hot summer nights

Это происходит ночью, в самоё тёмное, душное, противоречивое время суток, в отеле какого-то очередного городка из их бесконечного тура. 01:07 Тайлер лежит рядом с Джошем на одной кровати. Ведь это абсолютно нормально – делить спальное место с лучшим другом. Разве нет? И оба они стараются не думать о том, что каждую ночь, в каком бы отеле, в каком бы крутом номере они не остановились, одна кровать всё равно пустует, потому что спать вдвоём приятно, необходимо. Тайлер ворочается с боку на бок, тяжело дышит, то откидывает одеяло чуть ли не на пол, то укутывается в него с головой. Спать в эту жару просто нереально. А возможно, виновата бутылка вина, выпитая на двоих двумя часами ранее. Не суть. Алкоголь, душный номер, бесконечно сменяющие друг друга мысли – не важно, что является причиной бессонницы младшего. Важно то, что он уже более часа провёл в мучениях и в бессмысленных попытках отключиться. 02:00 Джозеф поворачивается на левый бок и закидывает руку на Джоша. Это, опять же, абсолютно нормально. Совсем не по-гейски. Все лучшие друзья так делают. Наверное. И почему Дан так быстро уснул? У него что, вообще никогда не бывает проблем со сном? Везёт же. Тайлер проводит рукой сверху вниз по боку старшего, дотрагиваясь пальцами через тонкую ткань футболки до рёбер Дана. Так приятно, так привычно. Рука Джозефа опускается до бедра и возвращается обратно, проделывая тот же путь в другом направлении. И снова вниз. Дан размеренно дышит, и немного дёргается во сне от щекотки. Тайлер ухмыляется и прекращает двигать рукой, просто обнимая парня и прижимая к себе. И тут Джош немного потягивается, поворачивается к младшему и улыбается. Молчит. Тайлер тоже молчит. Это безмолвный взгляд глаза в глаза лучше всяких слов передаёт то, что у них на душе. Точнее то, о чём лучше молчать, потому что всё и так слишком сложно и запутанно. Тайлер приближается к Дану ещё ближе, хотя, казалось, куда ещё? Перемещает руку на волосы старшего, проводит по голове, наслаждаясь шелковистостью розовых кудрей. Господи, как же это приятно, как же это необходимо: чувствовать Джоша рядом, так рядом, что кажется, что вы одно целое. Хотя так и есть. Младший закрывает глаза, зарывшись ладонью в волосы, забывая обо всём. Они не геи. Это просто необходимо. Чувствовать. Видеть. Наслаждаться близостью. Ничего более. Тайлер открывает глаза и смеётся, глядя на улыбающегося, но не понимающего старшего. — Что? — Что? Взаимные улыбки и морщинки вокруг глаз. Почему так хорошо? — Джош, я вспомнил кое-что, — вдруг начинает Тайлер. — Мой старый твит. О поцелуе. Помнишь? Джош немного хмурится, пытаясь понять, о чём говорит младший. — А, типа того что мы с тобой поцеловались? — Дан смеётся, припоминая. — Я помню, какую панику ты тогда навёл среди фанатов. Хорошая была шутка. — Да. Шутка. Тайлер ложится на спину, раскидывая руки вдоль тела. Смотрит в потолок. Ничего не видно. — Джош, я такой пьяный. Зачем мы пили? Джош? Джош? Старший кладёт руку ему на живот, нежно поглаживая, забираясь под футболку, отчего младший нервно вздыхает и выпрямляется по струнке. Джош молчит. Любовно гладит живот Тайлера, водит круги, рисует какие-то узоры. На горячем теле младшего появляются мурашки. — Ну, я не знаю, Тайлер. Это была твоя идея. Ну, я про вино. Ты понял, — Джош хихикает и путается в словах, потому что алкоголь ещё владеет разумом, а открывшийся перед ним вид – тяжело дышащий Тайлер, втягивающий живот и пытающийся успокоиться – мешает нормально думать. — Джош, у нас завтра концерт, а на часах уже далеко за полночь. Утром ты меня будишь. — Без проблем, — старший прекращает неоднозначные движения своей рукой, оставляя в покое живот и душевное состояние Тайлера. Берёт младшего за руку и проводит большим пальцем по внешней стороне ладони. Хорошо, душевное состояние Тайлера всё ещё не в порядке. Тайлер закрывает глаза и наслаждается прикосновениями Джоша, такими нежными и заботливыми, словно Тайлер – ребёнок, а Джош – любящий папочка, оберегающий своего сына от всех бедствий. Стоп. Странное сравнение, очень. Тайлер смеётся и поворачивает голову в сторону Джоша. — Папочка. Джош замирает. Что? — Что? Тайлер