Чета Учих

Никогда не думал, что полюблю розовый цвет. Он всегда вызывал у меня раздражение. Слишком ярким, вызывающим и противным он был. А сейчас я смотрел на лепестки сакуры, ощущая умиротворение, и думал, что где-то далеко меня ждет любимая женщина с таким же цветом волос. Так странно желать видеть розовый цвет, дабы хоть на миг почувствовать рядом с собой ту, которую я никогда не воспринимал всерьез. Отмахивался от нее, старался не замечать, отталкивал ее от себя, пытался заставить ненавидеть, чуть не убил. А она всегда пыталась быть рядом. И это раздражало. Раздражало, что с ней я не мог думать об одной мести. Странное чувство внутри меня беспокоило, отвлекало. И я убивал его, чтобы ничего мне не мешало. Я пытался разорвать ту хрупкую связь с теми, кто удерживал меня от окончательного падения во тьму. Не будь Наруто и Сакуры, я бы пропал. Эти двое не отреклись от меня, не бросили во тьме. Они упорно тянулись ко мне, не жалея себя. Они вернули меня. И в ответ я дал слово понять и разделить их чувства. Впервые я по-другому взглянул на своих старых товарищей. И прощаясь тогда с Сакурой, я чувствовал, что не могу назвать ее товарищем. Блеск ее глаз, легкий румянец на щеках и тихий нежный голос – все это не давало мне относиться к ней так же, как к Наруто. Неизвестное чувство, что долгое время жило в моей груди, вновь зашевелилось, заставляя внимательнее смотреть в зеленые омуты Харуно. В ее глазах я видел поддержку, нежность, надежду, легкий страх. Удивительно, сколько всего она научилась выражать глазами. Или это я просто был слепым? Прошел год прежде, чем я стал понимать, что чувствую к розоволосой напарнице. Все годы я вспоминал ее и тут же злился на себя за свою и ее слабость. А после войны я понял, как ошибался в ней. Ее слезы не были слабостью. Ее верность не была глупостью. Ее любовь не была обманом. Сакура всегда была сильной духовно. А позже стала сильна и физически. Эта девушка прочно засела в моей голове. Но я не спешил признаваться ей и даже самому себе в любви. Я понимал, что не смогу подарить Сакуре ту семью, о которой она мечтала, и потому не смел сближаться с ней ради нее же. Но тем самым я лишь причинял ей боль. Это надо было остановить… Я не умею быть нежным и ласковым, не могу говорить слова любви и делать комплименты, не понимаю глупых праздников для влюбленных, не знаю, что надо дарить любимой женщине. Но я могу точно сказать, что в моей жизни есть место лишь для одной женщины. И эта женщина – моя жена. Та, кто любит меня и всегда ждет. Та, на которую я всегда могу положиться. Та, кто бережет наш дом. Та, кто всегда поймет и примет меня. Наверно, такой и должна быть идеальная жена. Нежная, но сильная. Пропадающая на работе, но поддерживающая дом в чистоте. Спокойная, но полная жизни. Я не могу представить себя ни с кем, кроме нее. Я уже не могу любить никого, кроме нее. И я знаю, что никого, кроме меня, она не любила. За это я ей благодарен вдвойне. Я буду защищать свою семью, свою жену и дочь, которую я долгое время не видел. Я сделаю все, чтобы моя семья была в безопасности. Я пойду на все, чтобы им ничего не угрожало.

