Ренесми-любовь или свобода? Или всё вместе?

POV Ренесми Интересно, что чувствует человек перед самой смертью? Горечь разлуки со своим миром и всеми находящимися в нем? Сожаление, что нельзя ничего изменить? Или черную злость на время, летящее на крыльях ветра? Не знаю насчет других, но лично меня не затронуло ни одно из этих чувств. Ощущалось лишь лишь странное равнодушное напряжение. Была ли я готова умереть? Нет и вряд ли когда-нибудь буду готова. Сознание предательски напоминало все произошедшие события в моей недолгой жизни. Счастливое детство, наполненное розовыми мечтаниями и мою первую и единственную любовь, которую я больше не увижу. Неужели, все должно так закончиться? Почему… Почему?! За что? Чем я провинилась, что заслужила все это? Слезы порывались вырваться на волю, но я не позволяла. Не собираюсь показывать мою слабость. Я пыталась успокоиться и привести мысли в порядок, но страх, леденящий душу, не позволял этого. Он закрадывался все глубже и глубже, проникая в сердце. Мое лицо было неподвижно, но внутри бушевал огонь. Мне казалось, что я взорвусь, и мой страх, мои переживания исчезнут без следа. Но этого не произошло и мне приходилось испытывать душевные муки. И не сколько не за себя, а сколько за мою семью, за Аро. Я много знала о любви вампира. Факт был неоспорим, и Маркус — живое подтверждение. Хотя сомневаюсь, что его можно назвать живым. Его взгляд, его движения, всё свидетельствовало о равнодушном отношением к жизни. В его глазах плескалась такая боль, что меня бросало в дрожь. Я не хотела, чтобы это произошло с моим любимым. Не хотела бы, чтобы всю оставшуюся вечность его сопровождали непереносимая боль в сердце и непередаваемое любыми словами горе. Мое сердце разрывалось в клочья от разлуки и беспомощности. Если я попытаюсь что-то сделать, то Джейк умрет. Не знаю, что с ним сделали, но он не может сопротивляться. Я вдруг ощутила себя той, кем никогда не считала. Маленькой, глупой, несчастной девочкой, которая ничего не знает о жизни и о любви. Неужели, я всегда такой была?! От таких мыслей меня повергло в шок. Неужели, я такая?!..Нет, нет! Может я когда-нибудь и была такой, но не сейчас. Я чувствовала, что уже не такая. Что-то изменилось во мне, перевернулось, как будто вывернули на изнанку. Я верю, все не закончится так. Я не одна и все будет хорошо. На этой ноте, такси подъехало к какому-то деревянному дому. Мы сейчас находились, по-видимому, за городом. Это ощущалось благодаря тишине и безлюдности, окружавшей живописную местность, и чистому свежему воздуху. Владимир довольно грубо толкнул меня: — Вставай, пошли. Его спутник ''помог'' выйти Джейку, который находился в полу-бессознательном состоянии. Взглянув на него, я почувствовала, как у меня затрепетало сердечко. Большие темные круги под глазами, вялые, безжизненные глаза, усталый и изможденный вид та не напоминали мне того живого и жизнерадостного парня, который играл со мной в детстве. Стефан (так кажется его звали) отпер дверь дома довольно старым и массивным ключом. Рассмотреть интерьер мне не удалось, потому что нас сразу же поволокли на второй этаж. Джейкоба приковали цепями в какой-то темной комнате. Я было рванулась вперед, но остерегающий взгляд мне помешал: — Шевельнешься, и он умрет. — как бы ни была моя решимость велика, едва заглянув в его глаза, я поняла, что шутить с этим нельзя. Один неверный шаг — и все пойдет крахом. Меня втолкнули в соседнюю комнату, дверь заперли на немаленький засов. В комнате не было окон. Я поежилась. Когда я жила с семьей, окном в моей комнате служила целая стена. Было чувство свободы и полноценности. В Вольтерре это обстоятельство меня мало волновало, но здесь, мало того, что нет шанса как-то выбраться (взломать дверь я почти не надеялась), так еще и ощущение себя узницей резко мешало думать. В конце концов, я устало опустилась на кровать и закрыла глаза.  — Меня зовут Ренесми Каллен, и я не буду бояться. Эта фраза придала мне сил и вернула надежду. Должен же быть какой-то способ. ''Все возможности заканчиваются, когда на гроб сыплется земля. До тех пор всё возможно'', вспомнила я чье-то изречение. И тот, кто это сказал, прав. Может быть бывают безвыходные ситуации, но не сейчас. Я найду решение. Непременно. От лица автора — И что это? — непонимающе спросила Белла, увидев в руках Аро какой-то странный предмет из чистого золота, напоминающий руну. — Это — очень древний артефакт. — медленно и внятно объяснял Аро — Он появился еще в античные времена. С течением времени сведения об этом предмете утекали, как вода через песок. Но то, что нам удалось узнать, вполне достаточно. Исходя из легенд, летописей и кое-чего еще, мы выяснили, что этот камень (хотя этим словом его трудно назвать) создали во время серебряного века. Он был не таким прекрасным и беззаботным, как золотой. Людей начинали одолевать болезни, многие умирали. Тогда, одна женщина по имени Эсфара, потеряв своего мужа и боясь такой же участи для своих детей, использовала силы природы для создания вещи, которая смогла бы даровать ее сыновьям и дочерям бессмертие. — при этих словах Каллены ахнули — Никто не знает, как ей это удалось. Считается, что она объединила элементы природы, создав таким образом этот талисман. Мне неизвестно как он работает, но по легенде он может воскрешать мертвых. — после такой фразы холодок прошелся по спинам вампиров. — Что же случилось с Эсфарой? — поинтересовалась Элис. — Боги прогневались на нее за то, что она посмела нарушить баланс и уничтожили эту женщину и всех ее детей. Но как бы они не старались, истребить камень им не удалось. Некоторые говорят, что сами Боги позже передумали, или им кто-то помешал. Версий много, но завершилось все таким образом: камень был утерян на многие столетия. Каждый, кто его находил, обязательно рано или поздно терял. Очень давно, навестив клан, который похитил Ренесми, я забрал этот артефакт в качестве трофея. Но даже сама семья не знала как его использовать, поэтому он был бесполезен и несколько веков без дела провалялся в моем хранилище. — Думаете, они выяснили способ использования? — недоверчиво спросил Эдвард. — Понятия не имею. Во всяком случае, если они этого хотят, то пусть забирают. И нам уже пора ехать. — властно сказал Аро. — Да вы хоть знаете куда? — голосом, похожим на звон колокольчиков, спросила Элис. — Догадываюсь. — ответил Аро, направляясь к выходу из замка. — То есть, мы действуем наугад? — довольно возмущенно поинтересовалась Белла. — Ошибка может стоить нам Несси! — Я знаю! — раздраженно оборвал Аро — Я не меньше вас за нее переживаю, но другого выхода нет. Если бы я мог, я бы отдал свою жизнь за этот шанс. — Сдается мне, не все так просто с этим камнем… — задумчиво сказала Элис. — Мне тоже. — подхватил Аро. — Но вряд ли это чем-то поможет. Все участвовавшие в спасительной операции сели в машину и поехали в аэропорт с огромной скоростью, на которую только были способны. Все пассажиры находились в очень нервном расстоянии и были полны готовности завершить свою миссию. За уезжающей машиной из окна наблюдала жена правителя. Ее состояние тоже нельзя было назвать спокойным и умиротворенным. Она никак не могла выкинуть из головы недавние происшествия, касающиеся только ее. В тот день она направлялась в свои покои, но зайдя в них обнаружила совершенно чужого вампира. Афинодора напрягла память и вспомнила, что он из Румынии, из давно покоренного клана. Она собиралась прогнать незнакомца, вторгшегося в ее обитель, но его слова не дали ей это сделать: ''Афинодора, если ты согласишься выполнить одну мою просьбу, то ты получишь то, что страстно желаешь.'' ''Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Убирайся! '' ''Разве тебе никогда не хотелось более человеческой жизни?.. Иметь живую семью, детей?..'' От воспоминаний Афину снова бросило в дрожь, как тогда. Ей несколько тысяч лет, она вышла замуж за Кая, приобретя вечность, но и лишившись возможности быть матерью. Держать на руках своего ребенка. Это всегда было ее мечтой. Увы этой возможности она была лишена. Но Афинодора смирилась с этим, и теперь, когда у нее появилась надежда, она все еще сомневается, правильно ли она поступила. Ведь она предала и лишила этого счастья другую. Но Афинодора уже ничего не могла изменить. Да и практически не жалела. Румын предоставил ей доказательства и смог убедить Афину, ведь она была не глупа. Она вздохнула. Ради этой цели, она готова на многое. Это было ее мечтой уже очень много веков.