Дитя Природы

Глава 5 Сознание возвращалось медленно и неохотно. Глаза открыть получилось попытки с пятой. Незнакомый потолок. Я вздохнула полной грудью, пытаясь уловить как можно больше запахов. Пахло животными, травами и лесом. Воздух был свеж и сладок. Я нахмурилась, прислушиваясь. Был слышен шум листвы, перешептывания деревьев и пение птиц. Я приподняла голову, чтобы оглядеться. В комнате было светло. Мимо меня пролетело пара пчел размером с шершня. Я посмотрела в окно. Там светило яркое солнце, грея меня своими лучами. Зажмурившись, я подставила лицо под его лучи и улыбнулась. Послышался скрип, и я резко повернула голову в ту сторону. Все было бы хорошо, если бы голова от резкого движения не закружилась. Я охнула и схватилась за виски, а потом опять подняла голову, чтобы посмотреть, кто там. Передо мной стоял высокий мужчина с прикольными бровями. — Кто вы? — тихо спросила я. — Меня зовут Беорн. Ты сейчас находишься в моём доме, как и гномы, эльфийка. С твоим волком все хорошо. — Меня зовут Лауриэль, а волка — Баилэс. Я благодарна вам за оказанное гостеприимство. Мужчина усмехнулся, но кивнул. — Гномы хотят поговорить с тобой. Пускать их? Я кивнула. Конечно они хотят со мной поговорить, как же иначе! Беорн приоткрыл дверь, и в проход сразу же проскочил Баилэс. Следом за ним вошёл Торин, а после Гэндальф. Волк улегся рядом со мной и начал следить за гномом. Я тоже смотрела на него, пытаясь по лицу понять, как много сказал волшебник. Но это было гиблое дело, поэтому я просто с интересом уставилась на него. Он хмуро и как-то брезгливо смотрел на меня. Меня передернуло. Я вздохнула. — Спрашивай. Два раза повторять гному не нужно. — Кто ты такая? — Эльф, — насмешливо посмотрела на короля. Он нахмурился ещё сильнее. — Я знаю. Я спрашивал про другое. — Думаю, для начала нам нужно представится и выяснить, что тебе уже сказал Гэндальф, и от этого отталкиваться, — предложила я, поглаживая Баилэса. Гном немного подумал, но кивнул. — Моё имя Торин Дубощит. Гэндальф сказал лишь то, что ты направляешься к Одинокой Горе. Это правда? Я усмехнулась. — Меня зовут Лауриэль. И да, я иду к Одинокой Горе. От возмущения у гнома брови поползли вверх. И я с интересом наблюдала за этим. Он сразу на меня с секирой накинется или сначала поговорим? — И что же эльфийке там нужно? Золото? Камни? — шипел Торин, метаясь по комнате. — Гномье золото — это последнее, что меня интересует. Мне нужен дракон, — спокойно ответила я и улыбнулась. Кажется, у него разрыв шаблона, и из-за этого он начинает ярится ещё больше. — Не ври мне! Ты думаешь, я поверю в такую чепуху? Если ты не скажешь мне правду, то я отсеку тебе голову! — закричал гном. Баилэс предупреждающие зарычал, но я его отдернула. Я тоже начала выходить из себя. Маг хотел вмешаться, но я не дала. Сделав лицо холодным и непроницаемым для эмоций, я уже холодным голосом начала. — Торин Дубощит, мне все равно, веришь ли ты моим словам или нет. С твоей помощью или без нее, но в Эребор я попаду и увижу дракона. — Зачем тебе Смауг? — король решил зайти с другой стороны. Я пожала плечами. — Я не знаю. Наставник сказал мне прийти обратно с драконом. Кажется, Торин уже ничему не удивился. Гном только тяжело вздохнул и помассировал руками переносицу. — И кто же твой наставник? -Энт Деревень. — Энты? — изумился гном. Ну да, это же легенды, но, по-моему, в этом мире никогда нельзя сказать, что вот это — небылица. Видимо, Торин тоже это понял и поэтому как-то обречённо спросил. — Какие гарантии, что он пойдёт с тобой? — Гарантий у меня нет, но есть девяносто процентная вероятность того, что он пойдёт со мной. — Мне нужно подумать, — и вышел из комнаты. Я устало повалилась на кровать. Этот разговор вымотал меня, а еще вселил страх и вопросы. А действительно, какие у меня гарантии того, что Смауг не сожрет меня? Что он пойдет со мной? У меня есть только заверения Древня и больше ничего. Это… пугало. В комнате, кроме меня и волка, никого не было. Видимо, маг и Беорн вышли вслед за гномом. Что ж, тем лучше. Я хочу побыть одна. Я опять начала думать. Почему я согласилась, вот так без каких-либо гарантий пойти к дракону? Я действительно такая безрассудная? А может энт хочет избавиться от меня? А что, я свое дело сделала — источник начал заново работать, и вроде как я больше не нужна. Меня передернуло от собственных мыслей. Когда я начала сомневаться в словах наставника? Когда я начала сомневаться в нем самом? Да что со мной происходит?! То состояние в пещерах гоблинов, да ещё и это. А все ли рассказал мне энт? Ну вот опять! Я не должна сомневаться в словах наставника! Тем более, что Скородум не возразил ему, а это что-то да значит, потому что этот энт сильно привязался ко мне и, если бы мне была уготована смерть, то ни под каким бы предлогом не отпустил бы меня! В конце концов, жизнь вообще опасная штука. Так что хватит раскисать. Именно этот момент выбрал Беорн, чтобы позвать меня за стол. Гномы недоверчиво и с подозрением смотрели на меня, а полурослик с интересом следил за мной. — Думаю, мне нужно представиться для всех. Лауриэль. — Мы знаем, — грубо