Дитя Природы

Глава 26 Пришла в себя я в совершенно незнакомом мне месте. Это было небольшое, обжитое помещение. Возможно чья-то комната. Она была заставлена множеством разными знакомо-незнакомыми предметами. Что-то царапало череп изнутри, но я все не могла понять никак что именно. Единственное, что было мне знакомо в этой комнате — это стол. Но и он был намертво прикручен к стене, а ещё сделан из какого-то незнакомого мне материала. Впрочем из этого материала было сделано большая часть вещей в этой комнате, а также пол, потолок и стены. На взгляд он был гладкий и, наверное, скользящий. На нем аккуратно были разложены книги в твёрдой обложке, и, словно, в противовес этому, рядом были разбросаны книги в мягкой обложке. Они были намного тоньше первых, а подойдя поближе я поняла, что это что-то вроде записной книги, так как на странице одной из раскрытой «мягкой» книге были изображены детские рисунки. Рядом лежали пара кистей с краской и мелки. На рисунке был изображен… дракон? Нарисовано было неумело, но все равно очень легко в этом силуэте угадывался дракон. Я провела кончиком пальца по морде, гладя зверя по морде и ни о чем не думая. В голове было на удивление легко, не хотелось ни о чем думать. Будто мне вернули то, чего все время не хватало, то зачем я гналась последние годы и все никак не могла поймать. Несмотря на то, что комната выглядела обжитой, в ней было крайне мало вещей. Этот самый стол, странный стул на одной ножке с маленькими колесиками, мягкий, светлый диванчик с парой подушек, странный тонкий чёрный предмет на стене, стеллаж со всякой мелочью, а на стенах в рамках очень реалистично прорисованы люди и пейзажи. Присмотревшись внимательно, я поняла, что почти на всех есть одна и также девочка. Вот она с родителями; с младенцем; на фоне леса; с другой девочкой, очень похожей на неё (сестра?). Сама комната была сделана в основном в тёплых зелёных и синих тонах. — Ты уже осмотрелась здесь? — звонкий мальчишеский голос заставил меня вздрогнуть и резко развернуться. На том самом странном стуле сидел мальчишка с неестественно синими, короткими волосами. Голубые глаза с озорством смотрели на меня, а на губах играла шкодливая улыбка. Будто он сделал или собирается сделать какую-то пакость. Он был одет в большую светло-голубую пижаму с облаками и чайками. — Кто ты? — спросила я, отступая назад. — Это не так важно, как например то, Кто Ты, — и вновь звонкий смех разрушает тишину и спокойствие этого места. — Я знаю, кто я, — нахмурилась. — Тогда ответь на вопрос: кто ты? — Я Лауриэль, эльфийка из Фангорна, дочь Природы. — Ответ неверный! — и вновь смех. Он крутанулся на кресле вокруг и подъехал ко мне, а потом столкнулся назад. — Но я помогу тебе и верну, то, что у тебя забрали! — Но у меня ничего не забирали! — Забирали-забирали, эээ! — он высунул языки и потянул нижнее веко, дразнясь. — И что же по твоему у меня могли забрать? — усмехнулась я и скрестила руки на груди. — Воспоминания, — как само собой разумеющееся заявил мальчишка. — Но ты не волнуйся, я Бог Игр, верну тебе то, что у тебя украли! Ха-ха! Я покачала головой. — Боюсь тебя разочаровать, но все мои воспоминания при мне. — А ты уверена? — его лицо мгновенно оказалось в сантиметре от моего, хотя до этого он точно был в двух метрах от меня. Я отшатнулась. — Ты не задумывалась, почему ты помнишь все с того момента как тебя нашли в лесу. Почему уже в таком возрасте ты осознала мир? Но несмотря на это ты не можешь вспомнить какими мыслями руководилась в моменты своего детства. Почему ты сказала тогда Барду о армии, хотя не могла знать о её существовании, но несмотря на это ты точно была уверена, что она есть. Почему? Почему?! Я не знала ответа, а когда попыталась вспомнить, то мысли плавно соскальзывали на других воспоминания, не позволяя сосредоточиться на нужных, а когда я упрямо возвращалась, то голова резко начала болеть и я вскрикнув, упала на колени. — Я говорил-говорил-говорил! — боль прошла так же внезапно, как и появилась и я смогла поднять голову. Мальчик, хотя мальчик ли? , смотрел на меня с превосходством. Вытянув из-под себя ноги, я уселась на теплом полу и смотрела на это существо. — Теперь ты веришь, веришь? — он деланно внимательно посмотрел в мои глаза и воскликнул — Ты веришь! Ха-ха! И я помогу! Верну, что было украдено, и