Сёстры? Серьёзно?

Раз, два, три.. Заместо сладкого посапывания, медленного пробуждения - вздох, будто я только что отошла от обморока. Сон как рукой сняло, а вместо него пришла оглушающая реальность. Чувства, вчерашний вечер, всё стало таким чётким, каким не было тем днём. Но что странно - я не испытываю стыда или угрызения совести. Ничего такого. Допускать ту мысль, что я изменила своему парню не приносит ничего, кроме непонятной пустоты. Как будто его и нет вовсе или он просто брат Клауса, не более. Я эгоистка, самая натуральная.. Закрываю глаза, прячу их под ладошками. Но почему я ничего не чувствую, а? Ведь должно быть хоть что-то. Где та милая непорочная Эрика Гилберт? Куда её дели?! Сама мысль о том, во что я превратилась, благодаря этой многовековой взбалмошной семейки, отсеивается сразу же. Так почему я стала такой? Да, ответ есть. Возможно из-за того, как воспитывалась после смерти родителей, а теперь, почувствовав свободу... Неважно. Сегодня же вернусь обратно и всё встанет на свои места. Не спеша встаю с постели, закутавшись в одеяло, придерживаю его, направляюсь в зал. Так получилось, что ванная комната одна на двоих, находящаяся рядом с соседней комнатой. Неудобно расположенные комнаты номера отеля - пол беды, можно и потерпеть. Сложила одну руку под грудью, а другой открываю ручку двери, боковым зрением замечая, что я быстро вернула «помощника» на своё место. Это оказался Клаус. Он с кем-то разговаривал, успев сказать слова, адресованные только мне - нужно спешить. И только тогда, когда я, возвращаясь к своему первоначальному заданию, снова потянулась к двери, услышав тихое "Кол", мне удалось прошмыгнуть за дверь. Проделав привычные процедуры, я с грустью в глазах обнаружила, что ничего не успела прихватить, только полотенце, закрывающее всё, что необходимо, мирно покоилось в сложенном состоянии, привлекая своё внимание. К счастью, не было никакой нужды в помощи его придерживания. Оно прекрасно держалось на груди. Я пропутешествовала обратно. А там величественно расположившись на уже аккуратно заправленной кровати (я слышала, когда приходила горничная, обитающая в спальне напротив), восседал Клаус с альбомом и карандашом. Я, сделав вид, что не замечаю его, потянулась к подобию шкафа, выудив из него белые джинсы и чёрную блузу*, повернулась к нему. - Что-то не так? - он, оторвавшись от увлекательного занятия, казалось было, не понимал всю глупость и скованность ситуации, изредка изучая меня. Мысль о том, что, возможно, скоро на бумаге будет явно отображена я сама стала до неописуемо быстро заполнять всё сознание, мешая концентрироваться на чём-то одном. - Всё отлично, Клаус.. - подавив усмешку, произнесла я, даже не краснея. - Ты не мог бы выйти? Ответом послужил подъём, тихий звук закрывающейся двери и тишина. Я, сдавленно выдохнув, принялась искать нижнее бельё, переодеваться. И вот, когда пол дела было сделано, когда даже найденные чёрные лакированные туфли приятно порадовали своим визитом, мой взгляд неожиданно упал на кровать, на которой лежал лист. Взяв его невесть от чего дрожащими руками, я взглянула на свою чёрно-белую копию. Она стоит прямо с разметавшимися в лёгком беспорядке волосами, стройным телом, и полуулыбкой на губах. Когда я успела ему улыбнуться? Что ж, старания показаться недовольной с крахом провалилось. Должна заметить, рисует он не просто хорошо или прекрасно, а великолепно.. Я, конечно же, как и Джереми, рисовала, но мои каракули на бумаги не шли ни в какое сравнение с ЕГО. Я отложила лист в сумку, даже боясь, что он помнётся, положив его в одну из книг. Видимо, Клаус успел забрать её у Ребекки, ведь именно в её машине покоился этот предмет. *** Нервно закусываю губу, замечая светлый двухэтажный особняк семьи Майклсон, виднеющийся в пугающей темноте. Прошло большое количество времени, после чего мы вернулись обратно в Мистик-Фоллс. Но, что