не отвечает, просто смотрит Джошу в глаза, даже не пытаясь отстраниться. Джош вздыхает и придвигает своё лицо к лицу Тайлера. Выдыхает в губы: — Ты такой прекрасный, Тайлер Роберт Джозеф. Такой. Невероятный. Большие глаза Тайлера расширяются ещё больше, он боится сказать хоть слово и испортить момент. Джозеф прислоняется губами к губам Джоша, шепча: — Я люблю тебя. Они не отстраняются, но и не предпринимают никаких дальнейших движений. Просто лежат вплотную друг к другу, прислонившись губами, и тяжело дышат. И тут Джош начинает движение. Плавное и нежное, невинное. Тайлер судорожно вздыхает и отвечает на поцелуй. Их первый поцелуй. Губы Джоша сухие и обветренные, но такие приятные. Джош проводит языком по нижней губе Тайлера, заставляя младшего задержать дыхание и приоткрыть рот, впуская язык Джоша. Тайлер не верит, что это происходит. Не верит, что спустя столько лет они целуются. По-настоящему. Сильно. Язык Джоша дотрагивается до языка Тайлера, проводит по кругу, затем по зубам, и снова дотрагивается до языка. Тайлер ёрзает рядом с Джошем, трётся о него, не отдавая отчёта своим действиям. Голова кружится. Мир кружится. Дан забирается сверху, навалившись всем телом, медленно двигается на Тайлере, продолжает поцелуй. Это больше не нежное и невинное соприкосновение губами, это что-то отчаянное и страстное. Языки сплетаются, всё как-то слюняво и грязно, но так приятно и так правильно, что ни у одного не возникает попыток отстраниться. Джош спускается к шее Тайлера, немного проведя языком, а потом целуя. Сначала быстро и резко, потом сильно, глубоко и до боли. Тайлер извивается под старшим, скулит и ёрзает, рвано дышит и то открывает, то закрывает глаза, наслаждаясь происходящим. Дан переходит на ключицу младшего, проводит языком вдоль косточки, прикусывает её, целует. Тайлер уже почти не понимает, что происходит. Это похоже на сон, но нет, сон не может быть таким идеальным, во сне не может всё чувствоваться так. Джош снова переместил губы на губы Тайлера, продолжая страстный и такой правильный поцелуй. Дан толкнулся бёдрами в бёдра Джозефа и ухмыльнулся стону, который сорвался с губ младшего. — Джош, стой, Джош. Джош. Джош. Мы не должны, это... это неправильно, — немного отстранившись, бормотал Тайлер. Джош опустил голову ниже и укусил младшего за кончик уха, оттягивая и посасывая его. Пальцы Тайлера резко вцепились в волосы Дана, прижимая того к себе для нового поцелуя. Джозеф толкнулся бёдрами вверх, глотая стон, который сорвался с губ Джоша. — О, господи, Джош, господи, Джош, — хаотично шептал Тайлер, когда Джош опустился вниз и ухватился руками за края футболки Джозефа. Тайлер привстал и помог Джошу снять её с себя, после чего, почувствовав дискомфорт, съёжился, пытаясь отодвинуться от старшего. — Тайлер, посмотри мне в глаза. Тайлер. Джозеф собрался с духом и встретился взглядом с Даном. — Тайлер, ты знаешь, я не сделаю тебе больно. Мы не зайдём далеко. Тайлер, ты слышишь меня? Доверься мне. Младший вздохнул и кивнул, проклиная вино и в то же время благословляя его, ведь это именно из-за вина они дошли до этого? Это ведь вино и ничего больше, так? Джош поместил руку вниз и сжал её на выпуклости через боксёры Тайлера. Джозеф дёрнулся и подался бёдрами выше, пытаясь как можно сильнее потереться о руку старшего. Дан сжимал член Тайлера, заставляя того стонать в голос и судорожно ловить ртом воздух. — Ты м-можешь снять их с меня? Джош, прошу, сними их с меня, — Тайлер чуть ли не плакал, дёргаясь в руку Джоша. Но Дан вместо того, чтобы избавить младшего от ненужной части гардероба, начал медленно снимать с себя футболку, и, господи, это было самое прекрасное зрелище, которое когда-либо видел Тайлер. Джозеф очень пожалел, что сейчас ночь и что он не может разглядеть румянец, проступивший на щеках Джоша, что он не может увидеть блеск его глаз и взлохмаченные волосы. Дан опустился на Тайлера, прислоняясь кожей к коже, опуская весь вес своего накаченного тела на хрупкого Джозефа, снова целуя и обнимая. Это невероятное ощущение, которое невозможно передать словами. Почему соприкосновение двух мокрых и разгорячённых тел может вызывать