Из ряда - вон

Душа, никогда не страдавшая, не может постичь счастья. Жорж Санд ***        Вот как! И я — все тот же изумительный идиот Иран эль’Тарви, как любил выражаться профессор Вальдар? Никогда не замечаю очевидного! Резко затормозив, я прислонился спиною к стене, дабы не мешать агентам сопровождения.       Но парни молча перестроились в позицию «прикрытие неподвижного объекта», отрешённо сканируя взглядом коридор. Без единого слова, господа! Вот она — школа Даниэля во всей своей красе.        Значит, Эри, ты хочешь боя? Честной драки за достоинство и любовь? Силы небесные, я просто не могу, пойми… Все потому, что виноват и не только перед тобою. Тогда я предал и себя самого, ничуть не колеблясь! А ты страдал из-за меня, Эри! Именно поэтому принимаю любой удар, как заслуженный — даже без намека на сопротивление, точно нагадивший щенок!       Мне мало боли, Эори! Все ещё недостаточно — для того, чтобы смыть с рук кровь твоей души. А ты хочешь видеть меня иным, да? Блестящим офицером Гвардии, с гордо поднятою головой — отвечающим на каждый вызов, брошенный самим лордом Императором? Сильным, уверенным, способным отразить атаку и напасть в ответ, с холодною улыбкой обнажая оружие к бою?!       Открытым в чувствах человеком, подчиняющим жизнь своей харизме, а не раздавленным ощущением вины поганцем? Личность, утратившая достоинство, да! Ибо все время забываю о том, что Александр фон Кири не нуждается в рабской покорности, исповедуя необузданность чувств и полную свободу во всех проявлениях любви! Я упустил из виду, Эри, каков ты есть на самом деле, прости.        Вот же — полный кретин, продолжаю насиловать собственное сердце, малодушно прикрываясь приятным для эго ощущением вины. Что стоило мне бросить резкое «НЕТ», уверенно глядя в твои глаза, вызвать огонь на себя, а не бежать от ответственности, поручая ситуацию заботам Даниэля.       Но ты был полностью прав, отвергнув меня из-за Максимилиана! И я тупо сдался… Без борьбы! А лорды Горан сражаются до самого конца — в любой ситуации, пусть и самой безнадежной. Побеждая смерть этой невероятной уверенностью в собственной правоте! Или преклоняют перед нею колено, отдавая почести сильнейшему!        Резко выдохнув, я прикрыл глаза рукою. Подарки Эори — что они могли означать на любовном языке Высокого Семейства? Форма и содержание — сладкая мелочевка, завёрнутая в драгоценный шелк. Форма выражения чувств… Драгоценные чувства и повседневность, так? А что именно было драгоценностью? Или кто?!        Вдруг я четко увидел всю ситуацию целиком — Эори, нежно улыбаясь, вкладывает мне в руки свой загадочный дар. И я, растягивая удовольствие, медленно разворачиваю покровы из шелка, воображая, что освобождаю тело Эри ото всех возможных одежд, лаская и целуя каждую пядь его изумительной кожи по ходу дела. Как я был нетерпелив, о боги! И не утруждал себя пониманием! ОН назвался простолюдином и я видел только его покров.       Признания в любви, начертанные золотом и скрытая в них ничего не стоящая шоколадка… Этот дар вопиил к разуму и сердцу, а я был слеп в своей гордыне. Драгоценность в одеждах повседневности… Эри… Александр дарил мне себя самого. Заявлял совершенно открыто, что для любви разница в положении — пустяк, мелочь, не стоящая внимания. А я все переводил стрелки на свою персону…        Нарочитое непонимание Тайрона, Даниэль, с его дикими конфетами в обертках из золота, озвученное и записанное «саэ» — как это все понимать? И я был единственным среди них, кто не понял нихрена? Дан предложил Таю завязать отношения, получается? А что же я? Что именно Я предлагаю Александру фон Кири? Секс без обязательств?! Без любовного дара и формального обращения? ЗАБЕРИ МЕНЯ ТЬМА! — Генерал, не осуждайте, прошу Вас, но… Мне срочно нужна помощь! — хрипло выдавил я в трубку. Руки тряслись. Полчаса до дуэли, а успеть нужно столь многое! Вот не подписывался я умственно отставшего изображать, хищникам на потеху!        