Вверх и выше

*** Топ вернулся домой глубокой ночью. Если быть уже совсем точным – вернулся он домой под утро. Он еще долго слонялся по пустому городу, будто никогда в жизни не был айдолом, никогда его не преследовала толпа фанаток, фотосессии, автографы, толпа желтой волны в широкой пучине концертного зала. Он обошел три квартала, когда, наконец, почувствовал усталость. Он все давно решил. Еще наверху. В своей комнате. Когда стягивая с себя джинсы, мерзкая, отвратительная бумажка выпала из кармана, с неприятным шелестом. Это было отвратительно и подло. Он прекрасно знал, кто это сделал, с какой целью, и почему именно так, а не иначе. Но ничего не мог поделать. Все сейчас было против них. Нет, все сейчас было против хрупкой Ланы. -Сукин ты сын! – процедил сквозь зубы парень, разрывая на мелкие кусочки брошюру. Пустой дом встретил его восклицание тишиной. Он повалился на кровать и, закрыв лицо руками, еще долго не мог заснуть. *** -Нет, Лана, твои движения должны быть плавне и резче! – уже в сотый раз повторяла ей Бом, наклоняя голову набок. -Оннниииии – так же в сотый раз скулила ей та в ответ – Я не понимаю, как может быть одновременно плавно и резко?! -А вот так! – выпалила ей в ответ та, и за их спиной послышались хлопки. -Железная логика, нечего возразить! – проговорила только что вошедшая Минни, продолжая хлопать – Может, сделаешь маленький перерыв? Вы уже с утра, тут как кони вытанцовываете! -Хорошо – лишь пожала плечами «учительница», и подхватив полотенце, легкими шагами покинула зал. -Фух, как же я устала! – воскликнула Минни плюхаясь на пол, рядом с промокшей Ланой – Весь день на ногах! Да и ты, смотрю, не плохо вливаешься в ритм. Осторожней детка, это ведь только твой первый день! -Минни, тебя что-то беспокоит? Ты напряжена…. – вдруг ни с того, ни с сего спросила ее Лана, вытирая влажной салфеткой лицо. -Я?! – ненатурально воскликнула та – Да нуууууууууууу….. Лана замолчала. Минни действительно выглядела сегодня странной. На ней были так не привычные для нее джинсы, голубые Конверсы и свободная майка с еле заметным рисунком. Волосы были собраны на макушке в тугой хвостик, а вместо разноцветной сумки, серый, однотонный рюкзачок. -А! – воскликнула Минни – Мне сегодня еще надо в кучу мест успеть! Так что не думаю, что успею забрать тебя. -Я спокойно доеду на автобусе, не переживай… -Нет, нет, нет! И речи быть не может – затараторила та, подскакивая – Я попросила Сын Хена тебя подвезти. Точнее….просто…. Ну, он заберет тебя к себе на ночь. Мне действительно надо отлучиться на весь вечер, может и ночь…. Не хочу, чтобы ты была одна в этом большом доме. -Мне будет больше неудобно находиться в его дома, знаешь…. -Мм… короче у меня свидание, и мне нужно чтобы никого не было дома, понимаешь?! – вдруг выпалила Минни -А…. – начала было Лана, краснея. -Все, мне пора! – воскликнула еще раз ее подруга, и выскочила за дверь. Лана осталась одна, посреди зеркального зала, на полу, в недоумении и смущении. Что-то настораживало и пугало в поведении Минни. Свидание? Что за чушь? Почему именно Сын Хен, а не Сынри или та же Бом? Что-то не склеивается? Что-то не так, что –то не то. Дверь снова открылась, прерывая ход мыслей. -Привет – вежливо поздоровался с ней незнакомый ей парень – Это ты Лана? -Да я… - тихо прошелестела та -Я разбирал почту офиса сегодня, на твое имя пришло письмо – тут же отчеканил парень, делая широкие шаги на встречу к поднявшейся Лане. -Письмо? -Да, вот держи, - все так же быстро вымолвил тот, впихивая в руки озадаченно девушки конверт. -Но…. -Удачного дня! Слова парня растворились за плотно запертой дверью. В недоумении, с конвертом в руках, без адресата, без марки, только ее имя, девушка еще долго стояла, ничего не предпринимая. Что-то подсказывало ей, что, открыв его, все вопросы о сегодняшней поведении Минни улетучатся. Легким движением, она провела рукой по шершавой бумаге конверта, перевернула его, поднесла на свет, и осторожно, как всегда это делала, сантиметр за сантиметр распечатала приклеенную бумагу. Ее рука скользнула в глубь конверта и указательным и большим пальцем, девушка нащупала брошюру. - И все? – недоуменно произнесла девушка, расслабившись, вытаскивая листовку. Лана повернула ее лицевой стороной и побледнела. Тут же, как с низкого старта девушка рванула к двери, безнадежно понимая, что упустила этого парня раз и навсегда. Она пробежала длинный коридор, прижимая к груди конверт, и запыхавшись, спустилась по ступенькам на главный этаж. -Эй! – воскликнул кто-то, схватив ее за руку, когда она собиралась рвануть к выходу – Я как раз шел за тобой. Ты чего, еще не переоделась? Голос Сын Хена старшего заставил ее остановиться и перевести дыхание. -Ты куда так неслась? – вдруг спросил он, настораживающее всматриваясь ей в лицо – А, это еще что? – опять спросил он, тыкая пальцем