Из ряда - вон

Человек — самый страшный хищник на свете, ибо только человеку свойственно охотиться на себе подобных. Уильям Джеймс *** — Что, Ариан? Вы думаете, я — счастлив, доволен жизнью и остановлюсь на этом, да? Вернули мне отнятое и даже в лучшем виде, чем было? На, мол — подавись?        Таирэ встал, едва мы зашли в его кабинет, и застыл подле стола, не решаясь подойти ближе. Даниэль, устроившийся как раз за моей спиной, рассмеялся неожиданно зло, исподлобья разглядывая Канцлера в упор. — Я раздавлю их всех. Быстро и жестоко, не оглядываясь на политику и связи. До последнего человека в клане или семейной ветви, учтите.        Списки фигурантов по нашей с Ираном истории я в бешенстве швырнул Таирэ на стол. Служба Даниэля озаботилась. А Вальдар озаботился ЭТО от меня скрыть. Да, мягче нужно было ему расставаться с Даном, нежнее, дабы не наступать сегодня на подводные камни голыми ногами, Ариан. — Милорд, — начал Таирэ, — эти люди… — Эти люди, Канцлер, знали, на что шли, выступая против прайм-лорда Горан, Наследника Престола империи! — жёстко перебил я. — Ни одного из них, подчёркиваю — НИ ОДНОГО, в живых я не оставлю, учтите. Не средствами государства, так через связи в преступных кланах. И я прошу вас, Вальдар, не вставать на моем пути! — Как я понял, лорд Даниэль, вы мне не союзник — в деле утихомирить жажду мести Александра? — задал риторический вопрос Ариан. — Абсолютно верно, Канцлер! Считаю его претензии полностью справедливыми, — ответил Даниэль. Да ещё и каким ХОЛОДНЫМ тоном, боги, словно целый айсберг проглотил за обедом, — ОНИ решились бросить вызов всем нам, а значит и мне! Уничтожу на месте, не терзаясь муками совести.        Я оглянулся на Даниэля, убедиться, что столь жёсткая угроза не стала его очередной шуткой. Нет. Губы сжаты, глаза прищурены. Хищник, готовый напасть в одну секунду. Таирэ тоже оценил физиономию особиста, сразу заметно. Побледнел и сник. — Имеете ввиду — всех? Поголовно? — уточнил Канцлер на всякий случай. — Абсолютно! — подтвердил я. — Что же, именно тот шанс, на который ставили фон Сайн с компанией и зараза Михаэль. Кровавый Император. Бесконтрольная власть! — бросил мне в лицо Ариан. — Фон Сайн? — протянул Даниэль небрежным тоном. — А это вообще кто, а?        Ариан даже задохнулся от возмущения такой вот наглостью моего кузена. — Это, милорд, есть наш главный политический оппонент! С которым именно Вы… — Я?! Помилуйте, лорд Таирэ! Я не являюсь оппонентом трупам, особенно тем, что выбрасывают на все свалки и отхожие места империи, — врезал Вальдару Даниэль.        Воцарилось молчание и пауза нехорошо затянулась. — Лорд Канцлер видимо не в курсе, Алекс, что сегодня — в три часа по полуночи, отряд городского патруля Пятого северного квартала обнаружил восемнадцать трупов в районе местной свалки. Кстати — да, с утилизацией отходов там неладно, потрудитесь нагрузить соответствующую службу. Эти трупы представляли некоторый интерес для спецслужб, посему в полпятого к ним вызвали меня. Увы, после знаменитых теледебат с фон Сайном, наша внешность, глубокоуважаемые лорды, у всех на слуху.       Дан замолчал, облизывая сухие губы, схватился за косу и продемонстрировал нам исключительный предмет собственной гордости — молочную белизну волос. — Так вот — по делу, — спокойно продолжил он. — Все, как один, высокие, бледнокожие, светловолосые покойники. И у каждого из них в зубах зажата игральная карта самого низкого достоинства — двойка без масти! К лацкану сюртука самого старшего была приколота записка, состоящая из одного слова: «ШУЛЕР». Именно в нем я и опознал своего недавнего оппонента фон Сайна. Генетический анализ был готов к семи утра. Все эти люди — семья фон Сайна, включая ее главу. Супруг, трое сыновей с супругами, сестры и дети. Думаю, что с желающими учредить демократию в Империи было покончено на корню, хотя ирония звучит крайне зло.        Когда Олаф говорил о том, что в бандах не любят шулеров, он отнюдь не шутил. Сегодня утром я обнаружил в своей постели белую розу. Вот как этот символ верности слову попал ко мне, минуя все заслоны безопасности? Даже думать не хочу. В каждом доме знатных господ существуют тайные проходы, негожие для «милордов благородных», да. Но именно меня никто не отнесёт к данной категории заносчивых идиотов, ибо благородства, блин, полный нуль.        Таирэ вздрогнул, закусил губы. Оперся рукою о крышку стола. Мы с Даном тоже молчали. Ещё одна сила вступила в этот бой, вообще ни у кого не спрося дозволения и встала за спиною лорда Императора, держа в руках черную косу смерти. — Сенатское расследование, господа! Понимаете, что это значит? Они запросят полный доступ по всем нашим делам, — еле слышно прошептал Ариан. — Совсем нет, Канцлер, ничего подобного, расследованием уже занялась служба Генерального прокурора, — спокойно ответил Даниэль, — Сенат отступил в течении пол деции минут. — Но как?! Почему? — взвился на месте Таирэ. — Случай ВНЕ компетенции Сената. Все просто, — заржал наконец Даниэль. — Фон Сайна убили из-за финансовых махинаций. Долги! Он играл на рулетке, целиком подпольно. Проигрывал, постоянно занимал средства везде, где мог. Банки (читай — Майлейн) уже предоставили все нужные документы в Сенат и Прокуратуру. Расписки, займы, закладные. Представления на секвестр имущества. ШУЛЕР, одним словом. Целиком уголовное дело, господа.        