тогда ты ответишь мне на вопрос! Я закусила губу и впилась пальцами в неожиданно распущенные волосы. Я подняла прядь огненно-рыжих волос к лицу и стала её разглядывать. Сколько лет я не ходила вот так, без кос? Почему не распускала? Раньше я не делала это потому что они быстро пачкались и ужасно сильно путались. Но теперь-то я умею пользоваться магией и это не проблема. Так почему же я до сих пор думала иначе? — Это побочный эффект, как-то, что ты очень импульсивна и практически не задумывается о последствиях своих решений, — неожиданно серьёзно ответил на мой мысленный вопрос мальчик, — но не спеши винить всех в своих грехах — это были твои черты, просто усиленные в несколько раз, так что всегда оставался шанс, что ты сорвешься с Братством. К тому же не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. — Зачем тебе все это? — тихо спросила я неожиданно охрипшим голосом, — и кто забрал мои воспоминания?.. — Это сделала Арэ. Только она способна на такое, — пояснил Бог, но видя, что я совершенно не понимаю, о ком это он, пояснил — Твоя Мать. А что насчет меня… — его лицо мгновенно преобразилось — ушла вся несерьезность, заострились скулы, между бровей появилась складка, а взгляд стал серьезным и твердым, — Тут все просто — среди богов сейчас сильные волнения и мне нужно заручиться голосами. Если в голосовании выиграет не моя сторона, то умрёт очень важное для меня существо. Арэ держит нейтралитет, но её голос стоит троих. А ты, как ее дочь, тоже имеешь право участвовать в голосовании. Я предлагаю тебе сделку — когда придёт время, ты встанешь на мою сторону, а я верну тебе воспоминания о прошлой жизни, которые у тебя забрали. — И в чем же моя выгода? Я доверяю маме, и если она так поступила, значит, причины были, — что ты ответишь на это, Бог? Я немного лукавила, говоря все это. Я не доверяла Арэ настолько, чтобы простить воровство воспоминаний хотя и обвинениями кидаться не спешила. — А ты умнее, чем я ожидал, но так даже лучше. Давай я тебе объясню очень простую вещь — воспоминания каждого разумного существа — это его неотъемлемая часть и если ее забрать, то это существо уже никогда не будет прежним. Да, некоторые воспоминания теряются, стираются течением времени, но это сравнимо с царапиной. Иногда глубокой и составляющей проблемы, но царапиной. А то, что сделала Арэ… это можно назвать ампутацией руки или ноги, как тебе будет угодно. В её оправдание можно сказать, что сделала она это не по своей воле, но результат не меняется. Ты стала калекой. Я же сейчас предлагаю тебе заново пришить твою руку. Думаю, стоит ещё добавить, что отсутствие этих воспоминаний не то, чтобы тормозит твоё ментальное восстановление, оно разрушает его. Если так пойдёт дальше, то ты просто перестанешь существовать. Пуф! И нет Лауриэль. — Ты говоришь, что это вредит мне, но разве Арэ это выгодно? — голос сел. Я буквально выталкивала из себя слова. — А я разве говорил, что она делала это по своей воле? Знания, которыми ты обладала были опасны для Средиземья. Поэтому тебе подчистили память, а Арэ поставили довольно жёсткие условия. Но я нашёл лазейку, — мальчик улыбнулся и подмигнул, — Спросишь: какую? А я отвечу: желание! Она проиграла мне желание! Я мог пожелать у неё что угодно в пределах её сил и возможностей, а это, поверь мне, не мало, но я выбрал твои воспоминания, — до этого спокойно паривший Бог вдруг дернулся и перевернулся в воздухе, а когда он снова повернулся ко мне лицом, то на пальцах маленькой ладошки горело почти прозрачное беловатое пламя. Мальчик игрался с огоньком и кажется потерял ко мне всякий интерес, но я ошиблась. — Это твои воспоминания. Их так мало, по сравнению с моими, что я боюсь их случайно потерять. — Бог поднял на меня свои небесные глаза и грустно улыбнулся, — и чтобы это не произошло, я возвращаю их тебе! — я не заметила его движений. Даже смазанной тени. Просто раз! — он парит посередине комнаты, а потом раз! — и его пальцы врезаются в мой лоб. — Надеюсь, при следующей нашей встречи, ты сможешь ответить себе на мой вопрос! Но меня уже поглотил поток не моих-моих воспоминаний. Наша семья жила в относительно небольшом городе недалеко от столицы. У меня были родители, старшая сестра и годовалый братик. Отец — программист, мама — дизайнер. Сестра грезила большой сценой и собиралась поступить