Но хищник, встретив меня на входе в дуэльный зал, уже загинался от смеха. Тайрон кусал губы, сжимал пальцы в кулаки, пытаясь сдержать эмоции, и продолжал открыто ржать. — Неужели за прошедшие полгода Вам, капитан, не пришло в голову спросить книгу о любовных ритуалах, принятых среди высшей аристократии? — прокашлявшись, сиплым шепотом вопросил Тай. — Да Вы и сами — князь! Блин, ну и дела у нас творятся!        Он закрыл лицо руками, отвернулся к стене (пытаясь не травмировать мою хрупкую психику, что ли?) и продолжал всхлипывать, давясь смехом. — Все, все! Каюсь и прекращаю, капитан! — сказал мелкий негодник, не поворачиваясь. — Я — взрослый и ответственный Генерал, принц Консорт и все такое. Бомбы без саперной команды на раз просто щёлкаю! Ха — ха — ха…        Переждать… Просто переждать этот приступ истерического веселья, а не размазать щенка по стене! Тем более, что Алекса брат. — Милорд! Не до смеха сейчас! — шикнул я на Тая. — Получается, что я сделал Александру весьма двусмысленное предложение, так? А он взял и воспользовался — из вредности? Захотел посмеяться? Проучить идиота? Или? Даже подумать страшно…        Тайрон повернулся ко мне лицом и я вздрогнул от неожиданности. В его глазах не было ни грана веселья. Упрямо сжатые губы, серьезный взгляд, подчеркнутая бледность кожи — без обычного задорного румянца. Именно таким я видел его в приемной — в самый разгар ситуации между Алексом и Даниэлем, и едва не загнулся от ужаса перед этим совершенно незнакомым человеком, подавляющим окружающих только силой своего присутствия. Совершенно так же, как и его брат. — Даже затрудняюсь предположить, Валентин фон Вендердорф, ЧТО именно Вы предложили лорду Императору, — холодно протянул прайм-генерал Гвардии. — Наложники не читают «саэ», ибо кто им разрешит преступить черту? Статусный подарок Вы не преподнесли, значит — не претендуете на отношения, что странно само по себе в исполнении лорда фонт’Таирэ.        Не прерывая разговора, Тайрон вынул кинжал из ножен и задумчиво покрутил его в руках. Нечаянно порезался, застонал. Зеркальное лезвие окрасилось каплей крови. Вороненная, отполированная до блеска сталь и алый лепесток… — Хм… Совершенно отвлекся! — отреагировал он, зализывая палец.        Если и суждено понять мне лорда Консорта, то не сейчас, точно. Глубокая и противоречивая личность под маскою неприкаянного мальчишки. Смертельно опасный противник и не менее грозный друг, господа. — Давай в постель, а там — посмотрим? — выдвинул предположение Тай, осмотрев место пореза со всех сторон. — НЕТ! Я хотел сказать, что предан ему до глубины души! И люблю — всего полностью, не взирая на титулы и положение! — взорвался я. — Иииии? — уточнил Тайрон. — Что же ещё можно сказать? — Не знаю я, что говорить. Но делать с ЭТИМ Вы что собираетесь? Любите, преданы, хотите близости. Понятно из Ваших слов, — нахмурившись, изрек Тай. — А дальше? — А разве не Александру решать? — откровенно растерялся я. — Алексу? Так он демонстративно эти Ваши заявления и принял, капитан. Другое дело, что ВЫ ничего определенного и не заявили! — Я? — Ну, а кто же еще? Заявляет тот, кто начинает Ритуал. О своих намерениях, в смысле, нет? — с удивлением посмотрел на меня лорд Генерал. — Читая «саэ», именно Вы открываете Ритуал Любви! Предлагая Александру фон Кири себя самого, раз без подарка обошлись!        