей все таки пострадали. В том числе и наш великолепный детектив. Он в главной больнице без сознания. Думаю, он будет рад тебя увидеть, когда придет в себя. - Спасибо что позвонил, Лестрейд, - на этой не особо веселой ноте, Джон положил трубку. Пару секунд он сидел переваривая то, что ему сообщили. Резко сорвавшись с места и схватив пальто с крючка, он бегом сбежал со ступенек лестницы. - Джон, вы то куда так поздно? Вы с ума сошли? - От громкого и глухого стука по ступенькам Миссис Хадсон выглянула с кухни. Странно, что она все еще не спала, ведь она еще час назад решила, что ожидание Холмса для поимки с поличным не даст успеха. - Что-то случилось с Шерлоком. Потом все расскажу вам, Миссис Хадсон. - С этими словами Ватсон захлопнул за собой дверь, на которой даже при тусклом фонарном свете отлично было видно надпись «221В».

***

Когда Ватсон зашел в полуосвещенную палату к Шерлоку, он был уже в сознании. Видя людей в белом халате и с трубкой в носу, Джону становилось не по себе. Особенно, если это был человек, который обычно одет в длинное черное пальто и синий шарф. - О, Джон, я тебя ждал. - устало проговорил мужчина, лежавший на кровати. - Шерлок, какого черта? - Тон Ватсона был раздраженным. Точнее, пытался быть таким. На самом деле, он очень волновался за своего друга. - Я шел на Бейкер-стрит, как у меня резко закружилась голова и я упал на асфальт, ощутив небольшой подземный толчок. Исходя из новостей, которые тут только и крутят, взорвался ускоритель частиц, и как мне известно, это не очень хорошо. Особенно, если смотреть со стороны того, что могут быть какие угодно последствия этого происшествия. Джон, друг мой, принеси баночку содовой из автомата в холле, умираю от жажды. - Хорошо, дружище. - Ватсон хотел возразить, мол, что в таком состоянии Шерлоку нельзя пить содовую, но что-то в его голове заставило это сделать. Будто кто-то или что-то в его голове заблокировало то, что он хотел сказать, и он сказал и сделал то, что сказал Холмс. Когда Джон вернулся с ярко-зеленой банкой содовой, Шерлок уже спал. Мужчина в коричневом пальто сел на неудобный больничный стул около своего друга и задумался. Было уже почти четыре часа утра.

***

Нет, пожалуйста, не делайте этого! Прошу вас, мой отец очень богатый человек, он заплатит вам огромные деньги. Столько денег, сколько вы захотите, прошу вас! Голос неизвестной девушки срывался в истерике, а слезы залили все прекрасное, будто выточенное из мрамора, лицо. Хрупкая, бледная, беззащитная. Белокурые волосы прилипли к лицу и спутались, а вся дизайнерская одежда порвана и заляпана грязью. Она была привязана к алюминиевому хирургическому столу. Вокруг — темнота, лишь яркий белоснежный цвет лампы дневного света ослеплял ее. В воздухе стоял запах сырости и смерти. Именно тут было беспощадно убито уже 4 девушки. По две девушки в месяц. Они были тщательно выбраны, все — богатые и прекрасные. И несмотря на то, что была небольшая закономерность в выборе, невозможно было угадать, кто из девушек станет следующей жертвой Убийцы. Он грозно навис над столом, держа в руке уникальный предмет — бритву со времен 1800-х годов, которой в то время брили бороды мужчинам. Исключительно заточенный, исключительно острый. Одно единственное легкое движение руки — и уже перерезаны артерии и человек будет биться в смертельной агонии. Но цель Убийцы не просто довести человека до адских мук, но и морально удовлетворить свою потребность в пролитии крови. - Деньги мне не нужны, сладкая, - грубый, невероятно мерзкий мужской голос гулко прозвучал в полупустом влажном помещении, - мне нужна ты и твое невероятно очаровательное личико. - Пожалуйста... - девушка не успела договорить, как дико закричала от боли. Убийца преступил к своей миссии на сегодня.