в училище искусств. А я… хотела купить домик в какой-нибудь небольшой деревушке и заняться собственным хозяйством. Странное желание для тринадцатилетней девочки. У меня-человека были шикарные волосы, которыми я жутко гордилась — они были прямыми, шелковистыми и ухоженными. И при моих сто сорок семь достигали щиколоток. Сестра любила с ними возиться. У нас был аквариум с пятью золотыми рыбками — отец говорил, что когда мы вырастим, то сможем загадать одно желание. У каждого в семье была своя золотая рыбка и одно самое сокровенное желание. Я все больше и больше вспоминала. Сначала шли самые яркие и запоминающиеся воспоминания — хорошие и плохие. Потом были знания об окружающем мире, например сколько было континентов и года, а потом шли всякие мелочи. Я открыла глаза и тут же опять их закрыла. Солнце висело прямо надо мной и слепило глаза. Я заворочалась перевернулась на бок, скрываясь от солнца под распущенными волосами. Трава приятно щекотала щеки. Ветер ласково обнял меня и дунул в ухо. Я поморщилась и обиженно фыркнула. Хотелось опять провалиться в сон. Тихий смешок и ласковые пальцы, убирающие спасительным пряди волос с моего лица заставили меня повторно открыть глаза, чтобы посмотреть на нарушителя спокойствия. Им оказался Леголас. Он полусидел, полулежал, опираясь на одну руку, а второй заправляли волосы за ухо. — Доброе утро, — буркнула я и заворочалась, приподнимаясь и оглядываясь. Мы находились в сердце леса — у Источника. Я провела ладонью по лицу, пытаясь стереть остатки сна с лица и осознать, что вообще происходит. Но было так хорошо и спокойно, что сон никак не хотел уходить. И только картина увлеченно наблюдающий за чем-то Си заставила мои мозги напряженно работать. — Доброе. Ты проспала один день, — проинформировал меня эльф и спокойно улегся на мягкую траву. — Ясно. А что мы здесь делаем и где остальные? — все ещё не до конца осознавая реальность спросила я. — Ты восстанавливаешь силы, а я присматриваю за тобой. Остальные ушли с Гэндальфом в Рохан. — А… Ясно, — я зажмурилась и потянулась. Было приятно чувствовать себя здоровой. Ничего больше не болело и это было прекрасно. Но когда до меня дошёл смысл слов Леголаса, я резко села и посмотрела на него. — Что? Гэндальф? Он жив? — Да, — эльф кивнул мне и перевёл взгляд на небо. Я тоже посмотрела наверх. Сейчас часов девять утра. Я знала, что он жив, но лишь из-за вернувшихся воспоминаний. А так мне неоткуда знать об этом, так что это вполне логичная реакция. — Ты говоришь, они направились в Рохан? К Теодену? — эльф кивнул. — Что ж, чтобы их догнать, тебе нужно поторопиться. — А ты не пойдешь? Я покачала головой. — Нет. Меня слишком долго не было дома, многое нужно сделать. И в первую очередь — расправиться с Саруманом. — Думаю, это ты можешь оставить на Кутберта и Элву. — из тени деревьев вышел Смауг, сверкая золотом глаз. — Их шкура стала достаточно прочна, чтобы сражаться. К тому же пришло время набираться настоящего опыта. Леголас напрягся, но позы не поменял. Просто теперь он следил за каждым движением дракона, а не смотрел на небо. Странно. — Но это должна сделать я! Я должна защитить Фангорн, пусть и немного запоздало, — закончила я тихо, опустив голову. — Я безумно рад, что ты наконец осознала это, — дракон закатил глаза, — но ты отправилась с Братством, так будь добра дойди с ним до конца, и постарайся не умереть по дороге. Или тебе все равно на них, эльфийка? — Нет! — Я так и думал. Ты поступила безрассудно, отправляясь с Братством и совершенно не подумав о Фангорне, но ты уже прошла полпути. Неужели ты бросишь их, эльфийка? Фангорн — это твой дом, о котором ты должна заботиться и мы с Древнем напомнили тебе об этом. Но сейчас есть кому позаботиться о Фангорне. Ты же нужна в другом месте. Так что ты выбираешь? — Смауг прищурил глаза, смотря с высокомерием и презрением. Словно он разочарован. Мне нужно было подумать. Хотя если честно, то думать было не о чем. Я могла положиться на Древня, зная, что он сможет присмотреть за лесом. Но вот спать спокойно, зная, что происходит с Хельмовой Пади. Зная, что там Леголас, Арагорн, Гимли. Да, согласно воспоминаниям, они выживут, но после моего вмешательства могу ли я быть уверена? Нет. — Что ж, — я вместе с Леголасом поднялась на ноги и посмотрела в глаза Смауга, — тогда я полагаюсь на тебя.