Часть 1
18 декабря 2016 г., 19:43
Порой до счастья столько лет ползти,
И столько боли по дороге выпьешь,
Что вряд ли сможет в той дороге повезти —
Ведь сам себя на путь тот страшный выпнешь.
Андрей ошибся, отдав сердце не тому,
Ведь Яр его то бьёт, то ненавидит.
Любовь отдав лишь Яру одному,
Что же в ответ за сердце своё видит?
Яр бесится, не верит ничему,
Андрея лишь за шлюху, гад, считает.
И смотрит, смотрит в душу: Почему,
Ну почему мальчишка под ним тает?
Глаза, как воды озера Байкал —
Чисты, прекрасны, глубоки и непорочны.
От игр закулисных Яр устал,
А чувствам верить не резон, они непрочны.
Ведь все, кто рядом, предают и продаются,
Друзей то режут, то стреляют, как волков.
А Андрей что — стреляет и ебётся
И не сбегает от сомнительных оков.
На оплеухи только ластится, как кошка,
И Яра много раз спасал от пули.
Казалось — приласкай его немножко —
И он навек замрёт в почётном карауле.
Как бодигарт, талантливый, причём,
Но и юрист — и всё в одном флаконе!
Но Яр не говорит с ним ни о чём:
Он талисман и с ним никто не тронет.
Вот только папа у Андрея — депутат,
И недоволен сильно: пал сыночек.
Того гляди, просрётся, блин, мандат
И вышвырнут отца без проволочек.
И закрутилась страшная стезя:
Погиб мальчишка и вину — на Яра.
А Яр давно забыл слова: Нельзя.
Как тяжело выныривать с угара.
И жуткий суд, где предал все, кто мог,
И лишь Андрей, которого сам предал,
Вернулся к нему с тысячи дорог
И правду на суде о них поведал.
Но всё проплачено, надежды больше нет,
И зона ждёт не та, что «грета» — под Иркутском.
И нету никого, кем был согрет,
Вокруг лишь те, кого ты раньше буцкал.
И десять лет тебе не пережить —
За униженье щедро проплатили.
Ведь Журавлёв не смог тебя простить,
Он сделал всё, чтоб в гроб тебя заколотили.
Но закавыка, как всегда одна — Андрей,
Он жизни без тебя не представляет.
Он в душу мёртвую стучится: Не робей,
Не знаешь ты, что тебя в жизни ожидает.
Да — сумасшествие, да, мёртвого почти,
Да, на себе упёр его из зоны…
Им многое ещё пришлось пройти,
Но сука-жизнь их больше уж не тронет.
