Forever fever

Нервы - "Батареи."

      Я, наверное, весь голос уже прокурил. По моим карманам и рюкзаку разбросано так много пачек, что ты давно оставил попытки ругаться. На улице так зябко, что только сигареты меня и спасут. Ну, может еще твои теплые губы смогут меня согреть. Нам так нравится мерзнуть? Уж точно не мне; все кости уже обледенели. Тогда какого хуя мы вообще шатаемся, словно потерянные, по этому городу? Ты говоришь что-то там про свой блядский клуб, в котором был совсем недавно и ,кажется, пытаешься позвать меня с собой, но я даже не стараюсь тебя слушать. Не нравится мне эта затея. Хочу домой. В наш с тобой дом, вместе с тобой.       Я же вижу, что ты тоже мерзнешь, дурак. На улице зима как никак, а ты в осенней куртке шляешься. И сейчас я уверен; забери мое сердце, его хватит надолго, чтобы согреться. Я бы отдал тебе его сам, но мне не хватит сил и уверенности. Видимо, придется нам с тобой продолжать мерзнуть. Пока кто-то не решится наконец.       О, ты заметил, каким недовольным взглядом на нас смотрят прохожие? Это все из-за твоей одежды, она слишком яркая и неприятно бросается в глаза. Я с ними согласен: твои новые шмотки взаправду мерзкие, но знаешь, я бы дал по роже всем этим людям, потому что кроме меня никто не имеет права тебя упрекать. Несмотря на мерзость цветных принтов, на тебе они смотрятся прекрасно. Но сейчас не до этого; я, блять, замерз окончательно. Я такой безнадежный, даже сейчас продолжаю недовольно ворчать, создавая этим неловкое и неприятное положение, а ты весь такой нарядный и чертовски красивый. До чего же ты сводишь с ума, до чего же ты... Я готов трахнуть тебя прямиком в пустой парадной - в данный момент это кажется идеальной ложей. Я беру тебя за руку, и мы забегаем в тихие питерские дворы. Если уж не подъезд, то от этого ты никак не отвертишься. Я вижу твой непонимающий взгляд, я слышу твое "Дима, куда мы, нам в другую сторону". Почему именно в другую сторону, почему не сюда, разве мы ходили целенаправленно? Вместо глупых, ненужных слов, я лишь целую твои нежные губы. Я был прав: это согревает, потому что сейчас я не ощущаю того морозного холода и сильного ветра, который обжигал лицо своим дыханием. Зато прекрасно чувствую тебя: как ты прикрыл глаза, из-за чего твои длинные ресницы щекочут мои щеки. Сейчас мне плевать, что подумают люди, я хочу лишь одного - продолжать целовать тебя. Я делаю это напористо, терзаю твои сухие губы, сдирая засохшую корочку с них, а ты даже не думаешь сопротивляться. В эти моменты понимаю, что такого, как ты, я никогда не забуду. Такие моменты возвращают меня к тем прекрасным дням, когда мы были еще молоды любовью. Я скучаю по нам.       Но тебе, как обычно, надо все испортить. Ты мямлишь что-то про улицу и людей, пытаешься ненавязчиво оттолкнуть меня. Что же, хорошо, я не буду настаивать, именно поэтому отхожу от тебя на определенное расстояние, пряча потеплевшие руки обратно в холодные карманы. Ты хмуришься, это немного злит. Приятель, не создавай парадоксальные ситуации. Ты сам меня оттолкнул, сам попросил остановиться. Тут должен хмуриться я, а не ты. Думать о чем-то сейчас - бесполезная тема; не знаю, как ты, но я поднимаюсь, словно по лезвию, в небо. Весьма странное ощущение. Это так легко и больно одновременно.       Как не хочется быть сдержанным, а уж тем более обыкновенным. Ты такая мразь, Онешко. Будь ты менее милым - я бы наплевал на эту сдержанность. Ты запустил это бешенство по моим венам, но при этом сам же не позволяешь прийти ему в действие. Издеваешься, да? Отлично, теперь ты еще и улыбаешься. Побочные эффекты твоего бешенства - чрезмерные порывы чувствительности? Если нет, тогда почему я прямо сейчас говорю тебе о том, какой ты красивый? Сдержанность. Я буду сдержанным. Это только сейчас, это не повторится. Так что прекрати, блять, лукавить, ты же не школьница какая-то.