странно, сейчас я испытываю грусть, даже хочу вернуться в тот номер отеля с паршивой планировкой. Не думаю, что сам город навевает неприятные ощущения, скорее сама ситуация. Я не хочу возвращаться, сделав вид, что всё нормально, но и меняться нет необходимости. Будет только хуже. Внимательно слежу за непроницаемым лицом Клауса, одёргиваю себя. Чёрт, что это? Почему я не хочу к своему Колу? Возможно потому, что он больше не мой, а, может быть, я не его? Нет, это глупость. Нужно выбросить подобные мысли из головы и двигаться дальше. Вылезаю из машины, чисто механически поправляю волосы, окинув за спину. На негнущихся ногах прохожу по аккуратной дорожке к направлению двери. Руки опять трясутся, но меня опережает Клаус, открывая, поступая по-джентльменски - пропуская девушку первой. Смущённо улыбаюсь - прошлая ночь снова напоминает о себе, показывая откровенные картинки. Прохожу внутрь. - Эрика.. - поворачиваюсь на звук. Кол. Вот он, стоит в паре шагов от меня, искренне улыбаясь. В его янтарных глазах пляшут привычные бесинки. Хочу прикоснуться к нему, но вовремя останавливаюсь, будто не могу сделать этого. Что со мной творится? - Кол. - улыбаюсь шире, когда он подходит ко мне, чувствую его губы на своих губах. Да, определённо, вот это должно быть привычным и естественным, а не то, что я позволила прошлым вечером. - Вы уже вернулись.. - слышу ехидный голос Бекки, нехотя отрываясь от Кола. Он готов испепелить сестру взглядом, похоже, чего она не замечает. Меня это позабавило. - Не думала, что так скоро. - она исчезает так же быстро, как и появляется. Настроение резко портится. Думаю, она обо всём прекрасно догадывается или успела сделать свои предположения, придя к правильному выводу. Надеюсь, Ребекка не успела поделиться им со своим братом. Иду по направлению к лестнице, бросив, что слишком сильно устала и хочу отдохнуть. Колу этого достаточно, а перед другими я не должна отчитываться. Бреду, как во сне, в свою комнату, плюхаюсь на кровать, успевая кинуть сумку на кресло и снять туфли. Я - как выжатый лимон, неспособный двигаться. Интересно, а кто-то успел запечатлеть передвижения лимона? Да-а, отличные мысли и как раз в тему! - Привет, - пытаюсь сделать более-менее радостный голос. Получается с натяжкой. - Привет, Рикки. - повисает двух секундное молчание, после чего она продолжает. - Не хочешь вспомнить былые времена, когда мы все вместе, собирались и перемывали косточки одноклассникам? - я усмехаюсь. Были времена, когда нас интересовала исключительно одежда, парни и сплетни, которые мы, в последствии, распускали по всей школе. Это нам казалось таким пакостным и в то же время приятным, что мы не упускали возможности, как выразилась Елена, "перемыть косточки" всем и вся. - Да, конечно.. - в замешательстве отвечаю я. Никто из нас, я уверенна, не посещал школу лет так сто, так что разговоры перейдут совсем в другое русло, а это мне не нравится. Нет, мы так же поговорим о парнях, но теперь тема может зайти за привычную грань, перейти, к примеру, к семье Майклсон. Почти все знают с бала, когда Кол показал его участникам, что теперь имеет на меня маломальское право. Поправившись, я заметила, как Елена сразу же перешла к прощанию. Им определённо что-то от меня нужно. Стопроцентная информация специально только от Эрики Гилберт. К тому же, в этой "пижамной вечеринке", как в шутку называем её мы, будут Бонни и Кэролайн, а последняя мне перестала нравится с того же бала. Она слишком много болтает и слишком многим интересуется. Именно она начала эти сплетни, думаю, она это и закончит. Положив телефон на прикроватную тумбочку и переодевшись в майку и шорты, я легла спать с плохим предчувствием. Завтра будет ужасный день. * Я знаю, что Эрике во время "заточения" не выдавали новую одежду. Давайте просто скинем всё на заботливость Клауса, к которой Рик отнеслась, как к обыденной вещи.