Из ряда - вон

Зачем мне подобные развлечения? Да просто так. Когда понимаешь, что все бессмысленно, тебе уже все равно, чем заниматься. Чак Паланик. Удушье. ***        Смотри, не смотри — с любой точки зрения инцидент был совершенно бессмысленным!        Накрыть обоих Регентов одним ударом? Макс и близко не подпустил бы Александра к месту событий. Если задействованы агенты службы сопровождения — проще пристрелить обоих тихо и без шума. Зачем нужна была вся эта показуха?       Возможно, что вопрос стоит задать по-другому? От чего нас стараются отвлечь? Первого Регента, на котором сейчас вся полнота ответственности, Наследника Престола и командующего Альфа Легионом?       Прямо сейчас — в этот момент, происходит очередная политическая хрень? А если на мушке Наследник — как его планировали убрать? Только выстрелом в спину!        Александр молчал, и я рефлекторно поднял глаза, пытаясь поймать его взгляд. Движение, на которое у меня не было никаких прав… Потому, что меня не должно здесь быть, а обычному офицеру имперской безопасности и в страшном сне не придет в голову искать взгляда лорда Горан.       И сразу проснулось это давнее желание — сдохнуть на месте без мучений. Он изучал меня — холодными, вопрошающими очами, словно опасного незнакомца или ядовитую змею, прикидывая какие-то варианты на ходу. Уловил суть моей эскапады с «черным волком», не иначе.        Снова, тупо и не к месту, вспомнились первые дни после развода. Ощущение эйфории от полученной свободы, одобрительные взгляды отца и теплые улыбки матери. Сестра все время вилась рядом со мною, поддерживая атмосферу милого домашнего уюта. Был ли я счастлив?       Я был отравлен до глубины души дьявольским коктейлем, смешанным из моих надежд и ожиданий, возлагаемых на меня лордом Сиграэ. Стал тем, кем хотел видеть меня властный отец. Семья — всегда на первом месте! Только один маленький нюанс я старательно выпускал из вида — свою собственную семью, которую благополучно просрал. Но, попав в штат Посланника на третьем имперском уровне, я уразумел, какие именно надежды возлагал на меня родитель.       На прозрение ушло больше года! А до этого я счастливо барахтался в розовом сиропе «семейных ценностей». Взрослый мужчина, доктор наук и профессор, советник Главы Комитета по культурному взаимодействию и тд. Простой яд, добавляемый в кровь семейным врачом рода эльʼТарви, сделал из меня внушаемого дебила с интеллектом подростка. Тупое зелье, химия! И ничего боле. Но все решения принял я сам. Не так и велика была доза. Захотел бы защищать свою любовь — мог справиться вполне.       Умирая от скуки на очередном великосветском приеме, я вышел покурить в сад и наступил на ржавый гвоздь. Местный медик, обдолбаный козлобородый мужичок, вколол мне универсальный антидот. Нарик со стажем, этот врачишка сразу понял, почему меня стало выворачивать прямо у него в кабинете кровавой рвотой. И полностью прояснил мне ситуацию через пару часов, когда я начал приходить в себя.       Яд, наркотик, завязанный на голос авторитетной для меня личности. Вот почему отец повадился звонить каждые два-три дня… Только и всего. До этого дня я успел «завязать личные отношения» с нужными ему людьми в количестве 16 особей. В постели, естественно. На благо рода, семьи и отечества. Что же, учитывая официальные мотивы развода, я мог собой гордится. Тогда, в период разрыва отношений, друзья отца окрестили меня грязной шлюхой тысячелетия. В точку!        Я вернулся в реальность заваленной трупами приемной в особняке первого Регента Престола. Александр, совершенно открыто, продолжал меня рассматривать безо всякого смущения.       Один из медиков вкалывал Вальдару какой-то препарат и тут все части пазла встали на свои места. Медики, препарат и антидот. Именно эта команда врачей никогда бы не получила доступ к телу Первого при обычных обстоятельствах! Его специально ранили, чтобы вызвать медпомощь. Видимо, Александра ждала та же участь — случайное ранение. ***        Время шло, а я беззастенчиво рассматривал И… капитана фон Вендердорф. Вдруг он ответил — прямо и открыто, с каким-то домашним прищуром глаз, живо напомнив мне Ирана времен нашей университетской юности.       