Мы оба помолчали с минуту, откровенно разглядывая друг друга. — Так я в любовники к Алексу вызвался, не желая завязывать долговременные отношения?! — Ну да. Собственно, так все и получилось, — со вздохом подтвердил он. — Совершенно не по правилам и даже без ухаживаний! Кто-нибудь другой получил бы в зубы от брата — по простому. Или уже от меня… — Что? — Оскорбительно, знаете ли, Валентин фон Вендердорф, требовать от Александра фон Кири сексуальных услуг. О браке стоит задуматься, раз Вы теперь «ноарэ» — окончательно добил меня мелкий паршивец, широко улыбнувшись. И добавил: — Ухаживай давай, звездочка небесная!        Задница ленивая — адаптировал я к себе столь изысканный оборот Консорта. — Получается, что именно «ноарэ» должен оказывать знаки внимания лорду Императору, так? Нет предела моему изумлению, Тайрон!        Он подошел поближе и буквально что обнюхал, иначе не скажешь. — Какая наглость, капитан! ВЫ требуете знаков внимания от лорда Императора всей Системы! Александра фон Кири, признанного главы Высокого семейства Горан! К ВАШЕЙ персоне, так? И только после ЭТОГО вы согласитесь, может быть, оказать ЕМУ должное почтение? Я убью вас без размышлений и прямо сейчас!        Спокойно вынув саблю из ножен, лорд Тайрон стал в позицию, окинув меня уничтожающим взглядом. Мама дорогая! Что делать с этим буйнопомешанным? — Примите мои глубочайшие извинения, лорд Консорт! — выкрикнул я, падая на одно колено, и преданно прижал руку к сердцу. Так! Голову склонить, в глаза не смотреть. А то наброситься еще и вцепится прям в шею. Этикет, не этикет… Да фиг с ним! Поза подчинения и все! — Блиииин! Проехали, капитан. Больше не провоцируйте меня подобным образом, прошу, — успокоился Тай, усмирив свой внезапный порыв. — Ибо брат мог лишится Консорта и «ноарэ» одним ударом!        Пронесло… Он протянул мне руку, помогая встать, и молча коснулся щеки носом, прося прощения. — Лорд Тайрон, — церемонно обратился я, изображая глубокий придворный поклон, — окажите мне честь, молю! Посвятите недостойного в Ритуалы любви, принятые средь членов Высокого Семейства! Ибо времени у меня про все — двадцать минут! — Ты должен выиграть дуэль, идиот, подойти к нему и в самой изысканной форме заявить о намерениях, преподнеся статусный дар! — гаркнул Тай мне прямо в ухо и сразу отскочил, понимая все последствия поступка. Вот гаденыш! — ГДЕ! Я! ДОЛЖЕН! ЕГО! ВЗЯТЬ! Этот чертов ДАР! В течении двадцати минут, а?! — Ооооо… Так и быть! Я все приготовил за Вас, — хихикнул Тайрон, отодвигаясь еще дальше. — Сразу после Вашего провального «саэ», честно говоря. И за спиною Даниэля — цените мое расположение!        Сволочь! Мелкая ерепенистая сволочь! Вынул мне всю душу из мозгов, черт. Как мог Даниэль вообще решиться на ЭТО вот «счастье», в конце-то концов! Без желания удавить его на месте… — «Кровь души» пойдет, капитан? — уточнил мой генерал, не рискуя приблизиться на расстояние вытянутой руки. — Кровь?! Где? — полностью растерялся я, подавившись собственной злостью. — Значение Вашего дара — Александру. «Кровь души» — Вы преподносите в конце дуэли, апеллируя к его чувствам, — снисходительно пояснил мне мелкий. — Только вот… Сообразите, будьте так добры, хоть пару строк написать от себя!        Почему ты меня терпишь, Алекс? Такого странного, привередливого и лишенного ума в делах любви? Кто же я для тебя, а? *** Душа и сердца кровь, и преданность — тебе Я отдаю навек. Себя сжигая в пепел. Звезда небес, ведущая к неведомой судьбе. Твой знак во тьме меня лучом отметил. Он выжжен клеймом — твой неизменный знак, Даря мне боль одним прикосновеньем. Любовью жив одной! Ты — друг мне или враг? Воскресну ль я? Но лишь твоим веленьем!