Ну да! У Банков и Корпораций — давние стойкие связи с городским отребьем, я в курсе. Лорд Майлейн — далеко не чистокровный, но преданный, продолжал прикрывать мне спину, находясь за кадром. Браво, лорд Распорядитель! Мы трясем здесь своими белыми гривами, рычим друг на друга. А они стоят там — за кругом света и наслаждаются представлением вовсю! Даже платить согласны за билеты в партер немалые деньги. — Они потребуют свою плату, Александр! Сразу учтите.        Ариан устало опустился в кресло и закрыл лицо руками. Ну-ну, не нужно делать из простого дела трагедию. — Да! — легко согласился я. — Знаю, чем именно им заплатить и все будут в восторге.        То, что прекрасную идею я получил в дар от Майлейна буквально полчаса назад, озвучивать ему не стал, ибо считаю условие справедливым. Хитрец точно знал, что такое решение ещё и избавит меня от дополнительных проблем в семье! Просто оружие массового поражения, а не человек. — И? Изволите поделиться этим вашим блестящим решением, милорд Император? — завелся Ариан. — Почему нет? С огромным удовольствием, милорд Канцлер! — ответил я. — У нас с вами две тысячи семьсот кузин разной степени родства. Женщин, вынужденных искать себе пару только в кругу семьи или в семьях королевских династий иных уровней и миров. Скудный выбор — много интриг. Расширим им круг возможностей! Финансовая аристократия, люди корпораций, профессиональная армия. Вот так. Их карты крови никогда не станут достаточными для наследования, но статус! Возрастёт статус, особенно в собственных глазах.        Ариан встал. Сел. Снова встал. Нервничает. Его разум традиционалиста не вмещал подобного решения. Сразу, за пару секунд. Минута времени, не меньше, потребуется для адаптации, быстроты реакции, ему таки не занимать. — Вот как, красиво! — отреагировал Даниэль. — Пощечина вашей матушке, Алекс. — Точно, Дан! Она должна ответить мне за Тая и планы, построенные совместно с Михаэлем, — отозвался я. — Плюс все поползновения к женитьбам в Императорском доме. — А не станет ли она сильнее, когда ее союзницы окажутся в верхах правления финансовых и промышленных элит? — усомнился Даниэль. — Женщины, Дан! Каждая из них способна отстаивать только свои личные интересы. Здоровая конкуренция — у кого влияния больше, муж лучше, драгоценности крупнее! Никто не подчинится более ЕЙ. — Даже страшно, как все выглядит хорошо, — констатировал он, — мы сбудем с рук сразу несколько сотен кузин! — Избавимся не только от них, но и от их претензий — навсегда! — поставил точку я. — Майлейн! — выдавил из себя Ариан. — И не прикопаешься никак, вот сволочь!        Ну да, понял все ровно через минуту, как я и думал. — Но чем, Александр, вы будите платить отребью? — задал он последний вопрос. — Честь, Ариан! Я окажу им честь.        Он молчал, ожидая пояснений. — Все понятия о чести я вынес именно от них. Из бесконечных сражений за власть и авторитет в молодежных бандах! Под бдительным контролем старших. Каждому, кто хоть на шаг отступал от норм, правил и понятий о чести, кто бил в спину — тому ломали шею сразу и без лишних слов. Поэтому я выйду на поединок в этом кругу, Ариан, и буду сражаться с Олафом на глазах у всех, доказывая своё право на уважение и власть!        Даниэль шумно выдохнул. Таирэ вытер глаза ребром ладони. А потом неожиданно спросил: — А со мною, Алекс? Вы будите биться за честь? — Нет, Ариан. Свой поединок вы уже выиграли много лет тому. Я просто признаю это и все. — А Вы, Даниэль? Тоже признаете? — уточнил Таирэ. — Нет, Ариан! Я не признаю. Но именно сейчас — не время, — спокойно ответил Дан, — время готовиться к битве с Сенатом и нашей с Алексом общей мести. А с вами мы сразимся в самом конце. — Сегодня у Лайнэра дуэль с Валентином. Вы успели оформить отношения, Канцлер? — уточнил я.        Ариан наконец засмеялся, глядя на нас. Ну да — похожие, почти идентичные. Бледные, как снег. Глаза горят, губы сжаты. Два хищных существа, лорды Горан, всегда готовые нападать. А уж защищать собственную территорию — и подавно. Воспитанники! Детёныши, устойчиво вставшие на лапы. Родная кровь. Мы коротко кивнули ему — оба, синхронно развернулись и вышли. — И что там Тай? — задал я самый насущный вопрос Даниэлю. — Твоя идея, да? — хмыкнул он. — Свобода выбора — это осознанная необходимость, Алекс? — Свобода выбора — это признание реально существующего факта, Дан. И никаких фантазий, — не думая, ответил я.