в конверт. -Да так, ничего особенного – как можно шире и натуральней улыбнулась Лана – Я сейчас быстренько приму душ и переоденусь, подождешь? *** -Тебя не смущает, что тебе придется ночевать здесь? – спокойно спросил Топ, кидая заранее приготовленную сумку для Ланы, заботливой Минни на кресло. – Хотя, ты уже спала в моей комнате…. Лана никак не отреагировала. Она стояла посреди комнаты, босиком на мягком ковре. Тело ломило от интенсивной тренировки, пальцев ног она совершенно не чувствовала. Опять она находится в этой комнате, тихой, спокойной, как и ее хозяин. Наверно, даже немного холодной и сдержанной, отчего все тело ноет. Вот та же кровать, в которой она спала, те же стены, потолок, статуэтки, ковер…. Но что-то сегодня делало эту комнату такой пустой и не уютной, отчего она не слышала напрочь слов Таби. И она знает, что ее так тревожит. Это «что-то» впивается ей прямо в сердце, в ее нагрудном кармане, сложенный листок в четыре раза. -Лана, ты меня слушаешь? – сплыл откуда-то голос Топа Девушка обернулась и встретилась с ним взглядом. Он выглядел немного взволнованным, предчувствуя что-то не хорошее. Но Лана молчала. Она не собиралась говорит. Все чего она ждала, это его слов, его и не чьих больше. Повисла тишина. Они стояли на расстоянии вытянутой руки. Слишком далеко, чтобы слегка дотронутся, слишком близко, чтобы убежать. Каждый не отрываясь и, не отводя взгляда, смотрел прямо в темные из-за тусклого света зрачки «собеседника». Ни одно слово не было произнесено в течение двадцати долгих минут. Только взгляд. Взгляд переворачивающий все наизнанку. Это тишина стала настолько невыносимой, что не произвольно закружилась голова, и игра в молчанку была прервана тихим низким голосом: -Лана…. Она ждала, ждала этого сигнала, наверно еще с тех пор, как впервые ворвалась в его дом, жизнь, карьеру. Только это слово, ее имя, четыре буквы, ни больше, ни меньше. Только эту интонацию, слегка приглушенную, притупленную желанием и болью, горечью, жалостью, нежностью, в конце концов. Лишь одно слово, которое растворило молчание, тишину, и все границы. Казалось лишь это, решило за них обоих, о чем и он и она, так много думали последние несколько ночей. Он еще раз успел повторить ее имя, когда она сделала два шага и прижалась к нему. Просто так. Лишь бы ближе, как можно ближе. Сократить эту дистанцию, заполнить холодную комнату теплом. Его руки долго не знали, что делать, но спустя мгновенье, они крепко обняли ее, прижимая, казалось, куда еще, плотнее. Слова сразу куда-то испарились, уступая телесному контакту, сказать все как есть. Они оба так долго решались, так долго думали, разговаривали сами с собой и, наконец, перестали отрицать эту притягательность, эту магнитную эйфорию. Запах тела, уже такой знакомый и привычный, как обычно, как назло вскружил голову обоим. Холодная, серая комната наполнилась красками. -Спасибо… - снова прошептал он, едва касаясь губами ее уха. Руки по-прежнему крепко держали ее, уставшую, замученную и напуганную. Он чувствовал, как она напряжена, как сбивчиво ее дыхание. Даже сделав первый шаг навстречу к нему, она была напугана до смерти. Она казалась совсем миниатюрной в его руках. Он боялся, что его прикосновения разбудят в ней те ужасные ощущения, которые она пережила в подворотне. Он чувствовал, что она боится, но желает быть рядом. Топ медленно отстранился от нее, и легонько повел ее к дивану, наблюдая, как страх нарастает в ее темных, почти бездонных глазах. Он сел на диван, молча развернул ее к себе спиной и посадил на колени. -Не бойся, просто ничего не говори. Он не мог зайти дальше этого, слишком опасно, слишком дорогой будет плата, слишком сильно она боялась. Парень прижал ее к себе, как можно плотнее, чтобы она почувствовала, КАК сильно он ее желал, и КАК сильно он сдерживается. Он хотел, чтобы она поняла, что никогда не сделает ей больно, что не пойдет против ее желания, что навсегда хочет стереть ее болезненные воспоминания. Но не сейчас. Потом. Потом. Она чувствовала его всего, его руки слегка дрожали, кончики пальцев похолодели. Она должна была ему это сказать, и отчего-то знала , что он ждет этих слов -Я… я не знаю, смогу ли я снова почувствовать что-то. Смогу ли я когда-нибудь решиться на это. И я понимаю, что нужно иметь железное терпение, чтобы…. Просто мне страшно, даже если я тебе доверяю, мне страшно… И пожалуйста, больше никогда, не скрывайте от меня ничего. Закончив фразу, Лана достала из своего нагрудного кармана брошюрку, развернула ее и положила рядом с парнем на диван. Он обнял ее еще сильнее, будто желал, чтобы она растворилась в нем, и зарывшись в ее белокурые локоны, просидел так до тех пор, пока без сил, она не уснула у него на коленях, устало опустив голову на его широкую теплую грудь. Ночь только началась. В комнате было тепло, беспокойно и тихо.