ответил суровый лысый гном. — Зато я не знаю вас. — Двалин, — представился грубый гном. — Это Балин, — подал голос Торин, — это Дори, Нори, Ори. Это Кили и Фили. Глоин, Бифур, Бофур, Бомбур. А это хоббит Бильбо Бэггинс. Меня ты знаешь. Я кивнула и принялась за еду. — Мы уходим через час, — проговорил волшебник. — Наш путь лежит через Лихолесье. — Понятно. Хм… не самый лучший путь, особенно с учётом того, что на вас, а теперь и на меня охотятся орки. Но, я так понимаю, выбора нет. — Ты права. Выбора у нас нет. Поели мы быстро. Я поблагодарила Беорна за вкусную еду и кров. Его хмурое лицо немного пугало меня, но это не помешало привязаться к нему. Я знала, что случилось с оборотнями, и то, что один из них все же выжил, вселяло в меня надежду на то, что этот удивительный народ восстанет из пепла. Прощались мы скомкано, но я до самой границы Лихолесья чувствовала его присутствие. Дорога, по которой мы шли к Лихолесью, вела нас через удивительно зелёные поля и холмы. Такой насыщенный цвет травы я видела только в сердце источника своего леса. Я дышала полной грудью и не могла надышаться, так был сладок воздух в этом крае. Ветер играл с моими заплетенными в косу волосами и звал побегать на перегонки. Мне приходилось все время одергивать Баилэса, который с поистине щенячьим восторгом рвался за ним. Я бы тоже не отказалась побегать, но не то они выбрали время, не то. Общение с гномами шло со скрипом. Единственными, с кем мне удалось сойтись сразу, стали молодые гномы Кили и Фили. Практически всю дорогу мы травили друг другу разные забавные случаи из жизни. Иногда к нам присоединялись другие гномы, но ненадолго. В общем, все было вполне мирно. Мирквуд приветствовал нас унынием и отталкивающий аурой. Все просто кричало о том, чтобы не ходить сюда, но гномы — ребята рисковые. Лишь милый хоббит проявил каплю рассудительности поинтересовавшись, а нет ли другой дороги. Я спрыгнула с Баилэса и потрепала его по голове. Он встрепенулся и повёл носом, принюхиваясь к лесу и запоминая ароматы на всякий случай. Я же, стараясь не обращать на ауру леса внимания, огляделась. Маг подошел к скульптуре, укутанной в плющи и нахмурился. А потом резко сдернул его. От увиденного я даже отшатнулась. Ужас накрыл меня с головой. Я знала, что это за знак. Я их видела на деревьях, что росли у самой границы. Деревья на этих границах были мертвы. Древень рассказывал, что это знак орков или что-то типа того, я тогда не особо слушала. Все мое внимание было приковано к тому, что творилось вокруг. Смерть и разруха. Воздух был затхлый, а деревья были мертвы. То, во что они превратились, деревьями назвать было нельзя. Черные, скрюченные ветви и стволы тянулись вверх, но не для того, чтобы купаться в солнечном свете, а для того чтобы сокрыть от него, то что происходило под их кронами и не показать никому. Более не нужна была им вода, а лишь кровь на корнях могла насытить их. Живущие там существа жили лишь жаждой силы и убийств. Многие страдали там, но не пытались что-либо изменить. Они находили в этом странное удовольствие: смотреть, как умирает от чужих клыков мать или брат, чтобы в следующую секунду оказался на их месте. Чтобы снова и снова лилась кровь. Чтобы насытить поганых монстров, по ошибке называемыми деревьями. И вкусить плоды, что они дадут. А потом все заново. Эти участки не были Фангорном, который я знала, но в тоже время были неотъемлемой его частью. Личное безумие моего леса. Недаром в Рохане пугают страшилками про Фангорн. Дыма без огня не бывает. Там я бывала всего пять раз. И каждый раз была на волоске от смерти. Лихолесье же было в шаге от того состояния, в котором оказался Фангорн. Это было ударом ниже пояса. Я отвернулась. Судорожно вздохнув, я сжала седло, а потом собравшись с духом вновь повернулась к гномам как ни в чем не бывало. Вот только Гэндальф, как и мистер Бэггинс, заметили мое состояние и чуть побелевшее лицо, но ничего не сказали. Волшебник и хоббит о чем-то разговаривали, но я не слушала, наблюдая за бабочкой, что села на нос Баилэсуи, тот чихнул. Это была настолько милая сцена, что я сразу же забыла про все, о чем до этого думала. Настроение поднялось. Тем временем маг резво вскочил на коня и, попрощавшись, ускакал в неизвестном направлении. Торин Дубощит подошел ко мне. Я приподнята бровь в немом вопросе. Он посмотрел на меня как на дуру. — Ты должна подписать контракт, если идёшь с нами, а ты с нами идёшь, — с нажимом проговорил Торин, хотя лук и стрелы отдам, если он не мечтает избавится от меня. Я действительно почувствовала себя дурой. Гном и без контракта! Ха-ха. Я с интересом наблюдала за разматывающимся пергаментом, а потом начала все внимательно читать и помечать в голове пункты, с которыми я не согласна. Таких набралось довольно мало, но они были. Дубощит похмурился, поворчал, но уступил. Сдался он так быстро, потому что они действительно противоречили моей сущности. А ещё потому, что я вычеркнула награду за поход. Как я уже говорила,  золото гномов — это последнее, что меня интересует. В общем, все приготовления были закончены… … и мы вступили под сень Лихолесья.