***

- Саске… - я осторожно приподнялся на кровати и усмехнулся. Даже во сне Сакура зовет меня и хочет быть ближе. И мне искренне жаль, что я не могу быть с ней рядом больше недели. Скоро снова на поиски следов иномирян. Но пока еще есть время побыть с семьей. Осторожно коснувшись волос Сакуры, я пропустил их сквозь пальцы и сделал глубокий вдох. От моей жены пахло вишней и полевыми травами. Такой родной запах, который я хочу вдыхать каждый день. Кажется, я становлюсь зависимым. Но это меня не пугает. Я боюсь лишь потерять свою семью. Больше меня ничего не страшит. - Не уходи… - Сакура часто говорит во сне. Ее голос становится невероятно нежным и тихим. Его приятно слушать. Особенно, когда она разворачивается и лбом утыкается мне в грудь. Мне так удобнее вдыхать ее запах и пальцами водить по оголенному хрупкому плечу. Я не умею быть нежным, но это не мешает мне наслаждаться короткой передышкой в обществе любимой женщины. Это не мешает мне осторожно касаться ее после долгой разлуки и ощущать шелк ее кожи. Это не мешает мне любить ее. Пусть по-своему, немного странно, но любить по-настоящему. Я никогда не потревожу ее сон. Но я уйду, не попрощавшись с ней. Я никогда не предам ее. Но почти все время буду далеко от нее. Я никогда не разлюблю ее. Но слов любви больше не скажу. Наверно, моя любовь странная, но иначе я не умею. Да и разве у меня с Сакурой может быть иначе? Я ее обижал – она меня любила. Я причинял ей боль – она меня любила. Я уходил – она меня любила. Я пытался ее убить – она меня любила. Я ее люблю – она любит меня. В этом мире есть нечто неизменное, ради которого стоит жить и пытаться сделать мир чуть лучше. Это я понял вчера вечером за семейным ужином, когда Сарада рассказывала о своих успехах и лукаво смотрела на свою мать. А затем внезапно подмигнула ей и сказала, что ночь проведет в доме Узумаки, так как обещала девичник Химавари. Сакура тогда густо покраснела и кивнула. За столько лет брака она еще умудряется смущаться. И каждый ее поцелуй сопровождается легким румянцем. За этим так интересно наблюдать. Ее глаза сверкают, на щеках румянец, а губы едва заметно дрожат. Потрясающее зрелище, созданное для меня одного. Но и она меня смущать умеет, хотя я был уверен, что не способен на это. Все же моя жена – удивительная женщина! И только с ней я могу быть. Другого мне не дано.

***

- Я буду тебя ждать, - шепчет Сакура перед каждым моим уходом. Снова она стоит и просто смотрит на меня, а в ее глазах горит желание. За годы брака моя женщина стала сдержаннее, но желания я вижу. Я знаю, что моими объятиями она очень дорожит. И потому я редко обнимаю ее. Не хочу, чтобы наши касания стали обыденностью. Пусть каждый раз она будет вздрагивать и улыбаться мне. Пусть каждый раз она будет сиять любовью. Это лучшее, что может быть в моей жизни. - Папа, вернись поскорее. А то мама снова будет скучать и смотреть по вечерам на твое фото, - последнюю фразу Сарада шепчет отцу на ухо, дабы не смущать мать. Я усмехаюсь и кладу руку на голову своей повзрослевшей дочери, в образе которой я вижу всех дорогих мне людей. Она выросла достойной куноичи, и за это я говорю Сакуре «спасибо» перед каждым своим уходом. Я никогда не был хорошим отцом, но мне повезло с женой. И, может быть, когда-нибудь я смогу навсегда остаться дома и заняться воспитанием следующего ребенка. Я дал себе слово, что когда эта долгая миссия закончится, я вернусь домой и сам воспитаю будущего наследника. Почему-то я уверен, что следующий наш ребенок обязательно будет мальчиком. Но пока это лишь мечты. А пока жестокая реальность отправляет меня в путь. Но на прощание я все же могу кое-что подарить своей семье. Внезапно целую дочь в лоб, а Сакуру молча притягиваю к себе и крепко обнимаю. Ее сердце бешено бьется, а руки сжимают мой плащ. Я хотел бы остаться, но не могу. И моя семья понимает это. Но я вернусь. Мне есть ради кого жить и к кому возвращаться. Мне есть кого защищать. Мой дом - это мое счастье.