такие мурашки и такую сильную дрожь? Тайлер изнывает под Джошем, стонет так громко своим высоким и чистым голосом, что Дан уверен, что может кончить, просто слушая эти божественные звуки. Тайлер одной рукой схватил волосы Джоша, притягивая того ещё ближе к себе, а другую руку опустил вниз и дотронулся до возбуждённого члена старшего, после чего Дан издал удивлённый всхлип, отстранился от Тайлера и опустился ниже, хватаясь руками за чужие боксёры и спуская вниз. Тайлер облегчённо вздохнул, когда почувствовал, что эта ненужная ткань наконец-то снята. Джош ведёт рукой по животу Тайлера, опять водит кругами, дразнит младшего, заставляя изгибаться и пытаться быть ближе, почувствовать трение. Тайлер чувствует, как тёплая ладонь Джоша спускается вниз, а потом снова возвращается на место, вызывая волну мурашек на теле младшего. — Джош, опусти её. И старший слушается, опуская свою руку на член Джозефа, сжимая его, водя вверх-вниз, заставляя Тайлера ёрзать и извиваться под ним. Потом он убирает руку и чуть отстраняется, вызывая тем самым недовольный всхлип младшего. — Блять, Джош, даже не смей теперь останавливаться, — Тайлер стонет и смотрит на Джоша, который, о боже, снимает свои боксёры и прижимается своим членом к Джозефу. Они оба вздыхают от непривычных ощущений, хаотично двигаясь, цепляясь за волосы, тела друг друга. Джош чуть опускается и целует Тайлера, затем просовывает руку между разгорячёнными и липкими телами, сжимая ладонь на члене Джозефа. Тайлер стонет все громче и громче, толкается в руку Джоша, откидывает голову на подушку. Джош наблюдал за стонущим Тайлером, сжимая руку всё сильнее и сильнее, как вдруг сам почувствовал руку младшего на своём члене. Джозеф водил быстро и рвано, но даже эти хаотичные движения вызывали стоны из Джоша, заставляли того ускорять движения на члене Тайлера. Джош тяжело дышал, упираясь одной рукой слева от Тайлера, а другой водя по всей длине члена младшего. Дан опустил голову и сильно прикусил тонкую кожу на шее Джозефа и почувствовал вкус крови, после чего Тайлер застонал ещё громче, бормоча что-то вроде «быстреегосподиджошбыстрееблятьджошджошджош». Они кончили почти одновременно, сначала Тайлер резко дёрнулся и непростительно сильно сжал руку на члене Джоша, после чего последний излился в руку младшего. Продолжая поглаживать друг друга, парни подрагивали, пытаясь восстановить дыхание и прийти в себя. Первым очнулся Джош, целуя Тайлера в мокрый висок, проводя губами по волосам, затем по щеке, по скуле, касаясь кровоподтёка на шее и обратно к виску. Тайлер открыл глаза, продолжая всё ещё тяжело дышать и смутно понимая, где он находится. Когда глаза сфокусировались и Джозеф смог разглядеть улыбающегося Джоша, склонившегося над ним, Тайлер улыбнулся в ответ и притянул обеими руками старшего для поцелуя, теперь медленного, ленивого и такого нежного. Время потеряло счёт, они целовались размеренно, не задумываясь ни о чём. Тайлер обхватил ногами талию Джоша и прижал к себе ещё ближе. Наконец Джош отстранился и уставился на Тайлера взглядом, который невозможно понять однозначно. — И что теперь? — Что? Тайлер непонимающе посмотрел на Джоша. Что теперь? Это как-то изменит их отношения? Это считается изменой Дженне? Господи, что они сделали. — Тайлер, Тайлер, успокойся. Всё в порядке, – заметив растерянность и лёгкий испуг в глазах Джозефа, Джош его обнял и уткнулся в шею. Спустя несколько минут молчаливых объятий, Дан слез с Тайлера, надел боксёры на себя и на младшего, а затем лёг рядом, положив руку Джозефу на живот, прижимая к себе. Тайлер закрыл глаза и нахмурился, о чём-то задумавшись, затем резко выдохнул и повернулся к Джошу, обнимая того за спину, прижимаясь всем телом. Джозеф поцеловал парня в уголок губ, а затем, улыбнувшись самой счастливой и искренней улыбкой, прошептал: — Спокойной ночи, Джош. Завтра утром ты меня будишь. Джош улыбнулся в ответ и закрыл глаза, чувствуя, как силы его покидают, а сон приближается всё больше. Тайлер ещё несколько секунд смотрел на засыпающего Джоша, а затем, уткнувшись тому в ключицу, впервые за долгое время уснул крепким и спокойным сном в объятиях своего любимого друга.