Бумажный самолетик

      Гаара и Хината говорили долго, о многом и ни о чем одновременно. Девушка рассказывала о семье, которая любит её, но слишком рьяно вмешивается в её личную жизнь, о тяжёлой работе, которую она несмотря ни на что любит, о вредных коллегах, что нагло сваливают на неё свою работу, потому что она самая молодая. Хинате было легко и просто жаловаться человеку, которого она никогда не увидит, выплескивать то, что скопилось у неё на душе, негодовать от того, что люди, узнав о её профессии, не понимают, как она может заниматься подобным делом, да ещё говорить, что ей нравится. Это был долгий разговор, что мог никогда не закончиться.       — Знаешь, а я рада, что Ханаби тогда отправила этот дурацкий самолётик, а ты позвонил, — сквозь улыбку проговорила брюнетка, сидящая на подоконнике и любующаяся кружащимися в вечернем небе снежинками. На душе было так спокойно и легко, словно она говорит с самым близким человеком на земле. Создавалось впечатление, что запущенный в толпу самолётик, крепко-накрепко связал их воедино и теперь у неё появился кто-то очень близкий, возможно, даже более близкий, чем сестра и родители…        — Я тоже рад, — последовал уверенный ответ. — Говорить с кем-то непривычно, но весьма полезно, так что теперь ты от меня не избавишься, буду постоянно тебя донимать, невзирая на время суток.       — Всё-таки, ты маньяк, — тихо рассмеялась девушка, которую это открытие совершенно не пугало.       — Если будешь повторять это немного чаще, так оно и станет, — мужчина тяжело вздохнул. Этот разговор, хотя и приносил ему облегчение, но при этом забирал все его силы, казалось, что он только что отстоял несколько раундов на ринге. Но Собаку ощущал опустошение, но пока ещё не готов был прервать их затянувшуюся беседу. — Скажи, почему ты стала патологоанатомом?       — А почему ты стал спортсменом, да ещё бойцом?       — Я первый задал вопрос, — голос Гаары стал недовольным, ему не нравилось, что Хината пытается уйти от ответа. Было в этом что-то неправильное и трусливое. Если тебе неприятна тема, так и скажи — к чему увиливать?       — Ну, хорошо, хорошо, — девушка на мгновение задумалась о том, сказать ли ей правду, которую даже она временами отрицала, или соврать. Если бы новый друг сидел прямо перед ней, то она, не моргнув глазом, обманула бы его. Да и сейчас никто не мешает ей поступить именно так, ведь новый друг никогда не узнает правды. И всё же Хьюго хотелось поделиться с кем-то тем, что привело её к этому моменту и такой жизни, которая почти устраивала девушку.       — Так и будешь молчать?       — Это всё очень личное, и может показаться глупым…       — Тебе нравятся трупы или ты испытываешь наслаждение, извлекая внутренности? — с опаской уточнил мужчина. — Может быть, это ты маньячка и мне стоит бояться?       — Нет! Конечно же нет, — возмутилась брюнетка, стремительно краснея от смеси злости и смущения. — Как ты мог вообще такое подумать?!       — Ну, раз нет, то мне твои причины не покажутся глупыми, так что рассказывай… Утоли мое любопытство, — тихо рассмеялся Гаара и, как это ни странно, это придало девушке уверенности и спокойствия. Голос Но Собаку вообще оказывал на неё странное влияние, заставляя позабыть обо всех страхах и неуверенности, что были свойственны Хинате.       — Когда-то я была влюблена в одного парня. Это было очень сильное чувство, зародившееся ещё в школе. Оно долгие годы безраздельно владело мной, мне хотелось, чтобы Наруто обратил на меня внимание, но все мои попытки были тщетными… Мешали мои стеснительность и неуверенность в себе. Время шло, мы выросли и мой герой влюбился в другую девушку, и это стало настоящим ударом для меня, но всё же я не желала верить в то, что всё закончится, так и не начавшись. Я пыталась стать моей соперницей: носила такую же одежду, слушала музыку, которая нравилась ей, даже поступила в медицинский, как Сакура. Глупо… Теперь я это понимаю, но тогда мне хотелось стать такой же, как моя соперница, чтобы тоже понравиться Наруто. Не вышло… На третьем курсе я поняла, что мне проще работать с мертвыми, нежели с живыми, а ещё, что я никогда не стану Сакурой. Погрузившись в учебу, я жила дальше, стараясь не думать о чувствах и той боли, что испытывала. В результате моя соперница стала прекрасным врачом общей практики, а я патологоанатомом. И знаешь, меня это вполне устраивает. Моя профессия весьма интересная и захватывающая.       — А что теперь, ты всё ещё любишь его? — голос Гаары звучал тихо, его практически было невозможно расслышать, словно мужчина не желал, чтобы его вопрос был услышанным.       — Нет… Я переросла это. Нельзя любить того, кто не видит и не слышит тебя, не желает понять, — на бледных губах Хинаты появилась робкая улыбка. Лишь услышав этот вопрос, она осознала, что уже давно не страдает по Наруто — это осталось далеко в прошлом. — Я любила образ, который сама себе придумала. Обычная детская влюблённость, которая слишком затянулась, но именно она привела меня к тому, кем я стала… и я не сожалею об этом. Надеюсь, я удовлетворила твое любопытство?       — Вполне… Теперь, я могу представить тебя более четко и явственно.       — Неужели не разочарован?       — Нет, я ничуть не лучше.       — Неужели ты тоже выбрал свой путь из-за любви? — недоверчиво поинтересовалась девушка.       — Нет, из-за ненависти…       — Расскажешь?       — Да, но позже, — тяжело вздохнул Гаара, не желающий прерывать разговор. — Кажется, у меня гости. И чего только они все лезут? Неужели нельзя оставить меня в покое?!       — Не злись. Если кто-то, несмотря на твое сопротивление, продолжает приходить к тебе, значит ты действительно важен и нужен для этого человека, — Хината спрыгнула с подоконника. — Я буду ждать твоего звонка…       — Тогда до скорого, я не люблю заставлять себя ждать.