Изнутри поднялась горечь и ощутимо осела на корне языка. «Целенаправленное растление, путем принуждения к форме отношений, не характерной для нормальных особей человеческого вида» — вот фраза, оставшаяся самым ярким воспоминанием в конце нашего с Ири совместного пути. — Согласны ли Вы, Иран эльʼТарви, лорд Сираэʼс, с данным определением, описывающими форму взаимоотношений между Вами и Эори тэльʼТарви Найл, называющим себя Вашим супругом согласно Третьего уложения Императорского круга о гражданских союзах? — судья, задавший этот вопрос, был мрачен и непреклонен. — Да, господин Судья, — ответил ты, бросая в мою сторону надменный, вызывающий взгляд.       Противоестественные отношения, да? Не осталось в прошлом ничего такого, о чем стоило сожалеть.        Стряхнув призраков прошлого, я вернулся в реальность. Итак, капитан фон Вендердорф использовал свою спецподготовку, чтобы закончить операцию до моего появления. Беспроигрышный вариант, если хочешь добиться внимания Наследника Престола. И лучше мне придерживаться этой версии, объясняющей мотивы поступков И…Валентина. Иначе… Иначе мне придется предположить, что он старается снять меня с линии огня, ставя на кон свою жизнь. Защитить любимого Эори. Совершенно излишнее допущение! Романтика — непозволительная роскошь в политической игре четвертого Регента Престола.        Один медик закончил с пробами тканей погибших агентов сопровождения и молча защелкивал крепления мобильной лаборатории. Второй вводил Вальдару какой-то препарат. Макса, занявшего пост за моей спиной, я не видел. И вообще не видел особого смысла в этом нападении на Первого.       Нас стараются отвлечь от неких событий, происходящих в другой точке? Сегодняшняя встреча была запланирована заранее и Вальдар просто вышел мне навстречу. Не случись в здании капитана фон Вендердорф, какой исход нас ждал? Заложники? Почему и кем был ранен Вальдар?       Рана серьезная, с большой потерей крови.К раненому заложнику все равно бы вызвали медперсонал — слишком ценная фигура, первый Регент Престола, что бы позволить ему истечь кровью во время переговоров. А если у них в руках два Регента? И оба ранены, что тогда?        Я смотрел на врача, суетящегося рядом с Вальдаром, со смутным подозрением. Уж слишком явно произошедшее здесь напоминало покушение трехмесячной давности. Пять плюс один, полный вылет системы безопасности, оказавшийся вовремя на месте Иран и медики Легиона. Калька ситуации. А такого быть просто не должно! Какие именно препараты вводят Первому, раз вся история с покушением — блеф?        Я едва успел подать Максу условный знак, указывая на медиков, когда Валентин обратился к нему по всей положенной форме. От неожиданности мы оба вздрогнули, прям синхронно. — Господин полковник фон Дарнай, сэр, разрешите продолжать?       На этот раз в его глазах не было тепла и выражение неуверенности покинуло лицо. Перед нами стоял офицер безопасности Альфа Легиона, готовый убивать на месте. Собранный и жесткий профессионал — «черный волк». Совсем не к месту меня потянуло на смех — полковник никогда не видел, чтобы сама сущность человека менялась столь разительно в один краткий миг. Не жил он с оборотнем бок о бок в течении многих лет. Бедняга прям позеленел от неожиданности. Я толкнул Макса кулаком в рёбра, он отмер и рявкнул: — Разрешаю, капитан, продолжайте! — Есть продолжать, сэр! — рявкнул в ответ Валентин.       Медиков ощутимо передернуло от этой комедии, устроенной двумя солдафонами. Нежные какие попались, смотрите, мужички. Даже странно немного — проявление подобной деликатности для военного медицинского персонала.        Валентин шагнул за спину тому врачу, который занимался мобильной лабораторией, и вкрадчиво сказал: —  Доложите о результатах, лейтенант, будьте так добры…       Контраст в его манере обращения был столь разителен, что лейтенант медслужбы полностью растерялся. Он нервно облизал губы и пробежался взглядом по лицам всех присутствующих. Не ожидал? Что же вы заподозрили, капитан фон Вендердорф? Какой ответ ожидаете услышать? Во мне проснулся спортивный интерес — Иран всегда был мастером внешних эффектов, при любых, блядь, обстоятельствах! — Ну же, лейтенант, не стесняйтесь так, полковник изволит ждать вашего доклада, — теперь он плавно растягивал слова, низким, почти мурлыкающим гипнотическим тоном.       Второй медик оторвался от Регента и завороженно уставился на Валентина. — Э…Господин полковник, результат отрицательный, сэр! Посторонних веществ в пробах тканей не обнаружено, сэр, — отрапортовал лейтенант, сбрасывая наваждение.       