Нельзя?

Нельзя? Напротив стоял человек в маске. Ростом он был ниже меня на каблуках, а так примерно одинаковы. На глаза его была надета ажурная темно-синяя маска, но самих небесных глаз видно не было. Одет молодой человек был так же, как все на этом балу. Золотой камзол с синими вставками выгодно подчеркивал и одновременно скрывал прелести фигуры. Его образ чем-то неимоверно и сильно притягивал. Цеплял. Заставлял множество раз скользить по чертам лица и фигуры… и останавливаться на губах. Губы. Светло-алые. Потрескавшиеся. Требующие к себе внимания. Чужого внимания. - Добрый вечер, - несмотря на шуточный тон, в горле будто ком застрял, а глаза все никак не хотели смотреть в глаза, скрытые маской. - Здравствуйте, - слегка грубоватый голос с насмешкой. Я не сдержала вырвавшегося смеха, потому что он решил поддержать мою игру в соблюдение формальностей. - А младших разве звали на бал? - Конечно, звали, мы же гвоздь программы! – обворожительно улыбнулся собеседник, оголяя ровный ряд белых зубов. Юноша смеха ради выпятил грудь, и пара уже откровенно смеялась. - Тогда чего это «гвоздь программы» стоит в одиночестве и не танцует? – поддела я. Партнер сразу же галантно поклонился и протянул руку. - Можно пригласить вас на танец? В этот момент я сделала ошибку и посмотрела ему в глаза. Красивые, голубые, чуть на выкате глаза. Зрачок не был расширен, да и на что я надеялась? Небольшое смятение я сменила правильной улыбкой и, сделав реверанс, положила свою ладонь в его руку. *** Он бы никогда сам не подошел. Он еще не созрел до такого. Он все лишь четырнадцатилетний мальчик! А вот тело у него уже взрослое. Мысли еще детские, но и серьезные тоже. Всегда идет попытка скрыть свое превосходство перед друзьями. Скромность играет. А губы так и притягивают. Просят, растягиваясь в приветной улыбке. Изнывают при встречном: «Привет». И нет ничего мучительней, чем вспоминать в деталях поцелуй, которого не было. Которого не будет. Меня пленил даже запах, окружающий молодого человека. А пахло от него и терпко, как от мужчины, и сладко, как от мальчика. От переизбытка ощущений, близости и запахов у меня закружилась голова. Она упала прямо ему на плечо, и я пролежала так минуту. Я слушала и чувствовала, как поднимаются его плечи при вдохе, как он втягивает носом воздух, как опускается грудь при выдохе. Было чувство умиротворения и покоя. Однако осознание неожиданно настигло меня, и я в испуге отпрянула. Стоя на расстоянии вытянутой руки, чувствовался тонкий аромат его парфюма. Но у этого сладкого запаха было горькое послевкусие. Напоминание о невозможности. О запрете. Желании. - Ты чего? Все в порядке? «Нет! Нет! Нет! Все далеко не в порядке!» - А? Да, просто голова немного закружилась. Я снова посмотрела в его светлые глаза, будто в замедленной съемке сняла свою и его маску. Эти ненужные вещи полетели на пол. Почему-то вновь стало трудно дышать, в горле опять образовался комок. Я сглотнула и сделала глубокий вдох. Его губы оказались горячими и шершавыми. Вкусными. Невинными. 01.12.2016.