Валентин развернулся и одним плавным движением вырубил медика, помогавшего лорду фон Таирэ. Лейтенантик осел на пол беспомощной жертвой. Второй, не успев прийти в себя, застыл с приставленным к спине стволом пистолета. Макс молчал. — Вы, что, все с катушек слетели, идиоты? — в тоне Вальдара было столько искреннего недоумения, что я наконец заржал в голос, не скрываясь.       Хрен с тем этикетом, перед кем тут лицо держать — все свои! — Агенты сопровождения первого Регента Престола находились под воздействием наркотических веществ по типу h3 — дельта симатрик, — Валентин остался предельно серьезным — их реакции во время боевого взаимодействия с противником были замедлены на три десятых секунды по отношению к расчетной норме. Тест гарантированно должен выявить наличие данных веществ в пробах тканей.       Осчастливив нас этой тирадой, капитан поощрительно потыкал стволом в спину врача. Тот всхлипнул и высоким голосом проблеял: — Да что вы себе позволяете, солдафон! Я подам жалобу в Трибунал! — Что, опять в Трибунал? Увольте! Это слишком хлопотно, все эти вопросы… Давайте уж прямо здесь, в присутствии господ Регентов начинать, — все-таки не удержался и стал острить, придурок. — Вы бы хоть видимость субординации соблюли, черти собачьи! Я, если разобраться, первый Регент и лично Вам, полковник, непосредственное начальство, — читал нам мораль лорд фон Таирэ, сидя на полу.       Меня согнуло от смеха пополам, лейтенант свалился в обморок, а Макс предпочел присесть рядом с Вальдаром. — Тебя накачали наркотой, начальник, — ласково пояснил полковник фон Дарнай, — ввели какой-то препарат, отвлекая нас несуществующим заговором. — Вероятно, — Макс помедлил, подбирая слова, — подобная участь ждала и Алекса. Если бы не оперативные действия капитана фон Вендердорф! А мед команда засела буквально за углом. — Антидот? — Первый, как всегда, задавал вопросы по-существу. — Нууууу, — протянул полковник, — вероятно, тесты… — Капитан? — уточнил я.       Выражение его лица было отрешенно-печальным, мне даже показалось, что в уголках глаз навернулись слезы. А потом Валентин овладел собой и задал Максу странный вопрос: — Универсальный антидот g7h15 входит в комплект первой медицинской помощи службы безопасности? —  Проснитесь, капитан! Это устаревший препарат, радость токсикомана. Два флакона и ты в раю. Даже если Вы наступите на ржавый гвоздь, вводить его практически бесполезно, — полковник совершенно искренне недоумевал и не скрывал этого от нас.       Но капитан уже полностью справился со своими чувствами. Иронично улыбаясь, он отщелкнул зажимы медицинского кейса и продемонстрировал нам два флакона этой, якобы снятой с использования, субстанции. — Универсальный антидот, господа! Правда, последствия применения не самые приятные. Придется терпеть около двух часов.        Мы все помолчали с умным видом, а Вальдар просто подставил руку, демонстрируя полное доверие к словам И…Валентина. — Безмерно поражен Вашим доверием, господин первый Регент Престола, но вводить препарат в стационарных условиях наиболее рационально. Более того, реакции неплохо проверить всем — во избежание, — он тяжело вздохнул и отдал флаконы Максу. — Одну минуту, капитан, — задал я свой вопрос, — откуда Вам известны механизмы действия антидота устаревшей медицинской модификации на наркотики новейшего поколения?       Почему этим вопросом не озаботился Вальдар? А Макс, непосредственный начальник капитана, вообще промолчал? Я сугубо отрицательно отношусь к таким лакунам в процессе оценки ситуации. Это известно абсолютно всем!        Если бы я не знал, не знал его так хорошо раньше — не заметил бы совершенно ничего. Он, несомненно, ожидал вопрос подобного рода, но… На сотую долю мгновения Иран опустил свои щиты и я физически почувствовал черную пустоту, которую он заново пересекал, спускаясь в бездну за ответом. — Я наступил на ржавый гвоздь, милорд, давно, четыре назад! — бодро отрапортовал он, не собираясь более ничего добавлять к этому странному отчёту.       Макс смотрел на Валентина, как на буйнопомешанного. А лорд фон Таирэ, к моему удивлению, встретил данное заявление загадочной улыбкой, которая была совершенно ни к месту на его измученном лице.       Я не успел сформулировать следующий вопрос, потому что в помещение, подобно урагану, ворвалось чудовище в облике человека. КА-ТА-СТРО-ФА! — Боги, Александр! Я такими темпами с катушек слечу! Второй раз за три месяца, звезды всеблагие!       Лорд Тайрон фон Ииларри, Тай, стремительно обнял меня, не стесняясь своих, и только потом додумался обратиться с приветствием: — Прошу прощения, господа, я сам не свой от волнения! Приветствую вас!